«Ты потерял бдительность, Моти-Мар, поэтому ты и здесь».
От неожиданности Мот забыл о чувстве страха и потерянности. Ответ на его панический вопрос прозвучал где-то внутри собственного «я», там, где, казалось, кроме пустоты, уже ничего нет и не будет.
«Кто это ответил мне?» — подумал Мот.
«Это я — Кхан-Кхоу», — прозвучал ответ.
«Вы, учитель?!!»
«Да, это я. Я разочарован, Мот. Как ты мог допустить, чтобы тебя лишили разума?»
«Но что я мог сделать? Ведь я до сих пор не понял, как это произошло».
«Ты потерял бдительность. Вспомни, что я говорил тебе».
«Ты многому учил меня…»
«Последнее мое напутствие! Его ты получил уже на миротворческой базе».
«Ты говорил, что всегда надо быть готовым к встрече с монстром. В своем естественном виде он похож на акросов, но только в два раза больше их и всегда черного цвета».
«Вот! В своем естественном виде монстр похож на акросов, но только в два раз больше и черного цвета. Это ключевая фраза, и если ты поймешь ее, то, возможно, еще сможешь выбраться. Но думай быстрее, с каждой секундой твои шансы на спасение уменьшаются, и в конце концов ты можешь опоздать».
«В своем естественном виде… Ну конечно же! Именно эту незначительную деталь я упустил! Это и есть ключ! Ведь если монстр может преобразовать любое существо в кого захочет, то же самое он может сделать и с собой. А я все пытался вспомнить что-то важное! Раз Кхан-Кхоу говорил о естественном виде монстра, то это означало только одно — у Галактического Бога может быть и неестественный вид! Я ДОЛЖЕН ВЕРНУТЬСЯ!!!»
Неожиданно Мот прекратил падение и резко взмыл вверх. С сумасшедшим ускорением он вылетел из окружавшей его тьмы и буквально ворвался в светлый, сияющий мир.
— Паст, он очнулся, смотри, Паст.
Это была Бети, Мот сразу узнал ее голос. Он попытался разглядеть ее, но не смог. Сияющий мир слепил глаза, и из них потекли слезы.
— Бети! — позвал Мот.
— Я здесь, милый, рядом. Ты видишь меня?
Голос прозвучал совсем близко, и Мот почувствовал опьяняющее, чуть сладковатое дыхание девушки, от которого взволнованно забилось сердце.
— Яркий свет. Подожди, Бети. — Мот зажмурил глаза и прикрыл их руками.
— Я немного притушу свет, — раздался голос Паста, и в наступившей тишине отчетливо прозвучали его шаги. — Все в порядке, Мот, попробуй открыть глаза, — произнес он через некоторое время.
«А вдруг я ослеп?» — мелькнула у Моти-Мара паническая мысль. Превозмогая нахлынувший страх, он опустил руки и открыл глаза. Сияющий мир уже не слепил, но очертания предметов все еще были немного расплывчатыми. Мот сразу понял, где находится. Это была его комната. Он сидел на своей кровати, в реальном мире, и у него как-то странно тряслись руки. Рядом с ним с заплаканными глазами стояла Бети, а немного в стороне улыбающийся Паст.
— Почему ты плачешь? — спросил Мот, любуясь румянцем, проступившим на лице девушки.
— Да она просто радуется, что ты очнулся, — ответил Паст. — Не понимаю я этих женщин! За все время, что ты лежал без сознания, Бети и слезы не уронила. Но стоило тебе подать признаки жизни, как случился целый потоп.
— Да-а, теперь ты смеешься, — всхлипывая, пролепетала Бети. — А ведь никто уже не верил, что Мот будет жить, только я.
— Что правда, то правда, здесь ты права.
— Вот то-то, — Бети весело улыбнулась и, смахнув слезинки со щек, подсела к Моти-Мару. — «Слабая активность мозга, он уже практически мертвый…» А я вот назло всем верила, что ты не умрешь, — Бети нежно прижалась к любимому.
— Подождите, подождите! От всех этих ваших улыбок, слез и разговоров у меня голова пошла кругом. Объясните толком, что со мной произошло.
— Толком мы и сами мало что знаем, командир. Я допрашивал годра, а ты сидел в кресле, собираясь прощупать его мысли. Когда я задал Артугеасу все вопросы и его увели, меня вдруг насторожила твоя странная неподвижность. Я окликнул тебя, но безрезультатно. Подскочил к тебе и, схватив за плечи, начал сильно трясти — и это не помогало. После всех моих бесплодных попыток привести тебя в чувство я уже по-настоящему испугался. Позвал ребят, они отнесли тебя в медицинский отсек, где нам и объявили печальный приговор.