– Это я, я виноват... Прости меня... Подумал вдруг, что ты не любишь меня, что ты нарочно... Как я мог?.. Прости меня... Какой я дурак, как мог?.. Прости, прости... Милая... Любимая... Прости меня...
Чтобы загладить свою вину, чтобы выпросить прощение, был необычайно нежным и мягким с ней. Помог ей освободиться от одежды, разделся сам, чтобы чувствовать всё её тело, ласкал, ласкал её всю. Был неторопливым, аккуратным во всём, слушал её тело, угадывал её ощущения, думая в первую очередь только о ней. И добился того, чего хотел: она откинулась, запрокидывая голову, закрыла глаза, стискивая зубы, чтобы не закричать, и Идвар чувствовал, чувствовал каждое её движение, и сорвался сам, уже не думая ни о чём. Её взрыв не дал сдержаться ему, и он опять будет ругать себя потом...
Потом Идвар лежал, уткнувшись лицом в её шею, долго не мог восстановить дыхание, бьющееся в груди сердце успокоить. Приподнялся на локте, перевёл глаза на лицо Аэллы. Она глядела в потолок огромными широко открытыми глазами. Идвар толкнулся в её подбородок носом и шёпотом спросил:
– В первый раз?..
– М-м-м... – Она согласно кивнула, переводя на него взгляд. – Я и не знала... – Он усмехнулся в ответ, аккуратно лёг рядом, на бок, обнял через грудь. Аэлла шепнула: – Холодно...
Идвар натянул одеяло, теснее приблизился к ней, переплетая ноги, стараясь согреть. Аэлла принимала эту заботу, как должное. Улыбнулась, шепнула:
– Я люблю тебя... люблю тебя, Идвар...
Он так долго ждал этого признания, так ждал, что сейчас не смог удержать улыбки, наслаждался покоем и тишиной, мягкостью женского тела рядом. Они так и заснули вместе, а утром Идвар проснулся один – Аэлла ушла так же тихо, как и пришла.
* * * * *
В течение нескольких дней они не виделись. Как узнал Идвар у служанки, госпожа снова приболела, держится жар и головная боль, а вдобавок ещё и кашель появился. Всё-таки она застыла в ту, последнюю ночь. Все эти пять дней Идвар жил воспоминаниями, и каждую ночь приходил в комнату их встреч, всё ждал, всё хотел увидеть её. И мысли его мало в это время были заняты чем-то другим, кроме той, что стала для него самой близкой.
Когда к обеду его вызвали из кабинета к общему собранию офицеров, он даже и не осознал полностью всей серьёзности. И лишь вслушиваясь в донесение дальней разведки, он понял вдруг, почему у всех баронов такие взволнованные лица. В двух днях пути от Райрона в восточном направлении обнаружена большая армия, судя по всему, армия молодого князя.
– Каков качественный состав армии? – спросил Мирон после минутного размышления, сразу же включаясь в проблему.
– Ополчение, господин Мирон, но усиленное крупными частями конных рыцарей, есть лучники... – Это герцог Вальден, седой, с яркими выразительными глазами.
Хороший офицер, в поход на Райрон он привёл большой отряд своих вассалов, давал ценные советы по ходу боёв. Но Идвар подозревал, что отец специально держит его так близко, и через него прекрасно знает обо всех действиях главнокомандующего. Он и княжну оставлять в живых не хотел, очень был против решения Мирона, и, скорее всего, уже доложил об этом королю в Мирополь. А значит, король примет решение относительно её... И Мирон догадывался, какое...
– Карту покажите, – приказал коротко, и один из баронов развернул пергаментный свиток на поверхности стола, придавил два уголка пальцами, два других придавил герцог Вальден. Идвар рассматривал её долго, хотя за всё время пребывания в Райроне он буквально выучил её наизусть.
– Они примерно вот тут... – Герцог указал ладонью на холмы в излучине реки. – Место выбрано удачно, как бы мы ни подошли, они увидят нас заранее...
Мирон кивнул головой, соглашаясь с замечанием герцога. Надо вынудить их спуститься, принять бой, тем более что внизу хорошая равнина, зажатая с двух сторон рекой и холмом. Здесь можно развернуть конницу, а на вершине холма удачно поставить лучников.
– Соберите два отряда кавалерии из молодых рыцарей, зарекомендовавших себя в предыдущих боях, – перевёл глаза с карты на лицо герцога, – таких, чтоб незадиристые, поспокойнее. Пусть подойдут вот сюда,- положил ладонь на равнину, – на выстрел, на полёт стрелы... В бой пусть не лезут, главное – проверить их подготовку и возможность боя. Как они там сидят, ждут нас или у них какие-то свои планы?.. В бой разрешаю вступать, если только нападут сами, в крайнем случае, их оттуда не провоцировать, пусть постреляют с луков, отправят передовой отряд... Начнут ли дёргаться на своих позициях?.. – Пожал плечами. – Обстановку докладывайте постоянно, и главное, ещё раз, – самим не нападать... Барон Лард, – посмотрел на молодого барона, – я поручаю эту задачу вам, думаю, вы достойно справитесь.