– Меня может узнать лишь Грэгг, если он здесь, а дворецкий был нанят позже, он меня и в глаза никогда не видел!
– Может быть, – сказал Банди. – Но я скажу вам в лицо, мистер Людовик, то, что много раз говаривал за вашей спиной: у вас такой бушприт – прямо как у старого лорда!
– Будь проклят этот фамильный нос! Он когда-нибудь меня погубит!
– Вот и я так думаю, – согласился Банди. – Однако какой смысл жаловаться на то, чего нельзя изменить? Если вы готовы приступить к этому делу, то лучше начнем, и нечего время терять! Но имейте в виду: хотя там и мало света для того, чтобы вас узнали, но вполне достаточно, чтобы вы стали легкой мишенью для парня, который, быть может, сидит сейчас в доме с ружьем. Хорошо, если вы выйдете оттуда невредимым…
– Тебе нечего за меня бояться, я не буду сегодня особенно рисковать.
Пройдя через кусты, они обогнули дом и вышли к его фасаду, осторожно ступая по гравийной дорожке. Под высокими створчатыми окнами располагались наполовину занесенные снегом цветочные клумбы. Людовик посчитал окна, чтобы определить, где расположена библиотека, и указал на них Банди движением головы. Абель пролез через клумбы и приложил ухо к стеклу. Ни звука, ни лучика света – все было тихо. Он поставил на землю затемненный фонарь и вытащил из кармана складной нож. Пока Абель возился с окном, Людовик стоял рядом, наблюдая, нет ли засады в саду. Его шляпа бросала глубокую тень на лицо, но лунный свет отражался от серебряных украшений на его пистолете, и они сильно блестели. В парке было слишком много деревьев и кустарника, чтобы быть уверенным, что за ними никто не прячется, но Людовик не заметил никакого движения.
Щелчок заставил его повернуть голову. Банди указал большим пальцем на одно из окон и закрыл нож. Нажав на задвижку, он открыл окно. Оно распахнулось наружу с легким скрипом петель. Банди взял фонарь в левую руку, открыл заглушку, а правой рукой отвел в сторону бархатную портьеру. Дуло пистолета Людовика тут же легло ему на плечо, но оказалось, что в этом не было необходимости. Золотой луч фонаря, проскользив по комнате, не обнаружил никакой скрытой опасности. Комната была пуста, кресла аккуратно расставлены, в камине приготовлены дрова, которые оставалось только зажечь, когда вернется хозяин.
Банди еще раз оглядел комнату и прошептал:
– Не угодно ли вам войти?
Людовик кивнул, засунул пистолет снова в сапог и закинул ногу на подоконник.
– Осторожно! – пробормотал Банди, помогая ему проникнуть в дом. – Подождите, пока я тоже не влезу!
Людовик, оказавшись в комнате, тихо сказал:
– Оставайся на месте, я не уверен, та ли это комната, которая мне нужна. Дай мне фонарь!
Банди подал фонарь, и Людовик направил луч на стенные панели, покрывающие западную стену. Вот луч осветил одну секцию фриза, потом перешел на другую, задержался на момент, а потом снова вернулся к первой. Людовик двинулся вперед, отсчитывая промежутки между пилястрами. На третьей, считая от окна, он поднес фонарь поближе к стене. С трудом высвободил левую руку из перевязи и поднял ее, чтобы пощупать резьбу на фризе. Как бы жалуясь на свою беспомощность, он нетерпеливо щелкнул языком, снова опустил руку в перевязь и отступил к окну.
– Тебе придется подержать фонарь, Абель.
Банди забрался в комнату, взял фонарь, но направил его не на панели, а на замок двери. Внимательно осмотрел его и сказал:
– Нет ключа.
Людовик чуть нахмурился и ответил:
– Может быть, его потеряли. Подожди!
Он тихо прошел по ковру к двери, приложил ухо к щели и постоял, вслушиваясь. Все было тихо.
– Если я не найду в тайнике то, что мне нужно, мы откроем дверь и осмотрим весь дом.
Держи фонарь так, чтобы я мог видеть фриз. Нет, немного правее. – Он протянул руку и взялся за один из завитков. – Я думаю… нет, я ошибся. Это не четвертый, а третий. Теперь смотри!
Банди увидел, как длинные пальцы повернули завиток, и тут же услышал скрип. Внезапный звук, хотя и тихий, прозвучал в тишине необычно громко. Он повернул фонарь и увидел, как нижняя панель в нижнем ряду между двумя пилястрами сдвинулась в сторону и открыла темную пустоту.
