На границе наша охрана осталась, а мы вчетвером уже отправились дальше. Какого-то особого досмотра нет, и привычного шлагбаума нет. Лежат два камня на одном написано Китосс, на другом что с нашей стороны Ташель и все. Вот такая граница, как сказал, дюжин Ратос, его так зовут, вся таможня, и местная стража в ближайшей деревне, Ставки называется это уже заграница. Попрощались с охраной и поехали дальше, как я не храбрился, а встреча с местными свободными людьми, мне не понравилась.
Уж лучше краменовские шарки, чем эти. Собачки из-за кустов с лука не стреляют, а эти запросто. До деревни добрались быстро, здесь километров десять не больше, и началось, и кто такие, и почему, и что вам надо, и так далее. Когда уже я стал размышлять, дать денег, или спалить всю деревню. Потом пойдем дальше, появился местный шаман, правда не Фрая-Лельку а всего лишь Ран-Лелку бога покровителя рек и озер, но для местных хватило и его. Он подтвердил, кто перед ними и мы прошли дальше. Здесь тоже используются те же пластины Пейсы, но на ней должна стоять виза или сат если для местных. Это такие сложные иероглифы, виза разрешение на проезд, а сат по местному город. Это значит местный житель, и с ними разговор совсем другой, уже согласно дырок. Мне пока ничего не светит, у местных таможенников, прав таких нет, они только берут въездные пошлины, и отправляют дальше со своим человеком, почему берут пошлины, объяснили, а чтоб другим не досталось, а в подтверждение, что все уплачено, дают сопровождающего. Он все подтверждает, но берет деньги за сопровождение.
С нас ничего не взяли, но за сопровождение десяток золотых затребовали, а куда же, без этого. В сопровождение нам выделили веселого парня, Колис зовут, он всю дорогу рассказывал шутки, и совершенно не боялся свободных людей, а что с вас взять, спросил он. Все местные… имеют людей в деревне, и если будет ехать обоз или еще что, а сейчас, он даже по секрету сказал. Мол, из деревни никто не поехал впереди вас, значит, никого и не предупреждали, тогда чего волноваться. Ну, не знаю как кому, либо я ничего не понимаю, или здесь все же лучше, чем в Ташеле.
До столицы добирались почти три дня. Встречу, местный правитель нам организовал хорошую, за него я и не очень волновался. Во первых он сосед Ташеля, во вторых и с предыдущим королем Томар Китасс дружил и с нынешним, я видел, он был в хороших отношениях, что здесь волноваться. В столицу Китосс, а здесь все просто, все столицы именуются в основном по названию королевства, и иногда еще, если число жителей превышает что-то около десяти тысяч человек, к названию добавляется слово сат, это значит город. Сам Китосс, никак не мог получить эту приставку, как я узнал, жителей было очень много, но все жили промыслом рыбы, и город мог, когда шторма или дожди разрастись и сильно, а в рыбный промысел, соответственно же быстро обезлюдеть. Вот и посчитай сколько жителей. Поэтому местная элита считала, что столица Китосс-сат, и уже надо делать ворота и брать входную пошлину. Ей же наперекор местные простые рыбаки и главы артелей, не соглашались. Считали, что городок еще чуть-чуть не достает, и надо не ставить ворота, чтобы был стимул приезжим, здесь поселится, и город еще больше вырос.
С Матикой пока мы ехали, я занимался не только оружием и боевой подготовкой, а также и простой учебой, в свете прошлых событий она не отлынивала, стимул был серьезный как ни как. Она же пыталась мне объяснить местную письменность и счет. Здесь применяется двенадцатизначная система счета и десятичная, вторая считается не благородной и всячески притесняется, хотя большинство знает и ту, и ту. Правда как я позже узнал, скорее большинство не знает никакую. Та же Матика, не смотря на то, что дочь короля, знала до тысячи десятичной, и тридюж двенадцатиричной. Это не так мало, я пересчитал где-то 1728 примерно наших. Как по мне все таки удобнее в десятичной, и я Матике это и преподавал, но и благородную систему не забывали, в ней тоже были свои хорошие черты. Мне, правда, не нравилось, но здесь меня никто не спрашивал, а на рынках часто цены были именно в благородной системе поэтомуприходилось учить обе ну и морока я вам скажу.
