- Булат! - всхлипываю и пытаюсь вцепиться в руку брата. - Я здесь ни при чем! Я просто хотела сходить к Мирай! Я его не знаю! Он сам вошел!!
- Тише Роза, ты и так уже разбудила весь дом!
Ну конечно же я всех разбудила! А кто ж еще! Брат делает попытку освободить мою косу из бабкиного захвата, но она и не думает меня отпускать. Зло зыркает на него и отправляет к отцу.
- У тебя есть дела поважнее! - взглядом стреляет вниз. - С ней я сама разберусь.
- Мне больно! - кричу что есть сил. Раз уж все проснулись, чего церемониться.
Чувствую, как от натяжения волоски вырываются с корнем. Слезы бегут ручьями, щека горит и пульсирует. Только сейчас понимаю, что ощущаю солоноватый привкус крови, касаюсь языком уголка губ, слизывая проступившую каплю. Бабка протащив мое сопротивляющееся тело через весь дом с силой толкает меня в комнату. С трудом удержавшись на ногах пытаюсь схватиться за дверь, чтобы не позволить ей затворить ее, но она оказывается проворней. Захлопывает дверь и замыкает ее на ключ.
- Это твоя последняя ночь в этом доме, потаскушка! - звучит ее стальной голос по ту сторону двери.
На негнущихся ногах подхожу к кровати и падаю на нее навзничь. Не пытаясь заглушать рыдания завываю, что есть сил. Если Райка пойдет в отказ, то мою жизнь можно считать конченой. Меня просто выпроводят из дома вместе с человеком, которого я даже не знаю, автоматически окрестив его женой.
***
Отец расхаживает по гостиной из стороны в сторону. На него страшно смотреть. Волосы взлохмачены, на висках вздулись вены. Глаза навыкат, руки дрожат.
Перепуганные близняхи жмутся к стене, ревут. Я сижу прямо на полу. Не держат меня сейчас ноги, я впервые в жизни так сильно боюсь оказаться за дверью отчего дома. Мысли о побеге теперь кажутся бредом. Глупыми детскими фантазиями. Но еще больше я боюсь того, что отец отвернется от меня. У меня же совсем никого нет. Только он и Булат, ну еще Нику. Ну разве Нику способен мне чем-нибудь помочь в данной ситуации.
Булат приносит наши телефоны и бросает их на стол. Вижу сбитые костяшки на руках брата и отчего то проникаюсь жалостью к тому, кто сегодня пострадал от его кулаков. Обычно спокойный и уравновешенный Булат в последнее время слишком нервный. Тому, кто попался ему сейчас под горячую руку явно не поздоровилось.
- Забар, что ты тянешь!? Что здесь выяснять! - чеканит бабка, восседая в кресле как императрица. - Пусть уходит с ним! Позора с этой девкой не оберемся. Кто знает сколько она уже бегает к нему по ночам.
Я раскачиваюсь из стороны в сторону и закрыв лицо ладонями тихо скулю. Говорить, что я жертва обстоятельств бесполезно, я больше часа это твердила. Девки тоже перепугались и ревут. Даже Лала высунула свой нос, но тут же сбежала. На ее счастье эти проблемы не по ее душу.
- Дадо… я здесь ни при чем. Я хотела проверить Мирай. Она заболела. Я его не знаю. Он просил позвать Раю… - продолжаю подвывать я.
Не могу успокоиться. В голове рисуются страшные картинки. А вдруг он из тех, кто заставляет женщин побираться? Я никогда не стану заниматься чем-то подобным, но осознание того, что физическая сила не редко находится не на моей стороне, подсказывает, что сегодня свершится моя судьба. И я вряд ли способна на это как-то повлиять. Я могу забыть об образовании и о возможности выкрасть свои документы. Если я выйду сейчас из этого дома, то выйду ни с чем. Даже припрятанные деньги забрать не смогу, да и золото все у отца, на мне нет сейчас ни грамма. Я смелая, когда у меня есть план, а сейчас у меня его нет. Мои недавние планы накрылись медным тазом. Мне очень страшно…
Райка снова отрицательно машет головой и начинает выть еще громче.
Булат сидит за столом и копается в моем телефоне.
