Пацанва во дворе тем временем закончила махать мечами, а взрывы нескольких малых петард обозначили переход к танцевальной программе. Млять, я тут из-за всех этих разговоров об этом грёбаном карантине даже не заметил, как там мой наследник на фоне прочих отфехтовался! Кому праздник и расслабон, а кому – только держись. Но кажется, Бенат кивает одобрительно, а уж мой главный бодигард в этом деле толк понимает. Потом подробности расскажут, а пока – ага, девки соревнуются. С одного края школьного двора "амазонки" отплясывают, с другого – бывшие "гречанки" тоже выучку демонстрируют, двигаясь друг дружке навстречу, сближаются, смыкаются в один ряд, кружатся, меняются местами и движутся в танце дальше – до конца двора. Разворачиваются и таким же точно манером дефилируют через весь двор обратно. Затем пацаны к ним присоединяются для общего танца – сперва в виде хоровода, но судя по небольшим заминкам, не всем нравятся доставшиеся им места или партнёры. Ага, так и есть – сделав круг, хоровод расцепляется на отдельные пары. Кайсар, выряженный в бутафорский кожаный панцирь, имитирующий греческий "анатомический" торакс, ведёт кучерявенькую шатенку из "амазонок", и очень похоже, что не случайно она ему попалась – впрочем, увидим в Нетонисе. Волний ведёт брюнеточку из бывших "гречанок", которую я припоминаю по прежним неоднократным совместным с их классом урокам воспитанниц Аглеи, а зимой попросившуюся перевести её к нашим и переведённую к "сокращенцам". Кое-кто из них не в восторге от её выбора на сегодняшнем мероприятии, но на это плевать, а вот то, что на них не очень-то довольно позыркивает и Миликон-мелкий – уже не есть хорошо. Млять, только бы не подрались тут из-за не состоявшейся элитной прошмандовки – объясняйся потом по поводу их фингалов с Миликоном-крупным. Вообще-то они дружны, но и девка дюже эффектная, и при таких раскладах пацанве рассобачиться недолго. Ладно, там – будем посмотреть…
Ага, посмотришь тут! Серёга уж больно озабоченно ко мне пробирается, и мне не нужно быть провидцем, чтобы понять, что сейчас он меня чем-то эдаким озадачит. Так оно, естественно, и оказывается:
– Макс, Фабриций к тебе отсылает – говорит, что ни бельмеса в этом не сечёт, а ты хоть что-то соображаешь, и если я тебя убежу, то тогда он уже доверится нам с тобой двоим как экспертам. В общем, мне нужна твоя поддержка.
– Рассказывай.
– Ну, это с дорогой связано, которая строится.
– Так я же решил уже вопрос с инструментом, теперь надо просто дождаться.
– Да нет, я о другом. Помнишь, осенью угольный пласт вскрыли, и из-за этого вышла задержка? Я и тогда-то с трудом Фабриция убедил.
Я ведь упоминал уже, что наша часть Испании каменным углём небогата? Есть небольшие маломощные пласты, промышленного значения не имеющие, но как раз из-за этого они и не разведаны. Если есть выход такого пласта на поверхность, местные о нём знают, а если нет – могут веками по нему топтаться, и не подозревая об его наличии. Один такой вблизи Оссонобы известен благодаря обнажению, и уголь из него мы используем с превеликим удовольствием, но пласт невелик, и как выработается легкодоступная часть, с углём станет труднее. Поэтому каждый такой пласт для нас важен, и когда осенью такой же вскрыли при прокладке траншеи под дорогу, наш геолог настоял на полной выборке пересекающей трассу части пласта, дабы проложенная затем дорога не мешала в будущем разработке месторождения. Выбирать уголь пришлось на всю ширину и глубину пласта метров на десять в обе стороны от трассы, после чего засыпать обратно и утрамбовывать лишнюю яму, что замедлило работы по прорытию котлована на две недели. Но тут хотя бы уж был резон в виде ценного топливного ресурса, поэтому с задержкой смирились.