Когда стал выяснять, зачем тогда десятичная, оказалось, купцы с Крамена и имперские, а были здесь и те и те, не признают другую, и чтобы с ними торговать, местные торговцы под приезжих купцов и подстроились. Да и крестьянам или как здесь называют люди полей или кайре, от названия главного инструмента для работы. Я улыбнулся, вспомнив, кто такие кайре в Крамене. Стал объяснять Матике, она что-то слышала, но никогда не видела, а местные даже и не слышали. Стал рассказывать, слушали все раскрыв рот, как откровения Иисуса, здесь нет газет, и все разносится только устно. С королем я лично не говорил, здесь мой статус не более чем телохранитель, то есть я присутствую на всех мероприятиях, но в виде мебели, или как-то очень близко. Я особо и не расстраивался, где надо я подскажу, где не надо промолчу. Не очень зная местные реалии, не сильно-то и подскажешь.
Местный правитель сразу сказал, что он понимает, что мы торопимся, но раньше чем через три дня нас не отпустит, а иначе его не поймут ни соседи ни местная знать. Где королевское гостеприимство и почему не показал город и порт. До порта было без малого лиг 25, или по мне, наверное, километров 50.
Скакали почти весь день с заводными лошадьми и с небольшими перекурами, для придворных. Это был целый выезд, было и много собачек, больших и разных, здесь в моде что-то вроде наших болонок, только не белого, а желтого цвета и все благородные скакали с ними. Наш телохранитель уже привык и только косился на больших охранных псов. Вот это собаки, величиной почти с лошадь, и да, похожи на Краменовских, но только еще больше. Одно хорошо, без команды, ни на кого не бросаются, а вид ну очень грозный.
По дороге решили устроить маленькую охоту, одна такая собачка из «охранных» как их зовут, сама завалила оленя или еще кого, я не понял, уж больно ветвистые рога и приволокла к нам. Я впечатлился, а бедный Котосс все приговаривал, хорошо, что наши шарки Краменовские такие маленькие. Не знаю как для местных, а порт мне не понравился, вонь, грязь и куча лодок плоскодонок, довольно больших, но отнюдь не корабли. Тут уже я стал расспрашивать местных, а почему нет киля и как они плавают. Киль был, но очень небольшой, здесь у берега много водорослей и корабль или лодка по моему никак не тянула она на корабль. Вот это скажем нейтрально судно, и ходило в море. Правда была одна проблема здесь дули ветры в холода с моря, а в тепло с суши. Вот и сейчас ветер дул с моря, и все суда были у берега, а что, как там держаться, когда стал спрашивать, а что против ветра слабо выстоять.
Мне объяснили, что гребцы конечно могут, но кому ловить и эти морские Шукры как с ними быть. Они в холода лютуют сильно. Из-за них цена на рыбу сильно растет, только в тепло они не много от берега уходят и тогда можно ловить и лучше и больше. Не смотря на все это. я напросился в море, нет, я ни разу не моряк, и жил в глубинке, иногда выезжал пару раз и все. Сейчас просто же решил покататься благо на халяву, и Матике хотелось. Было еще относительно тепло и день хоть, и клонился к закату, был погожий. Тремя лодками вышли в море на одной мы с королем Томара Китасс. Он как потомственный рыболов, нам рассказывал и как ловят, и что за трава, и какие случаи бывают, я вобщем даже заслушался, про Матику вообще молчу. За какой-то час отплыли от берега, и даже рыбаки с соседней лодки закинули сети, чтобы нас побаловать свежей рыбкой. Я смотрел на мелкие волны, Матика слушала Томара, и только когда со стороны берега и с соседней лодки закричали Шукра, Шукра, мы встрепенулись.
Я не знаю, кто такая Шукра, но про Лохнесское чудовище слышали все из нас. Вот это было оно, где-то метр, а может и больше толщиной и метров 50 длиной, у страха конечно глаза велики, но очень уж страшно было. Томара Китасс, надо отдать должное, не испугался, а только закричал боковой лодке вперед к берегу, и нам стал быстро объяснять. Это старая морская хитрость Шукр, от берега встает один или два наиболее крупных морских ползков, и пугает рыбаков, а когда они отбегут дальше от берега, а летом при попутном ветре это очень легко, то там всех встретят много мелких Шукр, и все, нет рыбаков. Сейчас же, когда ветер дует к берегу, есть шанс.