Итого: разумные варианты «нулёвки» можно с успехом использовать на восстановленных и очищенных от сорняков полях, после четырёх–пяти лет минималки в режиме мульчи и щелереза. И не тотально догматично, а со смыслом и пользой. Что и происходит у Свитенко, Шнайдера и Шугурова.
То есть речь идёт не собственно о нулёвке, а о прямом посеве стерневыми сеялками. Восстановив почву, естественно приходишь к стерневому посеву: зачем платить больше? Но при этом продолжаешь смотреть глазами и думать головой. «Незыблемые принципы» — они для рекламы. А у хозяина принцип один: реальное улучшение жизни. И самое главное — на перспективу.
Кубанская нулёвка А. М. Бурдуна
Что ты чувствуешь, раскрыв секрет? Понимание, потом лёгкое разочарование — и жгучую потребность в новом секрете!
Именно так, цельно и адаптивно, воплощает идею устойчивого земледелия краснодарский селекционер и агроэколог, доктор биологических наук, профессор КубГАУ Алексей Михайлович Бурдун. Он объединил свою биологическую агрономию со своими же уникальными сортами. Получилась «органическая система земледелия с адаптивной системой сортов». Результат такого синергизма — 60–70 ц/га при рентабельности 120%.
Основа агротехники — минимальная или нулевая обработка, биопрепараты и постоянное наращивание плодородия. Углеродный круговорот усиливается возвратом всех растительных остатков, а структура почвы активизируется выращиванием минимум трёх корневых систем на одном поле за сезон. Специально созданные микробные препараты ускоряют распад органики, санируют почву и защищают от вредителей.
Осенью можно применять диски, а в первые два–три года и гербициды. Нужда в них постепенно отпадает: пахоты нет, и сорняки не «сеются». Посев — в стерню, на глубину всего 2–3 см: для сортов Бурдуна это оптимально. Мульча и биопрепараты обеспечивают дружные всходы и морозостойкость, а мелкий посев даёт наилучший стеблестой и прибавку колосков в колосьях. Через три–четыре года микробные препараты позволяют в разы уменьшить и минералку, а в идеале вообще от неё отказаться.
Убрал основную культуру — посеял вторую. Это позволяют, опять–таки, сорта Бурдуна и биопрепараты. После озимой пшеницы — гречиха ил и ультраранний подсолнечник, или два урожая подсолнечника, или две посадки картофеля. Обе культуры остаются на поле в виде измельчённых вершков и нетронутых корней. Но есть ещё и третья «сидеральная культура» сорняки. Их «выращивают» между основными культурами. Не дав массово зацвести, уничтожают раундапом и «бреют» косилкой–измельчителем. Две культуры плюс сорнячный сидерат — три биомассы и три структурирующих корневых системы за год. Бурдун называет это «активным управлением архитектоникой и биологией почвы». Действительно, за два–три года почва становится биологически самодостаточной. Дальше плодородие постоянно нарастает.
Вместе с плодородием растёт и рентабельность. Если в «послушном интенсиве» кило пшеницы обходится в 3,5 рэ, то в «зрелой» системе Бурдуна — всего в 1,2–1,4 рэ при отличном качестве. И почва за те же деньги улучшается!
О сортах разговор особый. Алексей Михайлович — селекционер мирового класса. Его подсолнечник, озимая пшеница и озимый ячмень невероятно универсальны — работают при любом типе агротехники. Но именно они позволяют эффективно воплощать органическую «систему двух культур». Они выносливы, устойчивы к разным болезням, не полегают — очень плотная соломина, приспособлены к малой глубине посева, морозостойки и весьма устойчивы к засухе. Многие из них ультраранние. Но главное, все они универсальны по срокам посева: озимо–яровые, или «двуручки». Посеянные в ноябре–декабре, могут всходить в феврале, а посеянные в январе–феврале взойдут в марте–апреле и догонят, а то и перегонят прочие озимые осеннего сева. Зимний сев позволяет им эффективно использовать запасы почвенной влаги. Например, ультраранний подсолнечник Букасон может сеяться в любое время: всходы выдерживают мороз до -12–14 °C.