Я оглянулся на Герми и Олимпу. Сестра как всегда крутила пальцем у виска, обостряя внимание на моих умственных способностях. А Герми пускал световые лучи и подталкивал меня к нужной звезде. Хорошо, что здесь Герми мой дедушка, а не брат. Потому что Олимпа та еще сестренка.
В общем, общими усилиями я оказался на нужной точке. Герми пускал тонкие, направленные световые лучи, высвечивая одну конкретную, чуть более крупную и холодно-голубую звезду среди прочих – звезду Инея. Второй я в моей голове усмехнулся моей забывчивости, я послал его к черту и начал ловить проводную нить жизни Герми. Как только я ее поймал меня сразу подбросило на сотни километров ввысь, пространство сплющилось в светящуюся линию и распахнулось заново…
… и я оказался на границе Эха. За ней наступала тьма, а перед ней светился яркий свет миллиарда звезд, частью которой был и я. Если даже у «небесной канцелярии» есть граница, то может быть и она не одна? Рядом со мной приземлился Герми. Его сияние казалось единственной твердыней перед наступающим мраком. Он сразу направился в сторону, освещая собой темный горизонт границы.
Вдруг нейтральная атмосфера Эха сменилась тяжелой и гнетущей. Я оглянулся и увидел в световых сферах дюжину душ закованных в шары-сферы. В одной из них, более плотной и переливающейся тревожными лиловыми оттенками, сидел Михаил. Он единственный, кто не находился в трансе или сне и сразу заметил нас. Герми взял меня и себя в кокон, который соединялся с энергией этого места и мы оказались внутри сферы Михаила.
Я говорил, что у меня крутой дед? Он крутой!
Я потупил взгляд, мне казалось, что я сильно облажался перед Михаилом, но тот смотрел на меня спокойно и решительно.
— Хватит нервничать, ребенок. Герми, ты сказал, он все вспомнит к этому времени. Сдается мне, что это не так.
— Я был в коконе и коснулся края.
Михаил и Герми переглянулись.
— Интересно… — Михаил обошел меня по кругу. — Хм, ничего нет. Ладно, расскажи подробнее.
Я ничерта не понял, чего у меня нет, но я собрался с мыслями.
— Я услышал пение. Оно было знакомым и я сразу узнал Миру. Она пела над девушкой… черт… забыл как ее там.. на Д что-то, и…
— Вспоминай ее имя, — прикрикнул на меня Михаил. Я посмотрел на Герми и тот уверенно кивнул. Я ковырялся в своей памяти.
— Дани! Ее зовут Дани! Мира убила ее клинком в сердце.
— Узнаю повадки своей жены. Отлично! Значит она уже у нее.
— Мира?
— Да, моя дочь у моей сумасшедшей жены в доме. Давай дальше.
Я подумал почему он разделил на два разных понятия жену и дочь. А кто тогда мать Миры на земле, но не стал задумываться об этом сильно долго, так как… ну вы сами понимаете, другие приоритеты пока.
— Мира пела колыбельную, которую я знаю, она пыталась ей помочь, но не могла. Я потянулся к этому звуку и открылось какое-то окно и лестница вниз.
Михаил подскочил и начал ходить взад и перед по шару.
— Смерть. Освобождение. Иногда это единственная милость в их мире. Но эта Дани… — Он замер. — Душа ее не пришла сюда. Не достигла Сариума. Она… застряла. В лабиринте эха. Как и тысячи других.
— В катакомбах? — выдохнул я, вспоминая видение. — Там, где зов?
Михаил отрицательно и медленно покачал головой
— Эхо Забвения. — Он направил указательный палец за свою спину, в сторону темноты — Вон, ровно за границей. Лабиринт потерянных душ. Тех, кто умер в страхе, в боли, в темноте подземелий Лууры и Тантлаарта. Их энергии смешались, спутались. Они не могут найти путь к Свету. И их страдание… оно питает бездну. Деформирует границы. — Он посмотрел прямо на меня, и в его взгляде появилась странная смесь вызова и мольбы. — Ты слышал зов. Это могла быть она. Эта… Дани. Или тысячи других. Но зов был. Ты – Проводник. Пусть номинальный пока. Но это твой долг. Твоя суть. Найди ее. Найди эту душу. Проведи ее через Эхо. Это ключ.
— Ключ? К чему? — спросил Герми, его голос был напряжен.
— К пониманию, — Михаил отвел взгляд, снова глядя в какую-то внутреннюю бездну. — К пробуждению его силы. И… к тому, чтобы Мира почувствовала его присутствие. По-настоящему. Не через эхо боли, а через акт милосердия. Проводник, ведущий душу из тьмы. Она почувствует это. В своем мире. Это будет мостом.
Мысль ударила, как ток. Связаться с Мирой? Не через случайный проблеск, а намеренно? Помочь душе, которую она знала? Спасти Дани от вечного блуждания в страхе?
— Как? — спросил я, шагнув еще ближе к лиловому туману. — Как мне войти в Эхо? Как найти одну душу среди тысяч? И что мне потом с ней делать то?