⠀⠀⠀⠀Плюс олень.
⠀⠀⠀⠀Шэнь Цяо, явившийся второпях в тревожном состоянии, незаметно для себя заразился чужим настроением и постепенно успокоился. Он чинно сел рядом; его правильная и серьёзная поза резко контрастировала со свободной позой Янь Уши.
⠀⠀⠀⠀Янь Уши нашёл это зрелище немного забавным.
⠀⠀⠀⠀– Ты беспокоишься обо мне, А-Цяо?
⠀⠀⠀⠀Оленёнок снова подумал, что его окликнули, и рысцой подбежал к ним на своих маленьких ножках.
⠀⠀⠀⠀– ...
⠀⠀⠀⠀Янь Уши согнулся от смеха.
⠀⠀⠀⠀– Есть кое-какое дело, которое я хочу обсудить с главой Янь, – беспомощно сказал Шэнь Цяо.
⠀⠀⠀⠀– О? – Янь Уши перестал смеяться, и его глаза загорелись интересом. – Шэнь-чжанцзяо теперь занимает важное положение. Какое дело требует использования слова «обсудить»?
⠀⠀⠀⠀– Поединок с Хулугу... – начал он медленно, – я пойду вместо тебя, можно?
⠀⠀⠀⠀Редко случается, что Янь Уши замирает от удивления, пусть даже на очень короткое время. Он вскоре опомнился:
⠀⠀⠀⠀– Ты сражался с ним в прошлый раз, – «и проиграл».
⠀⠀⠀⠀– Знаю. Но двадцать лет назад он сразился с моим учителем, и двадцать лет спустя, хотя учителя уже нет, будет правильнее, если я продолжу эту борьбу вместо него.
⠀⠀⠀⠀В ответ на это Янь Уши улыбнулся.
⠀⠀⠀⠀– На самом деле ты думаешь, что я бросил вызов Хулугу, чтобы отвлечь его от похода на гору Сюаньду и не дать ему побеспокоить тебя?
⠀⠀⠀⠀– На самом деле мне стало известно, что изъян твоего демонического ядра ещё не зажил, и последняя битва с Сюэтином только насыпала соль на рану.
⠀⠀⠀⠀По лицу Янь Уши пробежала тень недоумения.
⠀⠀⠀⠀– Это тебе Бянь Яньмэй сказал?
⠀⠀⠀⠀Шэнь Цяо кивнул.
⠀⠀⠀⠀Янь Уши глубоко задумался, взвешивая, стоит ли ему признать слова ученика или открыто сказать, что тот солгал.
⠀⠀⠀⠀Если признает, Шэнь Цяо начнёт ещё настойчивее предлагать свою кандидатуру на его место в битве против Хулугу.
⠀⠀⠀⠀Если скажет, что ученик солгал, то Шэнь Цяо, несомненно, разгневается.
⠀⠀⠀⠀Размышляя об этом, Янь Уши впервые почувствовал, что иметь чересчур одарённого ученика, по правде говоря, не слишком хорошо. Следовательно, если что-то пойдёт не так и кому-то придётся взять вину на себя, козлом отпущения, само собой, станет ученик.
⠀⠀⠀⠀Тогда он сказал:
⠀⠀⠀⠀– Ты же сам проверял мой пульс ранее. Раны не серьёзные, – и протянул руку.
⠀⠀⠀⠀Шэнь Цяо воспользовался случаем и с минуту обследовал его. Он выглядел озадаченным.
⠀⠀⠀⠀– По одному только пульсу кажется, что ты действительно почти оправился, но невозможно понять, восстановилось ли демоническое ядро или нет.
⠀⠀⠀⠀– Уже зажило.
⠀⠀⠀⠀– Значит, Бянь Яньмэй не знает, что ты в порядке? – озадачился он ещё больше.
⠀⠀⠀⠀– Может быть.
⠀⠀⠀⠀– Ты мог бы избежать этой битвы или немного отсрочить её, – в конце концов, дело всё же было в том, что это затевалось ради него.
⠀⠀⠀⠀Янь Уши улыбнулся, но вдруг слегка приподнял подбородок и кивком указал в сторону дерева хайтан*.
⠀⠀⠀⠀*(海棠;hǎitáng) – дерево, вид рода яблоня семейства розовые, произрастающее в Китае. На языке цветов хайтан – это красота и печаль разлуки, когда люди, находящиеся далеко от дома, вспоминают о своей семье в родном городе. У цветов есть ещё одно название, связанное с горькой тоской/разлукой влюблённых – это (断肠花;duànchánghuā) или «ранящий душу цветок». Оно обозначает крайнюю печаль и сердечную боль. Это название возникло из трагической легенды – говорили, что одна женщина в конце концов не смогла дождаться возвращения своего возлюбленного и умерла в страданиях. Место, где она стояла и ждала в прошлом, расцвело свежими и пышными цветами хайтан, и их яркий кроваво-красный цвет появился из-за того, что они напитались её слезами и любовью.
⠀⠀⠀⠀– Что ты думаешь о его цветах?
⠀⠀⠀⠀– У них великолепный огненно-чарующий бордовый цвет.
⠀⠀⠀⠀Янь Уши небрежно поднял неподалёку опавший лист. Щелчок пальцами – и ветка хайтана падает на землю.
⠀⠀⠀⠀Ещё один щелчок – и ещё одна ветка упала на землю.
