Осмотревшись, капитан прошел к артефактам, которые могли считаться технологическими или военными. А девушка с удивлением обходила витрины и иногда просила Антона перевести ее вопрос сопровождающему.
Наконец Марие попросила достать пару вещей из шкафчика.
Коллекционер передал их пилоту и стал смотреть, что она с ними будет делать.
Марие взяла в руки небольшую палочку и провела ею по ногтю. Естественный цвет изменился на ярко-голубой. Следующий ноготь стал ярко-красным, потом зеленым…
Коллекционер затаив дыхание, смотрел на этот фокус. А девушка, покрасив все десять ногтей, передала этот карандаш обратно Дику.
— Нет-нет. Оставь себе. Если это работает у тебя, пусть будет твоим.
Антон вступил в разговор:
— Тебе это пытаются подарить. Скажи спасибо и пользуйся.
Марие произнесла на незнакомом языке какую-то фразу и приложила предмет к комбинезону. На глазах удивленного коллекционера он не упал, а просто пропал.
Антон, разглядев интерес в глазах Троя, сказал:
— Ну, а чего ты такой… странный. Это же простой комбез. По ее просьбе взял карандаш на хранение.
Только тут Дик осознал, кто перед ним.
— А она тоже… как Лиела.
— Ну, а ты как думал. Я же тебе об этом сразу сказал.
— Так на вас настоящие комбезы Древних?
— Ну да! А что здесь такого? Ты же видел корабль. Что здесь необычного?
— Так ты и вправду знаком с Древними?
Антон внимательно посмотрел на товарища.
— Эк ты хватил. Не знаком, а капитан корабля с экипажем из тех, кто смог выжить. Их, к сожалению, очень мало. А так нормальные люди и опытные офицеры.
— А Лиела? Она тоже офицер?
— Что-то тебя это сильно насторожило? Что не так?
— Нет-нет. Все нормально. Но… Лиела! Офицер! Невероятно!
Тем временем девушка взяла в левую руку второй предмет, а правой что-то выбрала из невидимого для остальных меню. Раздался мелодичный звук. Она приложила этот предмет за мочку уха, и по комнате поплыл совершенно невероятный аромат.
— Хмм. Духи нашла. Вот видишь, — смотря на довольную девушку, произнес парень, — а ты не хотел позволить получить ребенку радость.
Трой укоризненно взглянул на Антона.
— И не надо на меня так смотреть. Они оторваны от привычного образа жизни. И то, что для тебя артефакт, для них часть их прошлого, которым они живут до сих пор.
Аккуратно убрав руку девушки со своего плеча, Антон встал с кровати. Вчера так и не удалось объяснить подруге, что незначительное проявление внимания, которого она удостоилось, не должно быть одобрено в такой форме. Хотя, конечно, все это было приятно.
Но дела, дела!
Уже поздно вечером на нейросеть парня от Троя пришло сообщение, что имперские проявили заинтересованность в дальнейшем развитии контактов и хотят, чтобы Антон поговорил с людьми, представляющими направление силовых структур.
Кто именно будет на встрече, пока было не ясно, но так вот сразу являться в лапы ко льву, не хотелось. Нужен был достаточно неординарный финт, и тут следовало проявить техническую смекалку.
До середины дня Антон что-то делал в мастерской, а поздно вечером, сел в глайдер и, не слушая никаких уговоров, улетел.
Вернулся капитан через пару часов и весь вечер посвятил разговорам с Марие.
Польщенная таким вниманием, девушка опять попыталась проявить заботу, в той форме, которая казалась ей наиболее оптимальной. Но Антон остановил ее. Все должно быть в меру. А сейчас мы на задании.
Очередная тренировка по развитию пси способностей Антона происходила под руководством Марие.
В этот раз девушка поставила перед начинающим псионом задачу, которую следовало выполнять очень точно, не отвлекаясь на постороннее вмешательство.
Концентрация, концентрация и еще раз концентрация.
Все должно быть посвящено именно ей. И никакого отвлечения на внешние раздражители.
А раздражители…
Считать таковыми, затянутую в спортивный комбез, красивую фигуру учителя, можно было до первого удара ногой в корпус. И злость на партнера, проявляющего изобретательность в избиении капитана, который просто не мог ответить, за раздражители уже не воспринималась.
А всего-то требовалось держать силовой щит, стоя на руках (естественно с поднятыми вверх ногами) и удерживать телекинезом предмет, который должен был парить в воздухе перед лицом обучаемого.
А учитель… Учитель старательно сбивал концентрацию, всеми доступными ему способами. От словесных… до прямого физического насилия.
— И откуда в тебе… ой… столько… ой… доброты. Ты прямо… ай… самая сердечная… умм… из всех встреченных мной… ай… особ женского пола…