- Так точно! Действуй!
- Есть!
Три плота зависли над правой высотой и два над левой и стали опускаться. Другие плоты усилили интенсивность огня, давая десантникам возможность высадиться как можно безопаснее. Сергеич правильно предположил, что мерзляки рассчитывали стрелять с высоты только вниз и не имели такой возможности стрелять с нижних укрытий вверх. Десант высадился и сразу принялся за дело. Плоты зависли на небольшом возвышении и контролировали весь сектор обстрела по кругу. Вверх полетели бревна вырванные из мерзлой земли мощными зарядами. Обезумевшие от неожиданного нападения солдаты противника выскакивали в полный рост, готовые дороже продать свою жизнь. Бой завязался нешуточный. Но это больше напоминало избиение загнанного в угол зверя. Залегшая пехота, увидела, как удачно с противником справляются десантники и воспрянув духом тоже вступила в бой. Окруженный и деморализованный враг был уничтожен в течении последующего часа.
Для коренного народа этого мира победа в первом сражении имела колоссальное значение. Солдаты, не остывшие от боя, рассказывали тем, кто остался в резерве о своих подвигах, значительно преувеличивая свой героизм. Тем, кому не удалось поучаствовать в сражении завидовали первым и рвались в бой.
- Не беспокойтесь, и вам достанется. - Успокаивал их Сергеич.
Солдаты сносили все трофеи, которые обнаружили на занятых высотах. Предположения о наличии у врага нарезного оружия подтвердились. Несколько винтовок оборудованных оптикой и имевшие нарезной ствол лежали в стороне. Размер их внушал уважение. Обычному человеку выстрел из такой винтовки приводил к вывиху плеча. Тем не менее у Сергеича были соображения относительно их применения.
Потери составили тринадцать убитыми и двадцать пять ранеными. Причем легких ранений почти не было. Для первого раза командующему такие потери казались вполне терпимыми. Могло бы получиться гораздо хуже. Владимир и несколько человек, обученных навыкам военной медицины отправились доставить обозами в поселок раненых и убитых. На обратном пути Владимир должен был доставить боеприпасы.
Позади еще оставался недобитые расчеты батареи врага. Оставлять их в ночь у себя в близком тылу совсем не хотелось.
- Петр, ты там был сегодня, знаешь, что к чему, попробуйте до взять эти капониры, а то они у нас как кость в горле. Пополните боеприпасы, возьмите свежих бойцов, которым тоже не терпится погеройствовать и вперед.
- Хорошо Степан Сергеич! Что по тактике подскажите? - Пиотта оценил способности командира быстро реагировать на меняющиеся условия боя.
- Я думаю, что десант необходимо высадить с флангов и прикрывать их с тыла и фронта. Обязательно проверь, перед тем как высаживать, что вокруг нет никаких засад. Они очень коварные и хитрожопые твари. Второй раз они не дадут нам так легко себя победить.
- Понял, Степан Сергеич!
- Петр. - Сергеич перешел на отеческий тон. - Ты там это, особо не лезь под пули.
- Ладно, Степан Сергеич, мне и Далила всю дорогу то же самое говорила. Понимаю, что живой я нужнее. Буду издалека постреливать со своей снайперки.
- Иди ладно, верится с трудом! - Усмехнулся Сергеич.
- Есть!
В бой с мерзляками вступать не пришлось. Капониры оказались брошенными. Их командование довольно разумно посчитало, что здесь охранять нечего. На свежем снегу имелись тропинки, оставленные уходящими солдатами. Они вели на север.
Пиотта приказал Батуре опустить плот возле той кареты, которую они подбили утром. Тела погибших мерзляков лежали неубранными. По внешнему виду Пиотта сразу определил их высокое положение, и то что они были гражданскими. Юноша, как и наставлял Сергеич долго всматривался во все подозрительные места прежде, чем опустить плот. Наконец они его посадили. Вперед сошла группа солдат и заняла круговую оборону. Петр прошел мимо покойников рассматривая их застывшие фигуры. Удивительно, но их кровь не сворачивалась. Возле каждого трупа находилась лужица сероватой жидкости, и не собирающаяся замерзать или сворачиваться. Солдаты, впервые увидевшие мерзляков так близко, смотрели на них с нескрываемым ужасом.
- Какие здоровые! - Удивлялись они.
Петр подошел у одному трупу с развороченной взрывом грудной клеткой, лежащему навзничь. Под трупом слегка выступал уголок полевой сумки. Пиотта попытался сдвинуть труп, чтобы ее достать. Но для трехсот килограммовой туши его сил не хватало. Двое солдат подбежали помочь. В сумке оказались бумаги исписанные непонятным языком. Петр выбрасывал каждый рассмотренный лист в сторону, пока не достал схему, напоминающую топографическую карту. На ней, довольно понятным и привычным образом были нарисован рельеф. Высоты, реки и леса. Причем две высоты были обведены кружком другого цвета. Юноша понял, что удалось нечаянно разжиться совершенно необходимыми сведениями. Он быстро перелистал остальные бумаги, но больше ничего ценного не попалось.