– По-твоему сейчас со мной происходит истерика?
Отвечать он не стал, давая мне без слов понять, что именно так он и думает и спокойно продолжил есть. За весь наш разговор я ни разу не повысила голос, вела себя сдержанно, но Герману было удобно считать иначе и попрекать меня женской эмоциональностью.
Больше я не проронила ни слова. Весь путь до галереи тоже молчала. Герман, чувствуя мое настроение, не пытался со мной разговаривать. Остановив машину, он развернулся ко мне.
– Думаю, в начале следующего месяца сможем улететь. Предупреди пока Карпова, что уходишь в отпуск на неделю. – Герман упорно продолжал игнорировать мои слова о расставании, продолжая себя вести, как ни в чем не бывало. – Вечером позвоню.
Ничего не ответив, я вышла из машины. Сегодня я поставила точку в нашем с Германом романе длиной в четыре года. Где-то внутри я испытывала сожаление по той своей слепой любви и несбывшимся надеждам, но знала, что поступила правильно. Все хорошее, что у нас было с Германом осталось в прошлом, а будущего с ним я больше не хочу. Завершить наши отношения было разумным и честным решением.
Испытывая легкость, как будто с моих плеч гора свалилась, я направилась в свой кабинет. Заметив в выставочном зале высокую фигуру, показавшуюся мне смутной знакомой, я замедлила шаг. Через мгновение ноги приросли к полу, а сердце отчаянно забилось о ребра. Я узнала его. Лысый мужчина, раздевавший меня взглядом в тот вечер в клубе, когда я имела неосторожность вломиться не в ту дверь и увидела то, что не должна была, сейчас стоял, засунув руки в карманы брюк, и рассматривал мою любимую картину. Хотелось бы мне думать, что пришел он сюда исключительно ради искусства, но скорее всего на последнее ему было абсолютно плевать.
Глава седьмая
Я попятилась назад, стараясь не стучать каблуками по полу, и скрылась за ближайшей дверью. Оказавшись в служебном помещении, я достала телефон из сумки и, не раздумывая ни секунды, набрала номер человека, который предлагал мне помощь в любое время суток.
– Слушаю.
– Демьян, здравствуй. Это Аня.
– Ты все-таки перешла дорогу криминальному авторитету? – Он будто бы улыбался.
Если бы мне сейчас не было так страшно, я бы, наверное, тоже улыбнулась. Отойдя в самый дальний угол, я скрылась за стеллажом.
– Я сейчас в галерее видела того лысого из клуба… который назвал меня… – я сделала паузу прежде чем сказать слово, которое мне не хотелось повторять применительно к себе.
– Я понял. Сейчас приеду.
Когда мне удалось немного успокоиться, в голове сразу возник вопрос: откуда этот мужчина узнал, где я работаю? Демьян не заметил в тот вечер за нами слежки от клуба до моего дома, но что если он ошибся? А если так, то и выяснить место, где я работаю, для лысого труда не составило. Липкий страх стремительно сковывал меня. Я нащупала в сумке перцовый баллончик, единственное доступное мне сейчас средство самообороны, и сжала в ладони, готовая применить его в любой момент.
Простояла я так довольно долго, но ничего не происходило. И когда я решила, что опасность миновала, из коридора раздался приглушенный голос, который я мгновенно узнала. Он принадлежал этому лысому мужчине. Я вжалась в стену, желая стать сейчас невидимой.
– А нормально ты тут устроился. Почти Эрмитаж.
– Больше не приходи сюда, – ответил Олег Дмитриевич. – Не хватало еще, чтобы твою бандитскую физиономию кто-то здесь срисовал и связал со мной. Понадобишься, сам позвоню.
Постепенно голоса стихли. Стараясь не шуметь, я подошла ближе к двери и слегка ее приоткрыла. Я успела заметить спину Олега Дмитриевича и этого лысого мужчину, прежде чем они скрылись за поворотом. Я выдохнула, испытав облегчение оттого, что не я была причиной его неожиданного визита в галерею. Интересно, что может связывать его с Карповым? Не хотелось думать, что мой руководитель мог иметь связи с криминалом. Все время, что я работаю в галерее, Олег Дмитриевич производил только хорошее впечатление, ни разу не давая усомниться на свой счет. Даже представить не могла, что у этого респектабельного мужчины могут быть подобные сомнительные знакомства.
Я собиралась позвонить Демьяну и сказать, что все разрешилось, приезжать не обязательно, но телефон в руке вдруг ожил.
– Аня, я в галерее. Где тебя искать?