— Вы знаете, я почти уверен, что смогу. — Равнодушно улыбаюсь директору.
Естественно, со своим экспериментом в поглощении теории, с прочитанной и усвоенной реальной книгой Останина, обрывками знаний некросов — за моими словами стоит определенная уверенность. Практики не хватает — это да. Но тут тоже понятно кого спрашивать — Кошкин еще не закрыл контракт учитель-ученик, так что и тут подтянуть меня невелика проблема. Всего-то две недели, чего бы они ни изучали. Тут, скорее вопрос, есть ли у них возможность принять экзамены как в лицее, за несколько лет сразу. Есть у меня подозрение, что и с этой проблемой я справлюсь. Хм. Сразу, как появится несколько больше времени. А вот сейчас мне все же нужно немного другое. Библиотека для нивелирования дыр в теории, по словам Хозяина Лабиринта, и много экспериментов в мастерской Академии. Остальное, все же — не горит.
— Ну, смотрите сами, спорить с Его Императорским Величеством я точно не собираюсь. — улыбается мне в ответ ректор.
— Огромное спасибо, — говорю ректору.
— Да что вы, с такой резолюцией по-иному выйти и не могло. — Улыбается Геннадий Егорович.
Весь разговор проходит ровно, словно бы на одной ноте, и только мне видны интересные изменения внутреннего отношения ко мне директора. В начале разговора равнодушие, потом скептицизм, который не уходит до сих пор, да еще и желание сделать небольшую неприятность своему заклятому другу Кошкину.
В общем, намешано все. Другое дело, что вовне директор не транслирует ничего. Все очень доброжелательно и приятно. Сразу видно очень хороший опыт в переговорах с разными студентами.
— Посетите, пожалуйста, Марину Леонидовну с вашим же письмом. — Пишет пару слов с другой стороны листа, там, где нет личной резолюции императора. — Она оформит окончательно ваш перевод. После чего у вас будет снова доступ к вашему внутреннему счету и с завтрашнего дня можете приступать к обучению.
— С завтрашнего? — удивляюсь.
— Ну сегодня вы на уроки явно не попадете. — кивает ректор.
— А, скажем, библиотека будет для меня доступна? — уточняю.
— Это сколько угодно, хоть библиотека, хоть мастерские для практических работ, хоть столовая. — Разводит руками ректор. — Все доступно, с момента активации вашего счета в Академии. Средства на браслете будут оперативно подвязаны к сквозной оплате. Без каких-либо потерь.
— Благодарю, — встаю со стула.
— Заходите, если что, господин Рысев.
— Обязательно, господин ректор. — Прощаюсь с Геннадием Егоровичем.
Пару минут и стучусь в новый кабинет проректора. Найти его не составляет труда — сложно промахнуться во вторую же дверь на этаже.
Даму ждать не приходится — утро. Все еще на местах. Так что в ее в кабинете, почти скучаю с полчаса, пока Марина Леонидовна отрабатывает все запросы и создает все нужные бумаги. Разве что эта барышня показывать заинтересованность во мне вообще не считает нужным. Спокойно принимает необходимость и срочность работы и даже не делегирует ее дальше, хотя, по идее, это тоже она делать не должна. Но, видимо, императорская подпись чуть двигает рамки возможного.
Пока Марина Леонидовна отрабатывает мой перевод, занимаюсь тем, что перегоняю латинский язык в более-менее адекватный использованию вид. Работы на пару дней еще, так что пользуюсь любым, очевидно, пустым временем. Ни ускорить, ни избежать этого ожидания не могу, так что только пользоваться.
Но все заканчивается, и это заканчивается тоже.
— Прошу вас, господин Рысев. — наконец говорит дама и протягивает мне небольшой амулет. — Приложите, пожалуйста, к вашему браслету. — кивает на мои действия. — Поздравляю вас, господин Рысев, с новым началом вашего обучения. Я вам оформила отсутствие, как военную практику. Сможете использовать это в будущем. С завтрашнего дня можете приступать к обучению. Сегодня, если хотите, все помещения Академии для вас открыты, — повторяет мне слова ректора. — Но на лекции я попрошу вас все же не ходить. Потому что будете отвлекать учащихся.
— Да, конечно, — прислушиваюсь к просьбе проректора. Прощаюсь с дамой. — Благодарю.
Выхожу в коридор.
— Ольга! — тут же набираю девушку по переговорнику. — Я освободился.
— Очень рада! — девушка отвечает мгновенно. — Освободился? Это прекрасно! Приходи в кафе, я буду через полчаса.