- Значит будем нянчить, - спокойно произносит Ульяна наливая воду в чайник.
- Ты себя то слышишь? Нянчить! Их самих еще нужно нянчить!
- Ну что ты кипятишься? Ну какие дети? - спокойным вкрадчивым голосом произносит Уля и кладет руки на плечи Егора. - Тимур, пообещай ему, что детей ближайшие пару-тройку лет не будет. Мне кстати, с тобой нужно будет поговорить кое о чем, - стреляет глазами на двери.
- О чем? - напрягается Егор.
- Ни о чем, не бери в голову, - массирует его плечи. - Вон голова уже наполовину седая, а ты от внуков отказываешься! - смеется.
- Так из-за кого, она у меня седая?
- Ладно, ладно успокойся… Когда ты ехать собирался?
- Завтра.
Егор смотрит на меня выпучив глаза.
Уля заливисто хохочет.
- Тим, дай ей недельку, на прийти в себя. У нее там братишка еще в больнице лежит, пусть она с ним побудет. Давай в следующее воскресенье поедем?
Что бы я делал без Ульяны. Уверен в мире не существует больше ни одной женщины, которую бы стал слушать Егор. Даже не так… не просто слушать, а слушаться. После их долгих разговоров за закрытыми дверями спальни он наконец согласился, что Розу нужно забирать. Ее семейка не даст ей спокойно учиться. Даже Булат это понимает и признает. Он сам стал инициатором того, чтобы оплатить ей учебу подальше от дома. Наверное, впервые в жизни он принял это решение самостоятельно не посоветовавшись с отцом.
Скорее всего, отец Розы будет давить на то, чтобы она училась в родном городе. Поэтому Булат решил поставить его перед фактом. Мы поговорили и пришли к выводу, что у нее должен быть выбор. Она может приехать и поселиться отдельно, Булат готов снимать ей квартиру. В таком случает мы будем встречаться, до тех пор, пока она сама не созреет и не решит, что жить без меня не может. А может сказать мне «да» прямо сейчас и тогда я буду самым счастливым человеком на свете. Я не могу не попытать счастья и не попробовать убедить ее, что со мной она будет счастлива и не пожалеет о своем решении.
В душе я уверен, что она не откажет мне. Но даже если она засомневается, я найду способ убедить ее не сегодня, так завтра или послезавтра, все-таки упорства мне не занимать, что она моя половинка, а я ее.
Конечно же Уля права в том, что мне пора становиться серьёзнее не только на словах, но и на деле. Я и сам это прекрасно понимаю. Ни с кем кроме Розы я не делился личным. Только она теперь знает, какой я внутри и чего хочу от этой жизни. Я хочу так же, как Егор спешить домой, потому что меня там ждут. А не шататься где попало, лишь бы убить время. Я хочу такую же семью как у Егора и Ули. Хочу видеть Розу рядом с собой, всегда чувствовать ее присутствие. Хочу ссориться с ней и тут же мириться. Дарить ей подарки и получать в ответ те эмоции, которые никогда не подарит мне ни один человек. Я представлял пару раз реакцию своих бывших подружек на кактус за сто пятьдесят рублей и приходил к выводу, что никто кроме Розы не светился бы от этого подарка такими искренними лучезарными эмоциями.
Я не собираюсь платить за нее выкуп. Егор снизошел до того, чтобы предложить мне соблюсти традиции, тем самым проявить уважение к ее отцу. Я отказался. Никто не должен принимать за нее решение, выходить ей замуж или нет. Это должен быть ее осознанный выбор. Хватит того, что эти традиции чуть было не загубили ей жизнь. Даже боюсь себе представить, что было бы с ней, если бы Мирай купил кто-нибудь другой. Это определенно судьба. Ведь случайности не случайны…
***
- Почему вы не купили цветы бабушке? - бормочет себе под нос Уля. - Так нельзя! Нужно было купить всем женщинам по букету, - цокает недовольно поправляя юбку пытаясь немного удлинить ее. - Егор! - пихает его в плечо. - Чем ты думал? Почему не сказал мне, что нужно одеться как-то поскромнее.
- Нормально ты одета! Как обычно…
- Нужно было надеть длинное платье! - хнычет она, когда нам остаются последние пару километров. - Может заедем куда-нибудь, купим что-нибудь поприличнее. Подтягивает вырез декольте повыше.
- Успокойся! Ты отлично выглядишь!