⠀⠀⠀⠀Фраза «летящий цветок или падающий лист можно превратить в острое оружие» как нельзя лучше подходит к случаю Янь Уши.
⠀⠀⠀⠀Так продолжалось ещё несколько раз подряд, и Шэнь Цяо больше не мог на это смотреть.
⠀⠀⠀⠀– Что ты творишь! – схватил он мужчину за запястье.
⠀⠀⠀⠀– Цветы уничтожаю! – тон его по-прежнему оставался томным, а поза – неподвижной. Высвободить руку он не пытался и просто позволил Шэнь Цяо держать её.
⠀⠀⠀⠀– Они прекрасны в своём полном цвету и ничем тебя не провоцируют. Зачем причинять им вред?
⠀⠀⠀⠀– Видишь, А-Цяо? В этом и есть самая большая разница между мной и тобой, – рассмеялся Янь Уши. – С моей точки зрения, цветы уже распустились во всей своей красе, и если они будут цвести и дальше, то лишь начнут увядать день ото дня. Не лучше ли мне отправить их в путь сейчас и запечатлеть их лучшие моменты в твоём сердце?
⠀⠀⠀⠀Речь его была небрежной и безразличной, медленной и невозмутимой. Он по-прежнему не двигал запястьем в хватке Шэнь Цяо, однако ладонь его сомкнулась в кулак, и опавшие листья с шуршанием превратились в невесомый порошок, ускользающий сквозь пальцы.
⠀⠀⠀⠀– Люди целыми днями суетятся и пресмыкаются как собаки, вынашивают заговоры и интриги ради мелких выгод. Они всегда противоречат сами себе – такова трагедия маленького человека. Люди цзянху могут сколько угодно говорить о праведной жизни, но на деле, другими словами, они также пытаются избавиться от трагедии маленького человека. В чем смысл жизни, если ты не можешь прожить её на полную и делать то, что хочешь? Что люди, что цветы – одно и то же.
⠀⠀⠀⠀Я смог бросить вызов Цуй Ювану и Ци Фэнгэ тогда, и я могу бросить вызов Хулугу сейчас. Победа, безусловно, остаётся напряжённым вопросом, но именно это напряжение делает всё ещё более захватывающим. Если исход сражения предопределён, чем оно отличается от пруда со стоячей водой? Так что эта битва, конечно, имеет к тебе отношение, но что ещё важнее – она ради меня самого.
⠀⠀⠀⠀Естественно, после этих слов у Шэнь Цяо больше не осталось никакой возможности переубедить его.
⠀⠀⠀⠀Шэнь Цяо прекрасно понимал, что Янь Уши и он – два человека с очень разными темпераментами. Сам он предпочитает идти вперёд уверенным шагом; Янь Уши же любит внезапность до такой степени, что не пожалеет рискнуть даже самим собой. Но Янь Уши, в свою очередь, вовсе не считает свои действия рискованными. Он по-настоящему наслаждается таким развитием событий. Даже если он погибнет от рук Хулугу, это не страшно – именно так он и хочет прожить свою жизнь.
⠀⠀⠀⠀Большинству нечто подобное покажется чрезмерно самоуверенным и сумасбродным, но таков и есть Янь Уши.
⠀⠀⠀⠀Пока он раздумывал над этим, до его слуха донеслись слова:
⠀⠀⠀⠀– Знаешь, А-Цяо?
⠀⠀⠀⠀– А? – пришёл он в себя.
⠀⠀⠀⠀– Когда-то давно я разделял людей на две категории.
⠀⠀⠀⠀Шэнь Цяо угукнул, поскольку действительно знал.
⠀⠀⠀⠀– Первая – противники, вторая – муравьи.
⠀⠀⠀⠀Противники – те, кого он воспринимает за равных, муравьи – те, кто не заслуживают внимания.
⠀⠀⠀⠀В прошлом Шэнь Цяо был таким муравьём в его глазах.
⠀⠀⠀⠀– Теперь моё мнение изменилось, – неторопливо проговорил Янь Уши. – А-Цяо, ты не похож на большинство людей в этом мире. В тебе есть глубокое чувство сострадания, и ты даже готов пожертвовать собой ради других, не требуя ничего взамен. Раньше я думал, что ты такой же, как все, что хоть ты и начал с доброты и честности, постоянно меняющаяся сущность мира со временем научит меняться и тебя. Однако ты превзошёл все мои ожидания. Светские дела подобны текущей воде, но ты – скала, и как бы ни текла вода, ты никогда не сдвинешься с места.
⠀⠀⠀⠀Шэнь Цяо улыбнулся.
⠀⠀⠀⠀– Нечасто приходится слышать, как глава Янь говорит обо мне добрые слова, поистине нечасто. Это большая честь для этого бедного даоса.
⠀⠀⠀⠀– Ты всё ещё держишь на меня обиду в сердце?
⠀⠀⠀⠀– Нет, напротив, – покачал он головой, – я очень восхищаюсь тобой. В этом мире не так много людей, которые могут жить свободно, но глава Янь, безусловно, один из них. До того, как я спустился с горы, всё, что я знал о мире и цзянху, – лишь крошечный цунь неба и земли, о котором мне рассказывал мой покойный учитель и которого я даже не видел своими глазами. Если бы не наставления главы Янь, я вряд ли смог бы сейчас сидеть здесь и разговаривать с тобой.