⠀⠀⠀– Господин Жуань, господин Лу, я не могу понять, зачем вы так много с ним говорите? Чжао Чиин уединилась для медитации, а Юэ Куньчи – исполняющий обязанности главы, и вся власть находится у него. Представить не могу, насколько он свободен и счастлив от этого. Если вы попросите его сдать свой пост, конечно, он не захочет этого делать. В любом случае, сегодня мы уже убили много людей, так что давайте просто прикончим его и заменим всех тех, кто нам не подчиняется. Единственная оставшаяся Чжао Чиин, даже выйдя из уединения, не сможет наделать много шума.
⠀⠀⠀– Совершенно верно, – решительно заявил Лу Фэн. – Жуань-шисюн, Юэ Куньчи уже на исходе своих сил, но пытается тянуть время, болтая всякую ерунду. Давай сперва избавимся от него. Хуэй Лэшань был многим обязан тебе в прошлом, и теперь настала очередь его ученика вернуть тебе долг!
⠀⠀⠀Жуань Хайлоу больше не собирался говорить ничего лишнего. Он тут же бросился вперёд, готовясь нанести удар ладонью по Юэ Куньчи.
⠀⠀⠀Полностью лишившись сил и не имея возможности отступить, Юэ Куньчи мог только закрыть глаза и ждать своей смерти. Ученица рядом с ним, Чжоу Есюэ, внезапно сделала выпад вперёд, намереваясь заблокировать предназначенный её учителю удар.
⠀⠀⠀Фань Юаньбай подоспел как раз вовремя, чтобы увидеть это. Сцена переполнила его горем и ужасом одновременно, и он не смог сдержать крика:
⠀⠀⠀– Шимэй!
Он всё ещё находился на некотором расстоянии от остальной толпы. Не говоря уже о беге, даже если бы он катился и полз*, то не смог бы успеть вовремя.
⠀⠀⠀*(连滚带爬;liángǔndàipá) – букв. катиться и ползать; обр. бежать без оглядки.
⠀⠀⠀Но не успел он опомниться, как белый свет меча пронёсся мимо его уха, мгновенно отделив Чжоу Есюэ от Жуань Хайлоу.
⠀⠀⠀Свет был настолько быстрым, что никто даже не успел понять, что произошло.
⠀⠀⠀Несмотря на то, что Жуань Хайлоу ощутил порывистый ветер, поднятый приближающейся атакой, он не смог бы остановить её, даже если бы изначально был начеку. Сияние меча снизошло вниз, словно Владыка, повелевающий Поднебесной, и решительно подавило его наступление.
⠀⠀⠀Он почувствовал острую боль в ладони и резко отступил. Когда он приземлился на землю и посмотрел вниз, то увидел, что на его руке остался длинный, глубокий, кровавый порез.
⠀⠀⠀Среди присутствующих почти все лучшие ученики секты Бися были измотаны предыдущими стычками, а остальные подавлены. Никто из них не мог разглядеть, что в мече Шэнь Цяо заключалось ощутимое Стремление Меча, более того, граничащее с уровнем Сердца Меча. Что касается Жуань Хайлоу и его сообщников, то даже если бы они и догадались, то никогда бы не сказали об этом вслух, чтобы не поднимать боевой дух противников.
⠀⠀⠀– Кто ты такой?! – разъярённо рявкнул Жуань Хайлоу, крепко сжимая кровоточащую руку.
⠀⠀⠀– Шэнь Цяо, – он убрал меч в ножны. Его голос был мягким и нежным, но он достиг ушей всех присутствующих.
⠀⠀⠀В то время как остальные никак не отреагировали, лицо Пу Аньми приобрело настолько испуганное выражение, будто только что он увидел призрака.
⠀⠀⠀– Ты Шэнь Цяо?!
⠀⠀⠀– Этот молодой господин узнал меня. Могу я осмелиться спросить его имя?
⠀⠀⠀Пу Аньми дважды в сердцах повторил, что это невозможно, и, успокоившись, осклабил лицо.
⠀⠀⠀– Мой учитель, Кунье, должно быть, не чужд Шэнь-даочжану.
⠀⠀⠀Шэнь Цяо, в конце концов, обладал хорошей выдержкой и манерами, поэтому никак не отреагировал, услышав имя противника, из-за которого в прошлом он упал со скалы и получил серьёзные травмы. Он лишь кивнул головой и сказал:
⠀⠀⠀– Действительно, старый друг.
⠀⠀⠀Упоминание имени учителя позволило Пу Аньми вновь обрести уверенность в себе.
⠀⠀⠀– После битвы на Пике Полушага учитель сильно скучал по Шэнь-даочжану. Он даже беспокоился, как бы ты не расстался с жизнью после падения с такой высоты. К счастью, Небеса покровительствуют даочжану, и даже в таком великом бедствии тебе удалось спастись. Учитель недалеко отсюда, думаю, в ближайшее время он поднимется на гору. Тогда старые друзья воссоединятся, и Шэнь-даочжан сможет отлично провести время в компании моего учителя!
⠀⠀⠀Услышав о битве на Пике Полушага, большинство присутствующих поняли, кто же такой Шэнь Цяо.