- Я не понравлюсь мами, и она ее не отпустит. А вы еще и цветы не купили! Егор, давай заедем в какой-нибудь цветочный магазин!
- Нет! - возражаю, пока он ее не послушал. - Никому кроме Розы мы цветы дарить не будем. Еще этого не хватало!
Она уже пожаловалась мне на своих домочадцев. Мне кажется, раньше Роза все свои эмоции носила в себе и лишь изредка выплескивала их на окружающих. Эти всплески были особо агрессивными и нередко травмоопасными из-за того, что она копила в себе этот негатив. У нее даже подружки близкой никогда не было, чтобы поделиться с кем-то своими бедами. Мирай была единственным существом, в котором Роза находила отдушину. Мне нравится, что она доверяет мне и не стесняется пожаловаться на обидчиков. Я бы забрал ее сегодня, но она упирается. Говорит, что потерпит еще немного.
Бабка, лежавшая присмерти, с появлением Розы дома, сразу восстала из мертвых и каждый божий день клюет ее за то, что она чуть не довела отца до сердечного приступа, а Нику до истощения. Кстати говоря, он уже три дня как дома и выглядит вполне здоровым. Я познакомился с ним, когда разговаривал с Розой по видеосвязи. Прикольный пацаненок, на Серёгу нашего похож, только мелковат немного. Я пообещал, что мы будем забирать его на выходные, а когда пойдет в школу то еще и на каникулы. И он уже, как и Роза готов учиться, лишь бы поскорее случились те самые каникулы.
А вообще, я не понимаю, чего Ульяна так нервничает. Она выглядит просто отлично. У нее красивая фигура, она может позволить себе любую одежду. Ни припомню, чтобы хотя бы раз Егор отправил ее переодеваться или закатил скандал по этому поводу. Наоборот, он ходит довольный как напыщенный индюк, всем видом демонстрируя, что жутко гордится своей молодой и красивой женой. Думаю, я в этом вопросе буду более консервативен. За пределы дома я свою жену сверкать ногами не выпущу. Хотя, скорее всего, Роза и сама так одеваться не станет. Улька акробатка, она с детства привыкла к гимнастическим костюмам, и открытым одеждам. А вот Роза росла в другой атмосфере…
- Нервничаешь? - Егор стреляет в меня смеющимся взглядом.
- Нет! Я уже в курсе, каков будет ее положительный ответ.
- Да что ты! - качает он головой, подъезжая к высоким коричневым воротам в вычурной позолоченной ковке. Из-за забора виднеется высокий двухэтажный дом из красного кирпича.
Ворота отъезжают в сторону, нас встречает улыбающийся Булат. Дверь отворяется, из-за нее высовывается голова черненькой девчонки лет тринадцати-четырнадцати. Бросив дверь приоткрытой она исчезает, из дома доносятся отголоски ее крика на цыганском языке. К нам навстречу выходит отец Розы. Здороваюсь с ним за руку, перехватив левой рукой увесистый букет их красных роз. Скольжу глазами по окнам второго этажа. За одним из них колышется занавеска, неожиданно у меня потеют ладони. Верчу головой по сторонам. Ульяна вытаскивает из багажника несколько пакетов с игрушками и корзину со сладостями для детей. Егор уже общается с Булатом и отцом. Они посмеиваются перекидываясь дежурными фразами. Почему она не выходит?
Наконец, из-за двери появляется пожилая женщина и недовольно буркнув на Розиного отца, спрашивает, почему он не приглашает гостей в дом. Уля не зря волновалась, она сразу же просканировала ее своими маленькими черными глазками, но никакой эмоции на лице не показала.
Вообще не слышу, о чем говорят вокруг. Слышу только грохот своего сердца и пульс долбящий в висках. Мы не виделись всего неделю, но при этом созванивались ежедневно. Я был уверен, что зайду, возьму ее за руку и объявлю всем, что я ее забираю, а если не отдадут… украду. На деле же, стою как истукан посреди комнаты, пялюсь на нее, а она опустив взгляд смотрит в пол. Роза лишь пару раз бросает на меня встревоженный взгляд и снова опускает глаза. Она охрененно красивая! Просто нереально красивая, как невеста! Только платье на ней не белое, а персиковое. Волосы волнами ниспадают по плечам доходя до поясницы. Черные ресницы подрагивают. Делаю шаг к ней навстречу.