– Фонарь, дай мне фонарь! – Людовик почти вырвал его из рук Абеля.
В два прыжка он подскочил к тайнику и нагнулся. И в этот момент Банди услышал тихий звук и, обернувшись, увидел на полу под дверью полоску света, которая постепенно становилась шире. Кто-то осторожно открывал дверь.
– Уходите, сэр! Осторожно! – прошептал он и выхватил пистолет, готовый задержать того, кто войдет, пока Людовик выпрыгнет в окно.
Тот, услышав предупреждение, быстро сунул фонарь в тайник, повернулся и четко скомандовал:
– К окну! Уходи!
Потом согнулся чуть ли не пополам, юркнул назад в тайник и закрыл за собой дверь.
Дрожащий свет свечей озарил комнату, кто-то закричал:
– Стой, стой!
И Банди, скрывшись за портьерой, увидел, как худой человек с пистолетом в руке вбежал в комнату, бросился к тайнику и, тщетно цепляясь за закрытую панель, завопил:
– Он здесь, он здесь! Я его видел!
Дворецкий, стоявший на пороге с канделябром в руке, в изумлении смотрел на панели:
– Где?
– Здесь, за панелью! Я видел его, говорю вам! Тут тайник, мы поймали его в западню!
Пораженный дворецкий, пройдя в комнату, сказал:
– Уж если вы так много знаете об этом доме, мистер Грэгг, то, может быть, вы знаете, как попасть в тот самый тайник, о котором вы говорите?
Слуга покачал головой, в досаде кусая ногти:
– Нет, мы опоздали! Только хозяин знает, как его открыть. Мы должны теперь сохранить его закрытым.
– Мне кажется, что кто-то еще знает тайну, – строго заметил дворецкий. – Должен сказать, что не очень-то понимаю, о чем вы говорите, мистер Грэгг, – все эти таинственные разговоры о непрошеных пришельцах, охрана дома. Кто там, за панелью?
– Откуда мне знать? – уклончиво ответил Грэгг. – Но я видел человека, который исчез в стене! Нам надо вызвать местного констебля к моменту, когда хозяин вернется и откроет панель.
– Полагаю, что вы знаете, о чем говорите, мистер Грэгг, – сухо сказал дворецкий. – Я сказал бы, что это больше мое дело, а не ваше – отдавать приказы в отсутствие хозяина. Здесь происходит совсем не то, к чему я привык.
– Бросьте! – нетерпеливо перебил его Грэгг. – Пошлите кого-нибудь с конюшни за констеблем!
– Оставайтесь на месте! – прогремел голос от окна. – Бросьте пистолет! Вы у меня на прицеле!
Грэгг резко развернулся, увидел мистера Банди и вскинул руку с револьвером. Два выстрела почти слились в один, но в неверном свете ни одна пуля не попала в цель. Дворецкий испуганно ахнул и чуть не уронил канделябр на пол, а через окно влез третий человек и навалился на Банди сзади, крича:
– Вот ты и попался!
Но Абель Банди был не тем мужчиной, с которым легко было сладить. Он высвободился от захвата и со знанием дела ударил противника в лицо. Конюх, а это был он, молодой и ревностный, потерял было равновесие, но быстро собрался и снова пошел вперед.
Дворецкий, видя, что драка разгорается не на шутку, поставил канделябр на стол и ринулся в бой. Грэгг закричал:
– Это не тот человек! Тот здесь, за панелью! Этот нам не нужен!
– Как раз этот мне и нужен! – процедил молодой конюх сквозь зубы.
В это самое время сэр Тристрам на лошади Клема подскакал к калитке с задней стороны парка. Он услышал пистолетные выстрелы, когда уже ехал через парк, и тут же пустил лошадь галопом. Тристрам бросил ее, храпящую и дрожащую, соскочил с седла, открыл калитку, быстро побежал вокруг дома и заглянул в окно библиотеки.
Его взору открылась удивительная картина. Людовика нигде не было, на полу, спутавшись в клубок, боролись трое мужчин, в то время как Грэгг бегал вокруг них и кричал:
– Это не тот! Мне нужен другой!
Сэр Тристрам подождал немного, обдумывая свои действия, потом вытащил из кармана длинноствольный пистолет, внимательно взвел курок и тщательно прицелился. Последовала вспышка, оглушительный звук выстрела, все свечи со стола полетели на пол, и комната погрузилась во тьму.