— Конечно! Я бы хотела познакомиться с этим специалистом, — ответила я, предвкушая самый интересный разговор в своей жизни.
Возможно, это будет не совсем этично: с атлантами общаются наши начальники и верхушка командования. Получается, что я перепрыгну через голову своего руководства? Но раз уж возможность сама плывёт в руки, не буду страшиться неведомых последствий. Когда ещё мне придётся поговорить с историком атлантов? Интересно, смогу ли я наложить их хронологию на нашу?
— Добрый день! Позвольте представиться, Сэмюэль Малу, — в мой закуток протиснулся микробиолог. — Услышал разговор и не смог не присоединиться, — дружелюбно улыбнулся он инопланетнику и протянул руку.
Сэм — самый смелый из нашей компашки, и я даже не удивилась, услышав его голос.
— Хикс, очень приятно, — ответил ему атлант.
— Я занимаюсь микробиологией и также заинтересован в беседе с вашим историком, — сразу взял быка за рога Сэм.
— Ничего не могу обещать, — остудил его пыл Хикс, чем несказанно меня удивил: казалось бы, какая разница сколько человек будет участвовать в обещанной беседе? — Но передам Харису вашу просьбу. Что ж, мне пора. Был рад вас увидеть, Виктория! — он взял мою ладонь и поцеловал костяшки пальцев.
По спине пробежали мурашки, а в животе что-то сладко сжалось.
Когда широкоплечая фигура Хикса покинула мой импровизированный кабинет, показалось, что стало просторнее. Оскар, постояв ещё несколько секунд, тоже вышел, не говоря ни слова.
Еле собрала себя в кучку, чтобы продолжить работу. Мысли постоянно возвращались к атланту и возможной встрече с историком тех, кто несколько тысяч лет жил на другой планете. А может, он и об Атлантиде знает намного больше, чем мы?
Глава 5
Виктория
Привычный писк аппаратов вернул меня в мир цифр и магнитных колебаний, однако, сегодня спокойно поработать мне не дали.
— И чем же ты обаяла наших пришельцев? — ехидно спросил Эррол. — Неужто неземной красотой? А может, уникальными способностями?
Я, конечно, и раньше знала, что он — язва, но не ожидала, что настолько.
— Завидуешь? Могу договориться, поменяемся. Покажешь свои способности во всей красе, — нахально ответила я ухмыльнувшись.
По-другому таких, как он, на место не поставить. Реакция Эррола последовала моментально: желваки заходили ходуном, а глаза блеснули злостью.
— Спасибо, я привык честной работой завоёвывать доверие, — выплюнул он и покинул мою часть рабочего пространства.
Надо же, не появись в моей жизни атланта, я бы и не узнала какие ядовитые существа обитают рядом. А ещё говорят: женский коллектив — серпентарий. Поклёп!
Оглянуться не успела, как настал вечер. Ехидный выпад коллеги прибавил спортивной злости, и дело спорилось в руках. То и дело всплывала мысль: ну зачем он так? Не мог промолчать? Или, правда, завидует?
— От работы кони дохнут! Бросай ты её, — воодушевлённо пропела Даша, появившись в моём рабочем закутке. — Давай, заканчивай, я голодная!
Явно в хорошем расположении духа, она и мне своим видом моментально подняла настроение. И правда, чего это я загрузилась? Пусть думают, что хотят! Даже если я брошусь доказывать их неправоту, ничего не добьюсь.
— Идём, — улыбнулась я подруге, и мы поспешили в столовую.
Из закутка вышла молча, и, вопреки привычке, ни с кем не попрощалась.
Всю дорогу Даша тарахтела о курьёзах, случившихся сегодня, а я вспоминала своё "весёлое происшествие". Внутри зрел конфликт: рассказать подруге об атланте, или пока попридержать при себе эту историю? Не то, чтобы я хотела что-то скрыть...
— И ты представляешь? Он попросил меня, хирурга, выписать ему больничный, с отстранением от работы, из-за слегка опухшего указательного пальца! Просто укололся человек! Думаю, это закон подлости сработал: только я размечталась о толпе настоящих мужиков, как явилось это недоразумение. Спустило с небес на землю, так сказать. Фух! Выговорилась! А как твой день прошёл?
Мы как раз набрали на раздаче еды и разместились за столиком в укромном уголочке столовой. Казалось бы, самое время мне поведать свою "интересную историю", но "история" подошла к нам сама...
Хикс
Летящей походкой, поправляя свои густые волосы, она шла в сторону столовой двенадцатой палубы и болтала с другой привлекательной женщиной. Блондинка, державшая под руку мою малышку, была хороша собой, но совершенно не привлекала меня. Зачем смотреть на полудрагоценный камень, если рядом настоящая драгоценность?