– Татуировка задета, – прошептала я, испытывая неясную горечь от этого факта. Безупречный ранее рисунок теперь был поврежден.
– Не страшно.
Не сдержавшись, я посмотрела Демьяну в глаза, в очередной раз попадая под их влияние. Он оперся здоровой рукой о стену рядом с моей головой. Расстояние между нами стало совсем ничтожным. На мгновение я забыла, что вообще здесь делаю, выпадая из реальности. Его запах, близость туманили голову, притягивали, не давая отстраниться…
– Тебя хотели убить? – Спросила я еле слышно, испытывая дрожь от этой мысли.
– Хотели бы, убили.
– Ты так легко говоришь об этом.
– Привык.
Его слова растворились в пространстве, оставляя после себя тяжелый осадок. Подобные вещи не должны быть привычными. Это просто… неправильно… Не осознавая, что делаю, я провела кончиками пальцев по узору на его груди, повторяя все изгибы витиеватого рисунка. Демьян не останавливал меня, позволяя себя касаться. Я чувствовала горячее дыхание у своего лба, ощущала спокойное биение его сердца под татуировкой.
– Прости. – Внезапно смутившись, я прекратила свое неуместное занятие и продолжила обрабатывать рану антисептиком. Накрыв ее стерильной салфеткой, закрепила по краям пластырем и посмотрела на Демьяна. – Я закончила.
Он не спешил отстраняться. А я снова начала тонуть в глубине его глаз. Чем дольше Демьян удерживал мой взгляд, тем слабее я себя ощущала. Меня магнитом тянуло к нему. Я даже не пыталась сопротивляться этому ощущению. Оно все равно было сильнее меня. Как наваждение охватило.
Резкий звонок в дверь заставил меня вздрогнуть. Магия момента разрушилась. Демьян сделал шаг назад, пропуская меня. Все еще находясь в тумане, я вышла из ванной и открыла дверь, за которой неожиданно оказался Герман. Я мгновенно пришла в себя, окончательно избавляясь от охватившего меня странного морока. После вчерашнего инцидента Герман выглядел не очень хорошо: нос распух, верхняя губа разбита. Но в целом ничего критичного. Думаю, эти повреждения быстро заживут.
– Позволишь войти?
– Здравствуй, Герман. Зачем ты пришел?
– Поговорить. В последнюю нашу встречу нам этого сделать не удалось, как ты помнишь. Твой знакомый слишком много на себя взял. Надеюсь, больше я тебя рядом с ним не увижу.
Я сильнее вцепилась в дверную ручку, не собираясь его впускать. Я поставила точку. Никакие его слова ничего для меня не изменят.
– Я не думаю, что в этом есть смысл. Я сказала все, что хотела еще вчера. Тебе лучше уйти.
– Ань, признаю, я вчера перегнул. Давай спокойно все обсудим, как взрослые люди. Не стоит рушить взаимовыгодные отношения.
– Взаимовыгодные? – Опешила я. – Так ты к нам относился все эти годы? Как к выгоде?
– Не цепляйся к словам.
Казалось, поразить меня еще больше в отрицательном смысле, Герман уже не сможет, но всякий раз ему это с легкостью удавалось. За эти два дня он сказал мне столько неожиданных вещей, что я окончательно осознала: настоящего Германа я попросту никогда не знала.
Внезапно он посмотрел за мое плечо и его взгляд стал свирепым.
– Все-таки я был прав. Ты с ним трахаешься.
На секунду я прикрыла глаза и выдохнула, готовясь к скандалу. Я обернулась, проверяя, что Демьян действительно стоит позади и на глазах у Германа надевает футболку. Ситуация складывалась как в плохом анекдоте.
– Это не то, что ты подумал, – зачем-то стала я оправдываться, хотя в этом не было никакого смысла. – В любом случае, это больше не твое дело, – проявила я несвойственную мне грубость. – Я рассталась с тобой. А теперь, будь добр, уйди, пожалуйста.
Разрыв с Германом получился некрасивым, но поделать с этим я уже ничего не могла. Закончить отношения как цивилизованные люди у нас не получилось.
– Строила из себя нимфу, а оказалась обычной шлюхой.
Я застыла, глядя на Германа. Думала, после обвинения в несуществующей измене у него не получится задеть меня еще сильнее, но я ошиблась. Сейчас он вылил на меня новый ушат грязи и презрения.