Абсолют прокручивает в голове расклад. Агенты клана упорно трудились больше двух лет, чтобы внедриться на ключевой завод Железного Рассвета и подготовить диверсию. Всё было продумано до мелочей: тайно пронесённая внутрь взрывчатка для минирования сборочных линий и энергоузлов, замаскированные команды бойцов в ближайших Секторах, готовые ударить в нужный момент. Идеальная схема, чтобы полностью парализовать производство противника, украсть промышленные секреты и сорвать их сделку с Единением.
— Если шпиона не нашли, значит, у нас завёлся двойной агент. Кто-то должен был продать информацию Молотам! — цедит сквозь зубы Крул, прожигая взглядом подчинённого. — Мы знаем их Нов наперечёт, и у них нет золотого Провидца.
— Никто бы не посмел предать!.. — горячо возражает подчинённый. — Все вовлечённые знают, что им грозит, если вероломство раскроется.
— И всё же утечка произошла! — обрывает его Абсолют, с силой сминая столешницу ударом кулака.
Таран ёжится, втягивая голову в плечи. Гнев начальства обрушивается на него, словно удар цунами. Однако заместитель понимает, что ярость лидера Непобедимых — лишь отражение его опасений за будущее клана. Слишком многое поставлено на карту.
Крул переводит взгляд на панорамное окно, за которым проносятся редкие флаинги. Его мысли одна другой мрачнее.
Если мы не перехватим этот контракт у Рассвета, то рискуем навсегда отстать в гонке за рынок боевых мехов. Сейчас у нас есть шанс подрезать крылья сопернику и вырваться вперёд. Любая задержка может стоить нам будущего.
Осторожно прочистив горло, Харн-ур решается предложить:
— Возможно, стоит отложить операцию, Глава? Раз уж Рассвет предупреждён, мы могли бы скорректировать…
— Отставить! — резко обрывает его начальник, жестом пресекая возражения. — Каждый день промедления приближает врага к победе. Нужно атаковать немедленно, пока они не успели толком подготовиться. В противном случае они настолько усилят безопасность, что вполне могут вычислить наших агентов, и тогда операция станет в принципе невозможной.
Лидер Непобедимых решительно поднимается из-за стола, возвышаясь над собеседником.
— Послушай меня внимательно, Харн-ур, — цедит он, впиваясь немигающим взглядом в лицо заместителя. — Я поведу штурм сам. Объявляй боевую тревогу по всему клану. Мне нужно звенья Дро-Кайша и Сизокрылого. Пусть будут готовы выступить через 12 часов. Тяжёлая техника тоже.
— Не сочтите за неуважение глава, но я вынужден спросить. Если задействуем Супернов, мы рискуем полномасштабной войной. Железный Рассвет не стерпит такого унижения. Они призовут должников, активируют старые союзы… Один неверный шаг, и конфликт выйдет далеко за пределы Атарии. Громовые Молоты также только и ждут повода вмешаться. Не слишком ли удобно получается? Они предупредили о наших планах Железный Рассвет, что выльется в войну кланов. Молоты наверняка захотят воспользоваться ситуацией, чтобы оттяпать спорные территории. Мы можем потерять куда больше, чем приобретём этой атакой.
Повисает долгая тишина. Наконец, Крул отзывается:
— Если мы сейчас отступим, нас сочтут слабыми. А слабых здесь не терпят. Поэтому либо мы ударим сейчас и победим, либо через месяц будем отбиваться от всех соседей разом. Выполняй приказ.
Таран кивает, не смея спорить. Когда Абсолют принимает решение, ничто не способно поколебать его волю. Остаётся лишь повиноваться и надеяться, что план сработает.
— Да, Глава. Я немедленно отдам распоряжения. Мы будем готовы раньше назначенного срока, — почтительно склоняет голову заместитель.
Крул кивает, отпуская подчинённого. Когда дверь за ним закрывается, лидер Непобедимых тяжело опускается обратно в кресло, прикрыв глаза. Перед его мысленным взором проносятся картины грядущего боя. Стальные исполины, сминающие врагов. Ливни плазмы, испепеляющие тяжёлую технику противника. Триумф Непобедимых, раз и навсегда покончивших с врагом, чтобы забрать себе желанный контракт.
Железному Рассвету никогда не стать лучше нас в создании боевых мехов. Я лично прослежу, чтобы эти мрази больше не смели посягать на наше первенство.
Через 12 часов, когда пламя и крики обречённых разорвут тишину над заводом Железного Рассвета, для всех станет очевидно — Непобедимые не зря носят своё имя. И ни Громовые Молоты, ни кто-либо ещё не сможет встать у них на пути.
— Какого дьявола там творится? — рычу я, перекрикивая какофонию звуков.
Кто мог решиться на штурм в такое время? Непобедимые? Громовые Молотые? Или кто-то ещё, захотевший под шумок урвать кусок пожирнее? И почему именно сейчас?