- Да, - сказал Леонид Викторович, - а не агитируешь ли ты нас, Максим, на создание ячейки Братства в этой конкретной однокомнатной квартире?
- А почему, кстати, и не создать нам такую ячейку? - заступился за Максима Даниило-вича Всеволод Андреевич. - Всё какое-то развлечение.
Анатолий Сергеевич тоже высказался с поддержкой этой идеи. И, празднуя победу, Мак-сим Даниилович продолжил лекцию.
Так в Ветрогорске появилась ячейка Братства розенкрейцеров.
На протяжении пяти лет новообращённые братья собирались у Максима Данииловича и с прилежанием изучали историю и философию розенкрейцеров, разбирали диаграммы и симво-лику, штудировали "Признание" и "Fama Fraternitatis". Анатолий Сергеевич даже начал выпус-кать рукописный "Бюллетень Братства Розы и Креста", в котором братья могли делится свои-ми открытиями на этом поприще.
Для них это была игра. Игра увлекательная - почище "преферанса".
К тому же, кто знает - вдруг настанет день и явится эмиссар Братства, чтобы пригласить всех четверых вкусить плодов великой мудрости. А вечная жизнь! Кто же не мечтает о вечной жизни?
И никто из четверых не догадывался, что через пять с небольшим лет игра эта превра-тится в смертельное испытание для милейшего Максима Данииловича.
3.
Выяснить адрес одинокого пенсионера не составило большого труда.
На квартиру к нему Лысый Гера поехал опять же в сопровождении всей своей команды. На случай решительных действий.
Невыспавшиеся парни всю дорогу зевали. Обычный транспортный разговор в этот раз не склеился - ехали молча.
Расстановкой сил командовал по-прежнему Зимагор. Вовчика и Сидора он отправил на площадку этажом выше, Костю и Борьку оставил на площадке этажом ниже. А сам позвонил в дверь. Звонить пришлось долго: раз, второй, третий, четвёртый... Наконец дверь приоткрылась. Над натянутой цепочкой появилось дряблое лицо:
- Ну, кого принесло?
Зимагор даже не стал прибегать к помощи своего просроченного удостоверения. Он с си-лой ударил ногой в дверь. Цепочка не удержала, и Зимагор с Сурком мгновенно оказались в прихожей. Сурок подхватил старика и зажал ему рот.
- Тащи его в комнату, - распорядился Зимагор, а сам вышел на площадку. - Можете возвращаться к машинам, - сказал он бойцам, - и позовите сюда Геру. Клиент готов к упот-реблению.
Гера явился через три минуты. Прошёл, брезгливо морща нос, в комнату, где Сурок уже распял несчастного Максима Данииловича прямо на столе. Старик потрясённо мотал головой и не мог вымолвить ни слова.
Лысый Гера уселся в единственное, основательно продавленное кресло и посмотрел на Максима Данииловича. Выглядел тот жалко. Пола старого халата разъехались, открыв взору столь же потёртые жизнью "треники". Что-то не похож он на человека, который может быть при-частен к убийству авторитетов.
Зимагор принёс свою сумку и отыскал табурет.
- Вы можете говорить? - спросил Лысый Гера у Максима Данииловича.
- Я буду кричать, - просипел тот.
- Не советую, - сказал Гера. - Если вы будете кричать, мы найдём способ прекратить это. Ну и конечно, сделаем вам больно.
- Деньги там, в тумбочке, в верхнем ящике...
- Мы похожи на грабителей? - Гера удивился. - Вы ошибаетесь, дорогой Максим Да-ниилович. Мы не грабители.
- Вам нужна... квартира? Только не убивайте меня. Я подпишу любой документ, только не убивайте.
- Ваша квартира меня не интересует, - Гера тяжко вздохнул. - Меня интересует со-всем другое. Я знаю, дорогой Максим Даниилович, что вы являетесь членом Братства розен-крейцеров, - Грицай дёрнулся. - Да, я это знаю. Я бы хотел услышать от вас подробности деятельности этой организации на территории Ветрогорска.
Максим Даниилович помолчал потрясённо, потом спросил:
- Вы... вы... пришли от C.R.C.?
- Это что, кличка такая?
- Нет, нет, конечно же, нет, - забормотал Максим Даниилович, отводя взгляд. - Не может это быть так... Хотя...
- Вы готовы поделиться со мной сведениями о деятельности розенкрейцеров?
- Никогда! - гордо заявил Грицай, тряхнув копной седых сальных волос.
- Поверьте, будет лучше, если вы всё расскажете, - продолжал увещевать старого ду-рака Лысый Гера.
- Никогда! Ни под какими пытками я не выдам тайны Братства!
Да он позирует! Нет, ну каков наглец - позировать в такой ситуации! Надо проучить.
- Эдуард Борисович, займись, - распорядился Лысый Гера.
- Ну наконец-то, - сказал Зимагор, осклабившись. - Испытаем новинку. Вячеслав, за-ткни ему пасть и снимай с него штаны!
Сурок споро, словно всю жизнь только этим и занимался, заклеил рот Максима Даниило-вича скотчем. Потом распахнул полы халата, обнажив худые и бледные старческие ноги, и стал стягивать трикотажные треники вместе с трусами. Грицай в ужасе таращился на него.
Лысый Гера отвернулся и как раз застал момент, когда Зимагор вытаскивал из своей сум-ки футляр с новеньким паяльником.
- Ещё стерильный, - сообщил он Гере.
- Скажи, Эдуард, - обратился к нему Лысый Гера, - а ты и на службе в КГБ эту штучку применял?
- А как же без неё? - Зимагор улыбнулся плотоядно. - Без неё - никак.
Он подошёл к столу и, не примеряясь особенно, вставил паяльник "горячим" концом Гри-цаю в задний проход. Потом поискал глазами розетку и размотал шнур. Максим Даниилович что-то замычал отчаянно. Лысый Гера посмотрел на него и сказал просто:
- Но я же вас предупреждал, а вы так презрительно...
- Начинать? - спросил Зимагор, стоя у розетки.
- Начинай.
Под непрекращающееся мычание Грицая Зимагор воткнул вилку в розетку. Сначала ни-чего не происходило, потом Максим Даниилович начал извиваться на столе. Он весь вспотел. Но к острому запаху пота быстро прибавился запах палёного мяса. Из обвисшего члена поли-лась струйка мочи. Паяльник зашипел.