Спустя почти час после ужина, родители таки нашли своих детей. Одри хотела накричать на дочь и устроить сцену, но вмиг сжалилась. Увидев спящих разнаряженных подростков на полу в гардеробной, причём в обнимку, они тихонько закрыли дверь. Габриэль и Одри довольно переглянулись и пожали руки.
Маринетт и Лука
Он был прекрасен. Яркий свет прожекторов освещал его волосы как-то по-особенному, что они приобрели оттенок ночного неба, взгляд сделался нежным и душевным, от потрясающего голоса по делу бродили мурашки. На сцене были и другие участники группы, выкладывающие все силы и талант для выступления, но Лука приковывал всё её внимание на себя.Маринетт стояла в первых рядах и почти не дышала, сердце замирало с каждой новой услышанной нотой. Где-то в кармане затёрся и без того измятый пригласительный билет, врученный ей лично. Конечно, девушка старалась не подавать вида излишней заинтересованности, но как иначе в зале, наполненном воодушевлённой энергией. Вокруг бесновали парни, подпевая знакомым песням, и прыгали девушки, ликуя. Одна Маринетт Дюпен-Чэн стояла неподвижно и взирала на того, от кого сердце в груди замирало.– Ну что? Вы достаточно разогрелись? - Риторический вопрос, но толпа заулюлюкала и прокричала в ответ громогласное «Да!». Лука посмотрел на Маринетт, стоящую настолько близко, что отчётливо видны блестящие сиянием глаза. - Эта песня особенная.Очередное ликование толпы любителей музыки, но у девушки возникло ощущение, что эта фраза обращена только к ней одной. Рука потянулась к груди, будто могла прикосновением унять затрепывавшие чувства. А в этот момент пальцы Луки уже скользили по струнам гитары, сопровождая вступление мягким звучным голосом. Казалось, наслаждение от исполнения этой песни поглотило его самого. Вокруг потихоньку стихали фанаты, они чувствовали, что песня - последняя, к тому же она была очень трогательной и лиричной. Маринетт слышала всхлипы, затем заметила, как пара девушек украдкой вытирали выступившие слёзы. И не мудрено, ведь слова текста посвящены юной девушке, поразившей сердце поэта. Но однажды она исчезла, как приятное сновидение, оставив после себя лишь непередаваемые приятные ощущения. С тех пор поэт путешествует по вселенной разыскивая свою Музу, странствуя за исчезающим следом её улыбки. Честно, Маринетт и сама еле сдерживалась, чтоб не расплакаться. Отчего-то переданная история казалась такой близкой, что душевные переживания персонажей вызывали эмпатию. На грустной ноте всё закончилось. Молчаливые аплодисменты долго звучали наперебой. Наконец, отблагодарив всех фанатов, музыканты сошлись на краю сцены. Все участники группы хитро посмотрели на Луку, не решающегося заговорить, хоть рот уже был раскрыт. Будто голос куда-то внезапно испарился. – Знаете, - набрался он смелости и толпа тут же смолкла. - Мелодия к этой песне давно зародилась в моей голове, но словами было невозможно выразить, всё, что я чувствую. - Парень глубоко вдохнул, будто находиться на сцене для него сложно. - Я и сам подобно поэту гонялся за своей Музой.Взгляд Луки остановился на Маринетт. Пауза затянулась, что окружающие стали поглядывать на неё. Ещё чуть-чуть и паника перекроет остальные эмоции, за секунду до решения убежать и спрятаться, она услышала:– Вот она, моя прекрасная и удивительная Муза. - Стоило Луке протянуть руку в сторону ошеломлённой девушке, как яркий прожектор последовал в этом же направлении, выделяя её из толпы. - Маринет Дюпен-Чэн, я влюблён в тебя с нашей самой первой встречи. И пусть слова даются мне с трудом, но я намерен донести все свои чувства. Иди ко мне.Она не смогла ничего ответить, в голове слова Луки кружились хороводом, повторяясь вновь и вновь. Под всеобщее восклицание девушка была вынуждена подняться на сцену, особенно когда её буквально запихнула туда буйствующая толпа, жаждущая продолжения представления. На секунду она обернулась: людей было настолько много, что не видна противоположная стена здания. А свет прожектора хоть и был ярким, но множество телефонов светились маленькими огонёчками вспышек камеры. В тёмном освещении похоже, будто Маринетт взлетела на ночное небо. Лука не отпустил её руку с тех пор, как помог подняться, поэтому ощущал, как дрожат от возбуждения и волнения её пальцы. Улыбнувшись, он прошептал:– Я тоже боюсь.Но следующее действие юноши удалило страх Маринетт: взамен телом овладело оцепенение. – Маринетт, пожалуйста, стань моей девушкой, Музой, возлюбленной.Он смотрел в её глаза с замиранием сердца. Всё пространство окуталось тишиной в ожидании ответа. Не веря происходящему Маринетт не нашла слов, но вместо этого просто кивнула.– Да? Это - да?– Это - да, - тоненький голос чуть дрогнул, но был слышен всем.Сквозь аплодисменты и поздравления, Лука без разрешения взял Маринетт за подбородок, приподнял личико и бережно приник губами к её. Вселенная исчезла; остались только звёзды - вспышки и ночная темень зала. Пару секунд девушка привыкала к новым ощущениям, а затем просто расслабилась и позволила чувствам захватить свой разум.