- Доченька! - эхо разносит над поляной давно истертый из памяти голос мамы.
Неизвестно откуда берутся силы. И я разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов, перекинув ноги через спину Мирай. Верчу тяжелой головой в поисках источника звука, но никого не вижу. Мы стоим посреди бескрайнего зеленого поля, края которого уходят за горизонт. Над нами только голубое небо с пышными белыми облаками и палящее солнце. Лучи солнца больше не ласкают меня, а обжигают. Жгут кожу, выпивая из меня влагу. Чувствую жажду, слабость и головокружение. Ложусь грудью на гриву Мирай, обнимаю ее могучую шею. Мирай снова трогается с места, шагает быстрее и увереннее, ощущая захват моих рук вокруг своей шеи.
- Доченька! Чаюри! Щей*… - раздается вокруг. Верчу головой по сторонам. - Роза! - голос папы звучит совсем близко.
- Дадо… - шепчут мои пересохшие губы, но голоса нет. - Папа! Где ты? - пытаюсь кричать, но мои голосовые связки воспроизводят только хрипящие звуки. Горло, словно выжженная пустыня, мне жутко хочется пить.
- Роза!
Оборачиваюсь и вижу Паво, он быстрым шагом приближается к нам, я сильнее сжимаю бока Мирай коленями, пытаюсь пустить ее в галоп, но она медлит, и он успевает ухватиться за повод. Откуда не возьмись, в моей руке оказывается кнут. Я сжимаю в кисти увесистую плетку и теряюсь. Я никогда не хлестала Мирай. Делаю еще одну попытку заставить ее сорваться в галоп, но Мирай топчется на месте, делая лишь пару резких движений головой в попытке вырвать повод из его рук.
- Не убегай! Не надо… Куда ты спешишь? - он находится рядом со мной, но голос кажется каким-то далеким и слабым.
- Отпусти!
Он отрицательно качает головой, глядя на меня с тоской и сожалением, оборачивает кожаный ремень повода вокруг кисти несколько раз. Мирай нервничает и стрижет ушами.
- Отпусти! - еще один полунемой вскрик вырывается из моей груди.
Рука сама взметается вверх, кнут со свистом разрезает воздух и обрушивается на него. Одновременно с этим действием, Мирай встает на дыбы, вертит головой. Он отпускает повод. Не смотрю на него. Отбросив кнут в сторону, лишь крепче обнимаю шею Мирай, несущую меня сквозь высокие травы. Солнце жарит нещадно. Думаю, о том, как хорошо было бы сейчас оказаться в тенистом прохладном лесу. Как хорошо было бы припасть губами к роднику и напиться воды вдоволь. Как по заказу, жуткая жара сменяется легкой прохладой, исходящей от быстрого ручья, пробивающего себе путь через мшистые камни. Аккуратно сползаю со спины Мирай. Она ужа пьет ключевую воду, я тоже делаю несколько шагов вверх по течению, набираю в ладони кристальную ледяную воду и жадно пью, ощущая, как мое тело наполняется живительной влагой. Головокружение медленно отступает, такое ощущение, что сейчас я чувствую даже течение крови, циркулирующей по моему организму.
- Бу! - разносится над моим ухом. Тимур перехватывает меня за талию и прижимает к себе. - Соскучилась по мне?
Утыкаюсь взглядом в улыбающееся лицо. Сердце вмиг наполняется радостью, но произношу я совсем не то, что хотела бы сказать. Словно против своей воли кричу:
- Пусти!
- Зачем?
- Пусти, я сказала!! - голос больше не хрипит, а звенит словно колокольчик. Я вырываюсь и бьюсь раненой птицей, а он лишь крепче стискивает меня в объятиях.
- Тише… Тшшш… - произносит он, пытаясь обнять меня еще крепче. - Разве я могу тебя отпустить?
- Не можешь? - тихо произношу я затаившись на секунду.
- Конечно не могу… - Тимур разворачивает меня лицом к себе, смотрит на мои губы.
Прикрываю глаза и подаюсь к нему навстречу, обвиваю руками его шею, жду, когда он поцелует меня. Но он медлит, а я стою как застывшая статуя. Пульс грохочет в висках, резкая боль прошивает мой живот. Пытаюсь зацепиться руками за его плечи, но выходит так, что цепляюсь я за воздух. Падаю... Тимур больше не держит меня. Я лечу в пропасть, земля словно разверзлась под моими ногами, поглощая меня в свои недра.