⠀⠀⠀Шиу почувствовал, что то, как некоторые люди смотрят на учителя Шэня, вызывает в нем чувство крайнего отвращения, и не мог не нахмуриться втайне. Он сделал небольшой шаг вперёд, пытаясь загородить его от всех этих внимательных взглядов.
⠀⠀⠀Шэнь Цяо, казалось, прочитал мысли мальчика и слабо улыбнулся, ободряюще сжав его плечо. Его тон был неизменно ровным:
⠀⠀⠀– Это действительно старый друг, и нам правда стоит провести время вместе, – затем он сменил тему: – Уверен, господа пришли сюда сегодня не ради меня. Сначала надлежит уладить ваши дела.
⠀⠀⠀– Даже в Когурё я был наслышан об имени Шэнь-даочжана, – с холодом в голосе начал Жуань Хайлоу, – и я действительно рад нашей сегодняшней встрече. Однако это наши с сектой Бися домашние дела. По какой причине Шэнь-даочжан ввязывается в них ни с того ни с сего?
⠀⠀⠀Если бы на месте его был кто-то другой, Жуань Хайлоу уже давно перехватил бы инициативу и напал первым. Но это был не кто иной, как Шэнь Цяо – тот, кто своим упреждающим ударом поверг всех присутствующих в шок и трепет, заставив их сердца пропустить удар.
⠀⠀⠀– У меня нет намерения вмешиваться во внутренние дела секты Бися, – со вздохом сказал Шэнь Цяо. – Но сегодня я привёл сюда младшего для поклона предкам. Не могу же я просто стоять в стороне и смотреть, как вы расправляетесь с его сектой, верно?
⠀⠀⠀– Шэнь-даочжан, кто этот «младший», о котором вы говорите? – послышался недоуменный вопрос Юэ Куньчи.
⠀⠀⠀Когда Шэнь Цяо вкратце рассказал о судьбе Шиу, Юэ Куньчи ахнул и невольно воскликнул:
⠀⠀⠀– Он ученик Чжу-шишу?!
⠀⠀⠀Жуань Хайлоу внезапно разразился смехом, как будто услышал хорошую шутку.
⠀⠀⠀– Хорошо! Очень хорошо! Похоже, сегодня счастливый день, раз все мои старые друзья прибыли в полном составе. Чжу Лэнцюань не пришёл сам, но отправил своего ученика – так тоже сгодится. Был бы он здесь, я бы хотел попросить его восстановить справедливость и рассказать всем правду: действительно ли я заслужил изгнание из секты или это всё из-за эгоистичного и несправедливого поступка Хуэй Лэшаня!
⠀⠀⠀Юэ Куньчи медленно выдохнул затхлый воздух из груди.
⠀⠀⠀– Жуань-шишу, это последний раз, когда я зову тебя шишу. Вся милость и злоба осталась в прошлом. До того, как настал час кончины моего учителя, я часто слышал, как он упоминал о тебе, и его слова были полны сожаления. Он считал себя виноватым в том, что произошло тогда, и велел мне, что если я увижу тебя в будущем, то должен относиться к тебе почтительно, как к своему шишу. Всё это прегрешения предыдущего поколения, и даже если ты не помнишь дружбу своих товарищей-соучеников, ты всё равно должен помнить доброту учителя, который тебя воспитал. Но теперь ты... ты...
⠀⠀⠀Он взглянул на разбросанные повсюду трупы, на разрушения, и был не в состоянии продолжить. Наконец, он сказал с глубокой печалью в голосе:
⠀⠀⠀– В чем вина учеников секты Бися? Они не переживали и не участвовали в том, что творилось в те времена, так почему же они должны были погибнуть зазря?! Лу Фэн! Будучи старейшиной, ты вступил в сговор с чужаками...
⠀⠀⠀– Хватит! – Лу Фэн нетерпеливо прервал его. – Я не выношу твоего бабского нытья! Если бы Чжао Чиин была готова отдать часть своего сердца и души на управление делами, секта Бися не оказалась бы в этом полумёртвом состоянии. Ученики мертвы, потому что их навыки ни на что не годятся! Если ты достаточно умён, то должен передать пост главы сейчас же. Неважно, в чьих руках окажется секта Бися в будущем, лишь бы не в твоих!
⠀⠀⠀– А если я откажусь?
⠀⠀⠀Пу Аньми рассмеялся и сказал:
⠀⠀⠀– Теперь, когда Чжоу с огромной силой вторгается в Ци, для Ци всё кончено. Глава секты Жуань и старейшина Лу уже перешли на сторону Эрфу-хана* восточных земель Тюркского каганата и получили официальные титулы. Если старейшина Юэ будет иметь ясный взгляд вещи и согласится привести секту Бися к покорности, то в будущем его, несомненно, будут ждать большие перспективы.
⠀⠀⠀*Илигюйлу Шэ Мохэ Шиболо-хан (личное имя кит. упр. (摄图;Shetu), палл. Шэту – Ашина Шэту) – на данный период событий действующий хан Тюркского каганата назначил его Эрфу-ханом, иначе говоря, правителем восточной части державы. Позднее тюрки, за ум и храбрость, решат выбрать Шэту шестым ханом, и он примет имя Бага-Ышбара хан (годы правления с 581 по 587), а в Китае его запишут как: Шаболюэ-кэхань.