Где-то на середине пути мама предложила мне сходить в карету переодеться, на что я ответила, что мой нынешний наряд меня вполне устраивает, а в будущем, возможно, в моду вообще войдёт рваная одежда. И как знать, вдруг я стану её основоположницей? На что она зыркнула так, что шутить расхотелось сразу, а после добавила, чтобы мода развивалась самостоятельно, без моего вмешательства…
— Какого!? — возмущенно воскликнула я, прикрываясь только что расшнурованным верхним платьем, когда дверца в карету открылась, и туда залезло чешуйчатое недоразумение.
— Как ты могла меня бросить там одного?
— Так ты первым меня бросил. И вообще-то я переодеваюсь!
— Так я разве тебе мешаю? — закатил он глаза после того, как разлёгся на противоположном сидении.
В принципе, нет. Он всё же не человек, пусть и разумный. Да и я не собиралась менять нижнее платье. Пусть Элис всё равно противилась такому, но в этом противостоянии победила Даша, моя личность из прошлого мира.
— Так ты по делу или тебе просто не хотелось там оставаться?
— Разумеется, по делу. Во-первых прекрати так зыркать на как его там звали?
— Тео. Теодор.
— Да, точно. А во-вторых — все люди такие жадные?
— Ты о чём?
— Да о твоих будущих родственничках. Ты когда пошла к карете, то граф оттащил твоего жениха в сторону на разговор тет-а-тет. Только мозгов поставить заглушку им не хватило.
— Ну и о чём же они говорили?
— И даже не скажешь, что подслушивать плохо?
— Подслушивать плохо. Но мне всё равно интересно.
— В общем, как я понял, они приехали сюда для того, чтобы разорвать вашу помолвку.
Услышанное, честно говоря, шокировало, но не то чтобы сильно, ведь уже почти год как мы ожидали подобного. Но чтобы в самый последний момент, когда появилась реальная надежда на моё выздоровление?
— Однако, увидев нашу с тобой “дружбу”, граф расхотел отказываться от вашего брака. “Оскар, — попытался он сымитировать голос графа Рейна, — не будь глупцом! Сколько сейчас дворян при дворе по-твоему могут похвастаться дружбой с драконом? Не знаешь? А я тебе отвечу — ни один. Даже в императорской семье сейчас в живых не осталось никого, кто хотя бы был просто лично знаком с драконом. Ты видел, как Элис с ним близка? Если ты женишься на ней, то мало того, что мы породнимся с герцогами, так ещё и обретём связи с драконом, а то и всей их расой. Ты вообще понимаешь, что это значит? Это статус! А ещё они драгоценности чуют за версту. Думаю, он не откажется поделиться чем-нибудь со своим другом…” Вот это было самое главное и интересное.
— А ты правда чуешь драгоценности за версту?
— Элис, — в возмущении он даже слегка отодвинул голову назад, — я не верю своим ушам. Это что, единственное, что ты услышала?
— Не единственное, но самое интересное.
— Действительно, и о чём это я вообще? Ты же пять раз грабила мою сокровищницу! А по поводу остального тебе вообще нечего сказать?
— Ответишь на мой вопрос, тогда я отвечу на твой, — пропыхтела я, мучаясь с завязками уже целого и абсолютно чистого платья.
— Про версту они, конечно, сильно преувеличили, но за несколько десятков метров — да, чую.
— Поняла. Что касается твоего вопроса. То, в целом, да, каждый человек жаден в той или иной степени. В этом случае желание графа можно оправдать тем, что он заботится о будущем своего рода. Каждый глава какого-то рода или семьи несёт на своих плечах груз ответственности по усилению, обогащению и процветанию рода или семьи. Вот мои родители, как я поняла, тебя приняли с распростёртыми объятиями именно из-за твоих знаний, которые могли бы помочь мне. Это тоже своего рода жадность. Так что с одной стороны я могу понять графа, но с другой… Оскар не хочет жениться, скорее всего, потому что встретил ту, кого полюбил. И с этой стороны поступок графа по отношению к собственному сыну просто ужасен. Но при этом, это абсолютно нормальное явление для человечества на этапе монархии и аристократии. Вот в моём прошлом мире мы давно уже пережили этот этап, и в большинстве случаев браки теперь заключаются в первую очередь по желанию самих жениха и невесты. А родители выступают в роли советчиков, к которым не всегда прислушиваются.
— А что думаешь ты по поводу вашей помолвки?
— Видишь ли внутри меня сидит две души из абсолютно разных эпох. Одну с детства учили, что мужа ей выберут родители — для неё это нормально. Другая же считает, что выходить надо по любви или хотя бы по собственному желанию, а не чьей-то прихоти. И я до сих пор не определилась, чьё мнение победило, но склоняюсь больше к последнему. Но если я попрошу своих родителей, и они не будут настаивать на своём, тогда эта дилемма вообще отпадёт за ненадобностью. Всё-таки за этот год я столько пережила, думаю, они должны уступить желанию умирающей дочери. А теперь пошли обратно в беседку.