Света никак не отреагировала.
Они вернулись к компании. Там уже разливали по стаканчикам. Слэш стоял на стрёме — работники кладбища могли застукать за пьянкой и прогнать — куда податься бедным "готам"?
Эми шутливо сказала Свете:
— Если с кем-то из наших мальчишек хочешь дружить, посоветуйся со мной, сразу скажу, кто есть кто. Например, Слэш весёлый, приколист, заводной. Но ненадёжный. Нас однажды менты замели. А он сбежал.
— А разве не я твоим родакам позвонил, и они вас всех вытащили?! — Возмутился Слэш.
— А замели почему? — Поинтересовалась Света.
— Мы подрались после концерта с алисоманами. Слэш сказал, что их Кинчев — расписной, как хохломская ложка.
— Между прочим, я только повторил известного писателя — Пашу Крусанова. — Ухмыльнулся Слэш.
Власта продолжала: А они тоже начали издеваться. Ну, тогда Слэш добавил, что их Костян — пенсионер для пионеров, его скоро будет под руки на сцену выводить, и песочек следом подметать. Тут один и врезал Слэшу. И завертелось. Классный был махач!
Они были новыми на этом кладбище — дети боли, и Света не собиралась показывать им свои "места силы", Кастанеду она недавно прочитала.
Похороненные здесь люди были ей ближе новых друзей. Мертвые не предают. В глубине кладбища, среди старых захоронений, стоял большой памятник из белого мрамора. На длинном постаменте возлежала на боку девушка в длинной античной тунике. Опершись на локоть правой руки, левой придерживала вечно скользящий и не соскальзывающий с округлых светящихся плеч плащ. Лицо, словно выточенное изо льда, с полуопущенными веками под тонкими дугами бровей, чуть улыбалось маленьким нежным ртом. На аккуратных локонах и в складках одежды лежали желтые берёзовые листочки. Земля вокруг постамента замшела, брызнула шелковистыми прядями травы, к осени порыжевшей.
Сколько ей лет? Умерла в семнадцать или в двадцать? И приходили родственники, плакали перед белой, молчаливой, словно погруженной в глубокую думу о чём-то светлом, для живых непостижимом.
Света не раз обошла кладбище, знала его как сайт любимой группы, как книги, которые любила перечитывать. Были здесь могилы, которые она безотчетно ненавидела, обходя — неприятное давящее чувство возникало в груди рядом с ними. А Белая дева нравилась Свете. Она подходила к ней, смахивала листву с мраморной туники, на щеках статуи переливались капли дождя.
В кустах среди ржавых оград, на одном из крестов была надпись "Варенька Коваленко, 1936–1942". И Света размышляла о том, что вот какая-то девочка умерла в первые годы войны, может быть, от осколка бомбы, может быть, от болезни или голода. Позже, когда она показала могилу Лу, та притащила из дома пушистого игрушечного зайца, которого они посадили у креста. И вечером, уходя с кладбища, Света представила, как у могилы маленькая девочка прижимает к груди подаренную игрушку. Она оглядывалась, и ей казалось, что среди ржавых оград белеет платьице…
Они с Крысом гуляли по кладбищу. Подолгу стояли близ какого-нибудь из памятника. Крыс сам заметил Белую деву.
— На Эми похожа. Я бы в такую влюбился. — Сказал Крыс. И Светино сердце царапнула ревность — Крыса она присмотрела для себя как хорошую вещь.
Они с Крысом стали гулять вдвоём после одного особенно ненастного дня, когда на кладбище никто не пришёл. Только Крыс нашёл Свету, болтающую в цветочном киоске с продавщицей, сидели они в застекленном помещении. А за стеклом расплывались силуэты памятников и деревьев. Крыс с мокрыми топорщащимися волосами, в плаще, ежился на пороге. Света вышла к нему:
— Пойдём в склеп.
— У меня тут бутылка водки спрятана. — Крыс пошарил в стенном проломе. — Нет бутылки. Мертвяки выдули, наверно.
— Если Слэш знал, он мог взять.
— Убью гондона.
— Пойдём в кафе?
— Что-то не хочу.
У Крыса денег, как правило, не было. У Светы всегда было немного, спрашивать у матери она стеснялась, но если та предлагала, не отказывалась. Сугубо личными вещами она считала — любовь, смерть и количество денег в кармане. Не признавала, когда за неё платят, и не платила за других. Скинулись на полуторалитровку тоника, чтобы согреться и опустошили её, сидя под пластиковым козырьком остановки у кладбища.