Как бы я не сопротивлялся, даже упав на землю и цепляясь за всё, что можно, меня тянуло всё ближе к тому, чтобы стать чьей-то вкусняшкой.
И я на какой-то момент стал таковой. Моя попа оказалась в дыре, а расставленные руки и ноги всячески сопротивлялись этому.
*Плюхшмстц!*
Раздался мощный взрыв, где-то сзади меня. Потоком воздуха из отверстия и откуда-то выше меня снесло, и заодно я оказался полностью мокрым.
Обернувшись, я увидел картину того, как Мора наносила удары туда, где в теории зарылась рыба. Магией тут и не пахло.
Рыба пыталась сопротивляться, это выглядело как небольшое землетрясение. Но создавая ловушки для своей охоты, Пурга явно сама снизила свои же шансы на выживание при нападении крупного хищника. Оттуда, куда до этого шло всасывание, сначала послышался скрежет или шипение, а потом начался визг и свист извергаемого потока воздуха.
Но удары куклы были ужасающи. *Пам* вокруг проходила волна, *пам* рыба перестала сопротивляться, *пам* контрольный удар ознаменовался тем, что отверстие полузакрылось.
А дальше было проще. Мы совместными усилиями вытянули эту тварь, которая была явно оглушена, но жива. Кое-как Мора её ополоснула, пока я бегал за рюкзаком (а это было долго, я соблюдал максимальную осмотрительность, стараясь быть подальше ото рва).
В итоге кувшин получил ещё одно деление. И появилась надпись «Серебряная Пурга».
— Мора, тык эта тварь была второго ранга? — спросил я куклу, когда мы немного отошли от деревни.
— Да, — ответила кукла.
— Значит, мне не показалось, что она как-то крупнее. Ты использовала какую-то магию? — уточнил я на всякий случай.
— Нет. Я действовала по указаниям хозяина. Моя магия могла убить, повредить или испортить мясо, — сказала рабыня, а я запомнил опасность некоторых указаний.
— Ясно.
Назад мы шли после полудня. В это время я частенько спал, поэтому и сейчас я был немного сонным. И качество сна минувшей ночью не прибавляло бодрости.
С другой стороны до заката ещё достаточно много времени, что сейчас явно выгодно.
Периодически из кувшина мы доставали осетра, и Мора использовала на нём заклинание исцеления. Благо здесь не было водоёмов. После лечения рыбка становилась бойкой. А её габариты позволяли в ходе обычных рыбьих скачков создавать разрушения. Но Мора быстро наносила новый оглушающий удар, а посвежевшая добыча отправлялась назад в кувшин.
Где-то на середине пути я спросил Мору:
— Ты сможешь бежать оставшееся расстояние с моей скоростью?
— Да.
Я решил проверить свою выносливость и начал бег. После тренировок с Пьером, увеличения роста и повышения во мне цепи контроля балы, мои физические параметры превосходили моё взрослое тело в прошлой жизни. Не могу точно сказать это говорит о моей текущей силе или слабости прошлого тела к концу жизни.
При этом до уровня предвоина я ещё очень далёк. Что говорит о потенциале роста. Характеристики Безымянной уступают моим в силе и выносливости, но её ловкость и скорость поражают.
Хотя в сравнении с рыцарями мы и выдыхаемся быстрее, и наши пиковые характеристики ничтожны.
А учитывая то, что мне всё в основном даёт бала и её слой вокруг моего тела, то фактических завоеваний со стороны культуры тела у меня немного.
Но для теста, ещё когда караван с родителями не уехал, а катастрофа с Зимородками только намечалась, я пробовал бегать очень долго. И к моему удивлению это давалось весьма просто.
Но вот рюкзак, амуниция и пересечённая местность вместо тропинок выматывали быстрее. К моменту, когда мы приблизились к холму, я уже почти сдался и был близок к тому, чтобы отдать приказ: «Хочу на ручки, агу-гу-гу!»
Это было бы фиаско для моего внутреннего самоуважения.
Я сбавил темп, а следом за мной и кукла Виритино.
Я уже забыл и о странных скелетах, и о рыбе, и о триумфе над Желе.
В мозгу была только мысль: просто… дойти… до цели.
Внутри барьера нас уже ждал Пьер.
— Хозяин, Вы раньше, чем мы ожидали. К Вашему приходу ещё не приготовлен ужин. А обед уже остыл, — с ухмылкой сказал старик-мумия, когда я почти дошёл.
Я достал из потайного кармашка рюкзака предмет, который позволял мне самостоятельно, без приглашения от жителя холма, пройти сквозь защиту.
— Я дома! — еле слышно выдавил я из себя или даже прохрипел. Хотелось прыгать от достижения цели или хотя бы триумфально вскинуть руки вверх. Но силы заканчивались, — Пьер, понеси рюкзак до дома. Мы бежали, и я больше не могу.