⠀⠀⠀Все постоялые дворы в центре были переполнены, поэтому Шэнь Цяо рассчитывал продолжить свой путь в пригород, чтобы остановиться на ночь там.
⠀⠀⠀Кто же знал, что и здесь соберутся отважные мужи со всех концов света? Не только представители крупных, но и даже менее именитых сект собрались в полном составе: одни – чтобы посмотреть на ажиотаж и расширить кругозор, другие – чтобы воспользоваться возможностью половить рыбку в мутной воде*. Словом, к вечеру и в небольших посёлках за пределами Чанъани уже было многолюдно.
⠀⠀⠀*(浑水摸鱼;húnshuǐ mōyú) – обр. ловить рыбу в мутной воде (в знач. воспользоваться всеобщей суматохой ради получения выгоды).
⠀⠀⠀Он без конца искал постоялые дворы, и в каждом из них ему говорили, что даже помещения для дров заполнены до отказа. Внутри него росло чувство беспомощности. Состояние его глаз было неважным. При свете дня он мог слабо различать окружение, но после наступления темноты почти ничего не видел, поэтому ночевать под открытым небом было бы крайне неудобно. Какая ирония: долгий путь от Тайшани прошёл так гладко, а в таком большом городе, как Чанъань, он столкнулся с трудностями.
⠀⠀⠀– Даочжан, у нас очень много народу, даже дровяник занят. Мы правда никак не можем выделить для вас место! – работник гостиницы неловко потирал руки, горько улыбаясь ему.
⠀⠀⠀Шэнь Цяо уже собирался спросить ещё раз, когда услышал нежный голос, донёсшийся со стороны:
⠀⠀⠀– Эта женщина сняла одну из верхних комнат. Она довольно просторная, так что, если даочжан не гнушается, он может разделить со мной постель.
⠀⠀⠀Постоялый двор был битком забит деревенскими жителями. Те, кто находился достаточно близко, чтобы поднять голову и увидеть настоящую красавицу, строящую глазки болезненному даосу, сразу же потеряли равновесие.
⠀⠀⠀– Если девице одиноко, ей стоит найти себе мужчину покрепче. Этот даос выглядит так, будто его может сдуть порывом ветра, – пошутил кто-то в толпе. – Разве он сможет совладать с тобой?
⠀⠀⠀За этими словами последовал ряд смешков.
⠀⠀⠀Красавица обворожительно улыбнулась.
⠀⠀⠀– Но мне нравятся такие красивые даочжаны, как он, а не вонючие мужланы с грязными мыслями!
⠀⠀⠀Как только слова покинули её уста, мужчина, бросивший фривольную фразу, поражённо воскликнул. Он ощупал свой висок, волосы на котором в один момент почти полностью пропали, и утратил дар речи.
⠀⠀⠀– У меня очень хорошее настроение из-за встречи со старым другом, поэтому я не желаю проливать кровь, – засмеялась она. – Ведите себя хорошо, иначе вам крупно не повезёт, если мой друг не захочет мне отвечать.
⠀⠀⠀Пока они разговаривали, Шэнь Цяо, не оборачиваясь, покинул постоялый двор.
⠀⠀⠀– Кто ты, черт возьми, такая?! – с напускной смелостью огрызнулся только что потерявший половину своих волос человек.
⠀⠀⠀Но красавица сочла ниже своего достоинства продолжать возиться с ними. Она удалилась, оставив на месте, где когда-то стояла, лишь благоухающий аромат.
⠀⠀⠀– Эту женщину называют Маленьким Пионом*. Ну не прекрасное ли имечко?
⠀⠀⠀*(白茸;bái rǒng) – имя Бай Жун можно перевести как «белый бархат». Так называют разновидность пионов, отсюда и прозвище (小牡丹;xiǎo mŭdan) – Маленький Пион.
⠀⠀⠀Едва шум от её слов утих, как люди в ужасе переглянулись.
⠀⠀⠀– Бай Жун из Хэхуань?! Почему эта демоница здесь?!
⠀⠀⠀Бай Жун вышла из постоялого двора. Увидев, что фигура мужчины перед ней уже стала лишь смутным очертанием вдали, она стиснула зубы и использовала свой цингун, чтобы догнать его.
⠀⠀⠀– Шэнь Цяо, а ну стой! – закричала девушка.
⠀⠀⠀Похоже, он услышал её, и фигура наконец остановилась.
⠀⠀⠀С тихим вздохом Шэнь Цяо повернулся.
⠀⠀⠀– Позволь узнать: чем могу быть обязан?
⠀⠀⠀Выросшая в секте Хэхуань, Бай Жун видела самые злые человеческие сердца и самые мерзкие лица. Она думала, что уже давным-давно научилась жестокосердию, и ничто не способно её задеть. Однако в этот момент, когда она увидела, как отчаянно и неохотно выглядит Шэнь Цяо, её внезапно захлестнуло сильное чувство обиды.
⠀⠀⠀– Шэнь-даочжан так быстро стал бессердечным – нет слов! Если бы я не тянула время в тот день, когда мы по приказу учителя отправились в храм Белого Дракона на твои поиски, как бы ты мог стоять здесь живым? А теперь твоя так называемая благодарность за доброту – это вот такое отношение?!
