– Есть.
Пафосный тон подруги, словно она выступала на презентации перед журналистами, заставил Элю и Сеню рассмеяться, и на кухне окончательно воцарилась уютная атмосфера, характерная для их встреч. Хотя они не являлись друг другу родственными душами, втроем им всегда было легко.
– Кого я спрашиваю, у тебя всегда все есть, – шутливо отмахнулась Зоя. Она положила три куска пиццы на одну тарелку и поставила в микроволновку. – Начинаем через минуту. Подготовь телефон и достань лед.
Когда Эля приехала в больницу, уже смеркалось. На этот раз, чтобы медсестра отвела ее на десятый этаж, ей потребовалось только назвать свое имя в регистратуре и заявить об отсутствии жалоб на самочувствие. Это была не совсем правда – из-за тревоги по поводу состояния Саши и хрупкости связи у нее сильно болела голова, – но она сомневалась, что это стоило упоминать. Никто в больнице все равно не смог бы ей помочь, кроме пациента в шестьсот первой палате.
При виде Саши ее губы сами собой растянулись в широкой улыбке. Она поняла, что, как и предупреждали ее друзья, успела соскучиться по нему.
– Привет. Мне сказали, что сегодня во время осмотра ты хорошо отвечал на вопросы, – мягко заметила она, сев на стул рядом с кроватью. – И что ты стал двигаться чаще. Ты большой молодец.
– П-привет.
Он смотрел так, словно не ожидал ее здесь увидеть и тем более не верил ее словам. Она наклонилась ближе, поправив впившийся в шею ворот одноразового халата, и осторожно обхватила его пальцы.
– Я рада, что ты делаешь успехи, Саша. Очень рада.
Спустя несколько секунд его губы дрогнули, но все внимание Эли сосредоточилось на его пальцах. Еще вчера покорно лежавшие в ее руке, сейчас они слабо сжали ее ладонь, и она знала, что навсегда запомнит его первое ответное прикосновение. Затем он снова попросил ее снять маску. Когда через несколько секунд Эля надела ее обратно, разочарованный Саша до того напомнил себя на детских фотографиях, что она снова не удержалась от улыбки.
– Скажешь мое имя еще раз? – попросила она. – Мне нравится слышать, как ты его произносишь.
– Эля, – послушно сказал он. – Моя… Моя родная душа.
Эля не сдержала смех, и его светлые брови сразу сошлись на переносице.
– Мне так даже больше нравится, – заверила она, не желая обидеть его. – Знаешь, сегодня у тебя появилось два новых друга. Зоя и Сеня, о которых я тебе уже говорила, очень хотят познакомиться с тобой. А для нас двоих они готовы разработать особый план. Не подумай, что это означает что-то пугающее, просто Зоя настроена очень решительно. Хотя я старше всего на несколько месяцев, она опекает меня со времен школы и хочет, чтобы я была счастлива. То, что мы наконец нашли друг друга, уже делает меня счастливой, – уточнила она, заметив неуверенность в его взгляде. – Ты очень скрытный, Саша. Хотя, учитывая, где ты работаешь, явно разбираешься в вопросах безопасности, так что это правильно.
Она покачала головой.
– Прости, теперь я противоречу самой себе. Я только хотела сказать, что мне не терпится скорее узнать тебя получше. Вчера даже играла свою любимую музыку на пианино, чтобы немного успокоиться, представляешь?
– Ты играешь, – кивнул сам себе Саша. Она почти могла увидеть, как он роется в памяти, вспоминая все, что узнавал на протяжении всех этих лет. – Знаешь, я был на к-концерте Элтона Джона. Здесь. Давно.
– Повезло тебе! – воскликнула Эля. – А я не смогла попасть, видела только фото и видео. Ты взял у него автограф?
– Нет. Я д-далеко сидел. Но там были парень и д-девушка, которые тоже пели. Ужасными голосами. Я ж-ждал, когда все закончится.
– Я их понимаю. Будь я там, делала бы то же самое.
– Ты умеешь п-п…
– Петь? Ты спрашиваешь из интереса или соображений безопасности? – поддразнила Эля.
– Интереса, – серьезно, будто не ожидая шутки, ответил он.
– Я чаще играю, чем пою. Но в музыкальной школе говорили, что у меня неплохой голос. А ты поешь?
– Нет, – категорично отрезал Саша и покачал головой. – Это худший к-кошмар.
Затем его лицо посерьезнело.
– Мне с-сказали, вчера тут была мать. Чтобы зареги… все оф-формить. П-прости, что я спал. Я не смог…