По объявлению, мама нашла домик на окраине города, у самого леса — место, где казалось, можно спрятаться от всего мира.
— Это будет нашим убежищем, — сказала мама, улыбаясь и одновременно с усталостью, глядя в мои напуганные глаза, полные неуверенности, боли и сомнений.
Живущая там добрая бабушка не знала, что выставили дом на сдачу. Но увидев нас — наши испуганные лица и страх в глазах — она не смогла отказать. Её дом стал крепостью, которая наконец дала нам чувство безопасности. Мама нашла стабильную работу, что позволило немного вздохнуть свободнее, а я пошел в школу. Там впервые почувствовал, что могу быть как все — нашёл настоящего друга, с которым мог делиться мыслями и надеждами.
За три года бабушка стала мне как вторая мама. Её нежность и забота согревали душу. Она часто говорила: «Бог прислал мне этих двух заблудших детей, чтобы я не оставалась одна». Когда мама открыла ей страшную историю нашей жизни, бабушка пообещала защитить нас любыми силами. Но зло часто приходит внезапно и жестоко.
В тот роковой вечер, мама должна была быть дома к восьми но минуты шли, а её всё не было. Она не позвонила, не дала ни малейшего знака задержки. Я сидел у окна, наблюдая, как садится солнце, пока не уснул над домашним заданием, с тяжёлым сердцем. Проснулся резко от душераздирающих криков и стона боли, раздававшихся из гостиной. Тихо спустился вниз.
Перед глазами предстала страшная сцена: мама, плачущая и дрожащая, с пистолетом у виска, приставленным холодной рукой отца — большого, грозного, с густой тёмной бородой и глазами, полными безжалостного безумия. Бабушка бросилась защитить маму, но пуля пронзила её насквозь. Мама взревела, как зверь, и этот крик ещё долго звучал в моей памяти. Отец лишь улыбался всё шире, наслаждаясь страданиями.
Я стоял, словно парализованный, внутренне борясь с желанием крикнуть, убежать, сделать хоть что-то, чтобы остановить это.
— Что тебе надо? — прошептал я, боясь и пытаясь не показать слабость.
Он молчал, глядя на меня жуткой улыбкой.
Я почти ничего не помню из того разговора — лишь маму в крови на полу и его сквозь зубы тихо сказанные слова:
— Не скучай, ещё увидимся.
Маму спасти не удалось, пуля пробила артерию и ждав скорую, истекла кровью, но бабушку — да. Она стала моим самым близким человеком, взяла меня под опеку, подарила любовь и тепло, которых мне так не хватало. Наши дни наполнялись светом, надеждой и покоем. Но этот свет погас через пять лет — бабушка умерла.
На похороны я не пошёл. Не мог смотреть в глаза тем, кто не замечал ее долгие годы, а теперь появился словно ни при чём. Это чувство предательства было невыносимо. Видеть, как люди делают вид, что заботятся, только когда это удобно, страшнее любого одиночества.
В эти годы я жил один, погружённый в работу программиста — увлечении детства, ставшем профессией. Деньги я зарабатывал нечестным путём, а именно взломом камер и звука у очень важных людей, но этого хватало, чтобы и я, и бабушка ни в чём не нуждались. После её смерти остался один со своей техникой.
И знаете что? Мне действительно нравится эта работа. Заброшенный перед монитором в тишине, я чувствую себя в безопасности. Никого лишнего рядом, ни одного лишнего слова. Никто не видит меня. Никто не мешает.
Прошёл уже почти месяц с тех пор, как бабушка ушла от меня. Я остался жить в этом доме — и он словно стал частью меня, пропитанным воспоминаниями и тихим покоем. Казалось, что это место застыло во времени, укутанное в тишину и запах старого дерева. Уже подумал, что никто не заинтересуется этим заброшенным уголком, ведь кто захочет обосноваться в такой глуши, где до ближайшего магазина километры, и лес вокруг шепчет древние легенды? Но я ошибался.
Было около пяти часов вечера, и солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в густые оттенки оранжевого и пурпурного. Я услышал гул колёс машины у въезда, резкий и чуждый в этой тишине. Вскоре раздался такой пронзительный и противный голос. Она говорила по телефону, голос её был нервным и резким, будто каждая фраза вырывалась через силу. Пытаясь достать чемодан из багажника, она оглядывалась вокруг, будто опасаясь кого-то или чего-то. Блондинистые длинные волосы спокойно ложились на её плечи, приталенный топ едва прикрывал обтянутый корпус, мини-юбка казалась слишком вызывающей для этого уединённого места, а каблуки высотой сантиметров двадцать делали её походку уверенной — словно маскарад в незнакомом лесу. Образ наивной, беззащитной девушки был лишь поверхностной маской — я знал, что это сыграет мне на руку.