- Позора с тобой не оберёшься… Непутевая девка! - голос мами стрелами пронзает мое сознание. Худое морщинистое лицо лишь на секунду мелькает перед глазами и исчезает.
- Роза, в моей семье все равны! - вслед за мими чеканит отец, его образ рассеивается как туман.
- Почитаешь мне? - Нику улыбается мне, склонив голову набок. - Почитай мне, Роза! - Нику продолжает улыбаться. Хватаю руками воздух, не прекращая падать все ниже и ниже.
- Почитаю… Почитаю! Только не исчезай! - кричу я отдаляющемуся образу братишки. - Нику! Не исчезай!
Чувствую, как горячие капли ручейками бегут по вискам. Медленно раскрываю глаза. Набираю полные легкие воздуха вдыхая странные ароматы, совсем не похожие на запахи цветущего луга. Антисептики… Поворачиваю голову на бок, скольжу взглядом по переплетениям проводков медицинских приборов.
- Очнулась? - приоткрыв дверь, в помещение заглядывает девушка в белой шапочке. Скольжу взглядом по стенам с широкими окнами, выходящими в коридор, поворачиваю голову в другую сторону, вижу еще две кровати на которых лежат спящие женщины. - Ты смотри не вертись и встать не пытайся. Сейчас доктора твоего позову, - девушка подходит к моей кровати и переписывает показания с приборов. - Шустрая ты! - коротко улыбается мне. - Сразу видно, молодой здоровый организм.
- Что со мной случилось? - спрашиваю полушепотом.
- Сейчас придет твой врач и все тебе расскажет. Анатолий Георгиевич! Проснулась, - кивая на меня произносит медсестра, поворачиваясь к тучному мужчине с усами. Он заходит в палату, приближается ко мне. Улыбается… Он похож на шмеля. Точно… на шмеля.
- Выспалась, спящая красавица?
Медленно моргаю глядя на улыбающегося дядьку.
- Ну и шороху ты тут навела!
- Я? - чувствую, как округляются мои глаза, когда медсестра отгибает край простыни оголяя мой живот.
Ловлю приступ паники, потому что понимаю, что я совершенно голая. Дыхание учащается. Доктор смотрит на широкую повязку прикрывающую часть моего живота. Жестом показывает ей укрыть меня снова.
- До утра пусть здесь полежит. Понаблюдаем… Если все нормально будет, завтра в палату переведем.
- Что со мной случилось? - в голове мелькают кадры того как, Паво держит меня за волосы управляя автомобилем, а я…
- Ох, уж эти женщины! - качает головой врач. - Маникюрные ножницы не самый безопасный предмет. Иногда они могут оказаться опасней ножа. В брюшную полость твою вошли по самые ручки. В рубашке родилась. Все могло бы быть гораздо серьезней. Но крови потеряла много. Перепугала всех своих мужиков.
- Каких еще мужиков? - сиплым голосом уточняю я.
- Каких, каких? Тебе виднее, каких! Тех, которых полиция отсюда забирала. Насколько я помню там были: муж, жених и брат. Все они между собой передрались и разнесли пол приемного отделения. Нос кому сломали? - обращается к медсестре, которая хлопочет около соседней кровати.
- Мужу, - усмехнувшись произносит она.
- А кто?
- Жених, вроде, - переходит к следующей пациентке.
- Это ему бровь шили?
- Ага.
- Деловая! - улыбнувшись произносит доктор. - И муж у нее, и жених имеется. Кому-то ни того ни другого, а кому-то сразу двое. Несправедливо! - качает головой укоризненно. - Поделилась бы со Светланой. Да, Светочка? Тебе которого, постарше или помладше?
Девушка хихикает. Доктор наклоняется ко мне.
- Отдавай ей того, который с поломанным носом. Храпеть будет всю оставшуюся жизнь. Зачем тебе такой нужен?
- Анатолий Георгиевич, подойдите пожалуйста, - медсестра подзывает доктора, внимание с меня переключается на пожилую женщину, и я остаюсь сама с собой наедине, размышлять о том, что же будет дальше.
Что будет со мной, когда я смогу покинуть стены больницы? Почему Булат здесь? Кто ему сообщил? Тимур! Тимур позвонил ему, когда я сбежала. Я не удалила номер, после того как пыталась дозвониться до брата с его телефона. Значит Тимур позвонил ему, и он приехал. Значит, теперь он не оставит меня на произвол судьбы…