⠀⠀⠀Она не смогла удержаться от лёгкой усмешки, когда в ответ Шэнь Цяо промолчал.
⠀⠀⠀– Неужели Шэнь-даочжан повесил на меня вину за смерть тех двух даосов? В тот момент старейшина моей секты стоял неподалёку, а Сяо Сэ выжидал, чтобы поймать меня на ошибке. Ты хотел, чтобы я подвергла себя риску ради двух незнакомцев?
⠀⠀⠀Шэнь Цяо покачал головой.
⠀⠀⠀– Это правда – я хотел бы поблагодарить тебя за тот день, но правда и то, что Чжу-сюн и Чуи мертвы. Это злодеяние секты Хэхуань, и рано или поздно я за него поквитаюсь. Многие вещи необратимы, поэтому бессмысленно зацикливаться на том, кто прав, а кто виноват.
⠀⠀⠀Бай Жун прикусила нижнюю губу и на мгновение замолчала.
⠀⠀⠀– Говорят, что ты окончательно распрощался со своей силой и хотел умереть вместе с моим учителем, но в результате был тяжело ранен и чуть не погиб. Тебе... тебе сейчас лучше?
⠀⠀⠀– Лучше. Спасибо за заботу.
⠀⠀⠀– Учитель тоже серьёзно пострадал. Он беспокоился, что Юань Сюсю воспользуется возможностью и добьёт его, поэтому нашёл тайное место, чтобы тренироваться в одиночестве. Никто не знает, где его искать.
⠀⠀⠀– Даже ты?
⠀⠀⠀– С чего бы мне знать? – Бай Жун жалобно улыбнулась. – Неужели ты думаешь, что он мне доверяет?
⠀⠀⠀Хотя Шэнь Цяо понимал, что своим печальным видом она почти наверняка пытается разжалобить его, он не мог сделать резкого замечания.
⠀⠀⠀Бай Жун ласково сказала:
⠀⠀⠀– Я знаю, что ты хочешь разыскать учителя и отомстить ему, но я на самом деле не знаю, где он. Даже если бы знала, то не смогла бы наблюдать, как ты идёшь на верную смерть. Ты всё ещё не сравним с учителем.
⠀⠀⠀– Спасибо, что сообщила, – кивнул он, – но я не собирался искать его в ближайшее время.
⠀⠀⠀– Тогда кого ты ищешь? Ты собираешься на Ярмарку Паньлун в столице Тогона? Хочешь спасти Янь Уши? – она всегда была необычайно умна и быстро догадалась о цели прихода Шэнь Цяо.
⠀⠀⠀Не дождавшись от мужчины ответа, Бай Жун вздохнула.
⠀⠀⠀– Шэнь-лан, ты хоть понимаешь, что делаешь? Конечно, мастерство Янь Уши в боевых искусствах не имеет себе равных, но даже бессмертный не сможет выжить под осадой пяти великих мастеров мира. К тому же, как ты можешь игнорировать прошлое, когда он так с тобой обошёлся? Даже котята и щенки будут снова и снова вспоминать человека, который причинил им боль, и никогда больше не осмелятся подойти к нему. Ты правда так сильно любишь его?
⠀⠀⠀Шэнь Цяо нахмурился.
⠀⠀⠀– Почему я непременно должен любить его, чтобы спасти?
⠀⠀⠀– Если не любишь, то с какой стати рискуешь своей жизнью? Неважно, сколько у тебя сейчас сил, победить пятерых в одиночку невозможно. Ни ты, ни Янь Уши, ни мой учитель, ни даже восставший из могилы Ци Фэнгэ не смогут этого сделать! Ярмарка Паньлун состоится девятого числа, а осада – восьмого. Сегодня уже пятое, и хоть рвись туда прямо сейчас, будет уже поздно!
⠀⠀⠀Когда она увидела, что Шэнь Цяо безмолвствует, на её неизменно улыбчивом лице появились редкие признаки гнева.
⠀⠀⠀– Как ты не понимаешь?! Я не хочу видеть твою смерть!
⠀⠀⠀Бай Жун питала к нему нежные чувства. Шэнь Цяо не был чурбаном, он понимал это.
⠀⠀⠀Как человек эгоистичный, Бай Жун никогда бы не пожертвовала своей жизнью и не оставила бы своего учителя из-за симпатии к Шэнь Цяо. Ради него она даже не ослушалась бы приказа. Она была готова немного упростить его жизнь, если это не составляло большого труда и было возможно без ущерба для её собственных интересов, что случалось с ней крайне редко.
⠀⠀⠀Но она совсем не понимала Шэнь Цяо, а у Шэнь Цяо не было желания объясняться. Он не хотел, чтобы Бай Жун поняла его превратно, и для неё же будет лучше, если он с самого начала обозначит между ними чёткую грань.
⠀⠀⠀– Благодарю тебя за совет, но мне всё же пора идти, – он пристально посмотрел на неё. – Для посторонних секта Хэхуань – опасное место, в котором людей поедают, не выплёвывая костей*, но ты, кажется, наслаждаешься этим, как рыба в воде.