- Что ты там ищешь? Она дура по-твоему? Конечно же она все удалила! - не унимается бабка, заглядывая через плечо Булата. - Говорила тебе, она еще даст нам прикурить, - поворачивается к отцу, - нужно было отдавать ее, когда ее сватали. А ты что говорил… Пусть доучится!? Доучилась? Избавились бы от нее три года назад и проблем бы не знали. В другой семье бы показывала свой характер. А сейчас кому она нужна в восемнадцать лет, да еще и испорченная! Все равно за нее никто выкупа не даст! Пусть уходит!
Бабка говорит четко, так, чтобы я слышала каждое слово. Она почти не переходит на цыганский, закапывает меня все глубже и глубже. Я действительно уже залежалый товар. Даже Рая и Люба уже неликвид. Отец решил, что не отдаст дочерей замуж раньше шестнадцати. Вот только с Лалой решил не тянуть. Она хвасталась, что за нее дают восемьсот тысяч и полтора килограмма золота. По меркам местных цыган это очень много. Ее хотят забрать в богатую семью. Чем старше девушка, тем меньше выкуп. И тут бабка права... От меня им никакой пользы.
Булат передает отцу мой телефон, отрицательно мотает головой. В его руке оказывается телефон одной из близняшек. Чей не понятно. У них же все одинаковое.
- Дадо! Роза ни при чем! - неожиданно подает голос Люба. Рая ошарашенно поворачивается к сестре. - Он правда пришел к Рае. Я видела, как они переписывались.
Рая начинает быстро мотать головой
- Нет! Она врет! Дадо, она врет! - сползая по стене на пол, рыдает Райка. - Это она… - указывает на сестру. - Это она общалась с ним с моего телефона, - заливается горькими слезами.
- Не было такого!! Я ее предупреждала, что ничем хорошим все это не закончится.
Во мне щелкает тумблер. Я резко прихожу в себя. Истерика перекидывается на противоположный конец комнаты. Теперь максимум, что мне грозит, это порка ремнем за ночную вылазку. Сегодня меня никому не отдадут.
- Роза, иди к себе в комнату! - сурово чеканит отец.
Девки воют, обличая друг друга во всех возможных и невозможных грехах. Я поднимаюсь с пола и, пока отец не передумал, убегаю наверх. Захлопнув дверь своей комнаты, прислоняюсь к ней спиной и стою так минут десять, пока у меня не начинает болеть позвоночник от напряжения. Отлепившись от двери, бреду в ванную. Кто там у нас сегодня плохо выглядел, Лала? На меня из зеркала смотрит чучело с отекшими глазами и опухшей губой. На моей щеке начинает цветение синяк, а венчает все это великолепие ссадина, подаренная мне Лалкой сегодня с утра.
Глава 6
Сегодня восьмой день, как я сижу в заточении. Мне позволено только спуститься к столу, а потом убрать за всеми посуду. Я не скоро выйду на улицу, если даже по дому передвигаюсь под конвоем бабки. Отец со мной не разговаривает. Булат избегает. Он почти не живет дома. Я видела его лишь раз, и то мельком. Наверное, живет у себя в квартире. Я знаю, что у него есть девушка, и знаю, что она не цыганка. А еще я знаю, что какой бы сильной не была их любовь, его девушку никогда не примут в нашем доме. Может, поэтому в свои двадцать пять он еще не женился. Это совершенно нетипично для среды, в которой мы обитаем. Парней женят так же рано, как и девушек. Нередко родители договариваются о браке сразу после рождения детей. Наверное, отец делает ему скидку, потому что сам однажды оказался в таком положении из-за моей мамы.
Ах, почему я не родилась мужчиной? Если бы я была мальчиком, то моя жизнь была бы совершенно другой. Я жила бы как Булат и делала бы все, что захочу. Теперь мечты об университете останутся только мечтами…
Переворачиваюсь на другой бок и солю слезами уже другую сторону подушки. Как там моя Мирай? Почему отец так жесток? Он же знает, как сильно я ее люблю. Надеюсь, она поправилась, потому что если ее не станет. Я этого не переживу.
В нашем доме сейчас все как приведения. Ходят еле слышно и шепчут, вместо того, чтобы говорить в полную силу. Райка с нами больше не живет. И это стало самым настоящим ударом для Лалы. Ее сватовство не состоялось. Вместо того, чтобы отдать замуж Лалу, отец отдал той семье Раю. И не взял выкупа, обещанного за младшую дочку. Отдал им Раю, не взяв с жениха ни копейки. Не завидная теперь ее ждет судьба. Мало того, что ее не хотели, так еще и ценности для своей семьи она совершенно не представляла. А значит, не видать ей хорошего отношения со стороны новых родственников.