— Кар! — я оглянулась. В проеме двери, ведущей вглубь здания, появилась Грэта. Она вышагивала по коридору туда-сюда. Может, залетела через верхнее окно?.. Я видела, что в одном месте не было стекла.
— Ворон тут только не хватало! — стражница брезгливо скривилась. — Кыш!
Пока она отвлеклась на Грэту, Анька внезапно выудила из кармана куртки перцовый баллончик.
— Беги, догоню! — крикнула она мне.
Ну, принцесса! Отчаянная она все-таки — что в том мире, что в этом!
Я припустила к двери. Позади раздалось шипение газа и крик стражницы.
— Кар! — Грэта летела впереди меня. Я старалась не отставать.
Когда мы оказались в одном из верхних залов, ворона уселась на полу у огромной картины — выше человеческого роста.
На полотне был изображен очень красивый замок с многочисленными башенками; на самой центральной башне, очевидно, когда-то были изображены часы. Но сейчас они казались полустертыми, а само полотно в этом месте — неровным, ребристым. Я приложила руку к круглой отметине и ощутила слабое тепло. Вот оно! Вот куда я должна приложить диск печати!
В зал влетела Анька, довольная собой, как никогда.
— Ты нашла его, да? Это выход?
— Да. — Я вытащила из кармана медальон-печать и приложила его к нужному месту. Он совпал с кругляшком на картине идеально.
Воздух содрогнулся, и картина медленно растворилась, сменившись золотистой дымкой.
— Ого, — выдохнула Аня.
— Идем, — шепнула я, хватая ее за руку и делая шаг вперед. Моя нога свободно прошла сквозь золотой туман, но у подруги почему-то ничего не вышло.
— Инна, я не могу, — выдохнула она, безуспешно пытаясь просунуть кроссовку сквозь плотную субстанцию. — Она не пускает меня!
— Это потому, что ты уснула внутри портала, а Инна успела выйти наружу, — раздался позади нас спокойный, холодный и равнодушный голос, и мы дружно обернулись. В дверях зала стоял Рома-Амор, прислонясь плечом к стене и насмешливо наблюдая за нашими попытками сбежать. — Так что, боюсь, Илона… Если ты хочешь уйти, тебе придется оставить здесь подругу.
— Нет! — Я в ужасе повернулась к Ане. — Я не оставлю тебя одну в этом ужасном месте!
Но та грустно улыбнулась.
— Это для тебя оно было ужасным. Я поняла: тебе всегда было предначертано вернуться в Эларию. Этот мир с самого начала казался тебе чужим, ведь так? Но со мной все иначе. Я не хотела жить в Сумеречном королевстве и мечтала оттуда сбежать, — ты сама говорила. Ну и вот, сбежала. Я вполне счастлива здесь: в отличие от тебя, у меня прекрасные, любящие родители, и скоро даже родится братик или сестренка. Я популярна, мне нравится учеба и нравится моя жизнь. Иди. Я останусь добровольно. Только помни, что мне будет не хватать тебя. Будем передавать друг другу письма через Грэту — кажется, она может свободно перемещаться между мирами.
— Остановись, — сказал Рома-Амор и решительно пошел вперед.
— Нет! Я все равно не уйду без тебя, — плача, выкрикнула я.
— Прощай, — выдавила в ответ Анька и решительно толкнула меня в спину.
Я провалилась сквозь золотистую дымку портала — вперед, в неизвестность…
Илона
(Страна Элария)
Я открыла глаза и увидела склонившегося надо мной Арсена. Заметив, что я проснулась, он счастливо и облегченно улыбнулся.
— Ну, с добрым утром, милая!
— Здравствуй, Арсен, — радостно прошептала я.
Эпилог
Мы поженились буквально через несколько дней — в страхе, что наши планы опять может что-нибудь расстроить. Но все было тихо. Принц Амор больше не рисковал появляться в нашем королевстве. Да и нужды не было — моя магическая сила принадлежала мне, Арсену и Эларии.
Королевские маги с удовольствием обучали меня колдовству, и мне это нравилось. Мирта и Леа, конечно, присутствовали на свадьбе, и я была безумно рада их видеть, — также как и Эну, Салли, Саманту и Юси, с которыми я подружилась еще крепче. Но мне очень не хватало моей Аньки.
Лимината, насколько нам известно, так и не вернулась домой — в Северное королевство. Не знаю, может, они с Амором поженились, как и планировали. Все-таки ее магическая сила тоже достаточно велика.
Королевский маг объяснил мне, что Грэта принадлежит к крайне редкой разновидности ворон. А Арсен добавил, что кормил ее лепестками волшебных роз, когда был маленьким. На удивление, она ела. Может, потому и стала такой умной, и обрела способность перемещаться между мирами.
На второй день моего пребывания в Эларии ворона принесла мне сложенную вчетверо бумажку, где знакомым Анькиным почерком было накалякано: