Эд подошел к решетке и ухватился руками за стальные прутья.
Они ждут моего предела или просто обрекли меня на медленную, мучительную смерть? Эх, жаль, не сломать прутья, не открыть дверь! Сплав тот же, что и на звездолетах Конуса.
Эд в ярости рванул решетку и едва не упал, когда дверь неожиданно поддалась.
«Ловушка, — мелькнула первая мысль. — Меня не выпустили бы так просто!»
Эд осторожно просунул голову в дверной проем и в ужасе замер. Пустой длинный коридор показался до боли знакомым. Страшное подозрение, словно удар бича, хлестнуло по душе Эда. Одержимый чудовищной догадкой, он бросился бежать по пустому коридору, заглядывая во все помещения. Без сомнения, это был звездолет. Абсолютно пустой разведчик Конуса — без экипажа и наверняка без связи. В панике Эд влетел в рубку управления. На обзорном экране светилась какая-то планета. Звездолет направлялся именно к ней. Эд бросился к автопилоту. Тестера в ячейке не было. На секунду Эд растерялся, а затем быстро сел в пилотское кресло и попробовал изменить курс. Напрасно.
Звездолет по-прежнему шел на сближение с голубой планетой. Обхватив голову руками, Эд в нечеловеческом напряжении пытался найти выход, напрочь забыв о голоде, страхе и одиночестве. Должно было существовать хоть какое-нибудь решение! Эд не сомневался в этом и настойчиво искал его. И вдруг в рубке прозвучал сигнал вызова на связь. Эд рванулся к операторскому креслу и включил дисплей. Зажегся экран, появилось изображение Хаус-Нари. Он с издевкой улыбнулся и произнес:
— Здравствуй, Лад — старший сын Линоров и бывший Лидер Внутренних и Внешних Сил Безопасности Конуса.
— А кто же здесь?
От неожиданности Лад вздрогнул и быстро открыл глаза. Перед ним стояли два драда. Они как-то странно посматривали на него и время от времени оглядывались на Везавия. Тот уже не спал.
— Так кто же из вас? — вновь спросил правый драд.
— Я, — не найдя другого ответа, произнес Лад.
— Понятно, — без какого-либо интереса прорычал правый драд. — Значит, берем того.
Драды направились к Везавию.
— Стойте! — крикнул Лад, увидев, что Везавий оскалился. — Мы оба еще здесь.
— Как это оба? — не поняли драды. — Вы до сих пор не разобрались, кто?
— Да, — вступил в разговор Везавий. — Мы были голодны и решили поспать.
— Поспать?! — Драды презрительно посмотрели на Везавия, затем на Лада. — Голодный драд должен убивать и жрать, а не спать! Ну ничего, после этой ночи вы станете настоящими драдами! Давайте, живее разбирайтесь! Мать тоже голодна. Уцелевший сам притащит ей останки, а нам некогда с вами возиться. Подобных идиотов, наверное, еще полно!!!
Драды повернулись и пошли прочь.
— Спать от голода! Это надо же!!! — возмутился кто-то из них.
Поглядывая на ушедших драдов, Везавий подошел к Ладу.
— Чего они от нас хотели?
— Ничего хорошего, если я их правильно понял, — ответил Лад. — Пойдем незаметно за ними, они приведут нас к матери. Если она здесь всем заправляет, как говорил Эгей, то вход должен находиться возле нее.
Подобрав по дороге двух соплеменников, драды пришли к огромной скале, которая больше напоминала какое-то странное сооружение, чем природное образование. Скала имела геометрически правильные формы и большую — судя по входу — пещеру. Драды заволокли туда раненых и тут же вышли.
— Кажется, мы пришли, куда хотели, — произнес Лад, продолжая наблюдать за драдами. — Подождем, когда они уйдут, и заглянем вовнутрь.
— Не думаю, что там вход, — возразил Везавий. — Скорее лежбище драдов, где они зализывают раны.
— Не похоже. — Лад показал своей когтистой лапой в сторону пещеры. — Они слишком поспешно вышли оттуда. Видишь, отдыхают. Заметь, не внутри, а снаружи, словно верные псы у дома хозяина. — Уверен, мать там. — На секунду Лад замолчал. — И вход тоже, — добавил он, но уже не столь уверенно.
Отдыхали драды недолго. Понежившись немного на солнце, они покрутились возле пещеры, принюхиваясь к чему-то, и неожиданно быстро удалились.
— Чего они испугались? — спросил Лада Везавий.
— Уж, конечно, не лежбища.
Лад повел носом воздух и вопросительно посмотрел на Везавия.
— Ты ничего не чувствуешь? Везавий принюхался.
— Что-то особенное есть. Но с тех пор, как мы здесь, запахов везде слишком много.
— Это верно, но я все же улавливаю резкий будоражащий запах, идущий от пещеры. Что-то есть в нем знакомое и между тем абсолютно чужое. Не нравится мне этот запах, как-то поневоле кровь играет. — Лад огляделся вокруг. — У меня плохое предчувствие. Этот пустынный мир подавляет нас. Он вгрызся в наши души, словно червь. Если бы вокруг сновали толпы драдов, я бы чувствовал себя лучше. Пустота угнетает.