До окончания срока ультиматума Агентства национальной безопасности оставалось четыре дня. О том, что могло произойти с ним после этой даты, Джек не имел ни малейшего понятия. Он решил пока жить в отеле и вести себя крайне осторожно, полностью погрузившись в дела своей компании. В этом же отеле он арендовал просторный бизнес-зал на первом этаже, где планировал провести интервью с кандидатами в компанию. Почему-то он более осторожно относился к резюме с женскими именами — возможно потому, что коллектив в его университете был в основном мужским. Но пример Дайаны показывал, что по крайней мере в сферах, связанных с маркетингом и РЯ, женщины зачастую были более успешны, чем мужчины.
Около трех часов ночи Джека разбудил телефонный звонок. Свой основной телефон он отключал на ночь, но при этом клал недалеко от себя второй смартфон, номер которого знали всего несколько самых близких и нужных ему людей. Одним из них был Вернер, который пару раз будил Джека звонками из Европы в экстренных случаях, когда утром по местному времени нужно было получить срочный ответ на важный юридический вопрос. Но сейчас входящий номер был зашифрован. Высокий мелодичный женский голос вежливо поинтересовался, правильно ли она набрала номер, и быстро отключился. Почти сразу раздался повторный звонок. Хотя номер был снова не определяем, специальная программа показала, что звонящий находился в Китае, в районе одного из университетов Пекина. Джек, спавший до этого несколько дней по два-три часа в сутки, едва не нажал на кнопку отключения. Это мог быть либо какой-то китайский студент-выпускник, откликнувшийся на объявление о найме, либо, что было более вероятно, представитель китайского интернет-медиаиздания, который хотел взять у Джека интервью для китайской аудитории. Кто бы это ни был, он поступал крайне невежливо, позвонив в столь неудобное время. О том, откуда китайский журналист мог получить секретный номер его второго смартфона, Джек спросонья даже не задумался. За окном с вечера шел сильный ливень, довольно типичный для Сан-Франциско в ноябре, под аккомпанемент которого спать крепко и беспробудно хотелось особенно сильно.
Наконец в трубке раздался сухой щелчок и зазвучал незнакомый и в то же время откуда-то очень даже знакомый мужской голос — высокий, немного мальчишеский, говоривший быстро, задорно, иногда проглатывая окончания слов:
— Привет, Джек! Извини, если я разбудил тебя. Я не знаю, в какой зоне времени ты сейчас. Это Марк. Марк Цукерберг. Мне прислали дайджест твоего выступления позавчера. Ты знаешь, мне кажется, это очень клевая штука. Если твоя программа действительно работает так, как ты это описываешь, то это может быть одним из лучших проектов следующего года. Через неделю я возвращаюсь из Китая. Давай встретимся в Менло-Парк, в моем офисе в Facebook. Это всего час езды от Фриско. Я думаю, нам есть что обсудить. Заодно я приглашу лучших хакеров Долины, которые смогут точно проверить, нет ли в твоем коде дыр. Ты согласен?
— Привет, Марк. Да, я согласен. Спасибо. Приеду.
— Отлично! Увидимся.
Неизвестный номер отключился. Сон как рукой сняло. Он хотел тут же разбудить Дайану, но она спала так крепко, что он решил все-таки подождать до утра. Еще с полчаса Джек длинными, возбужденными шагами туда-сюда мерял пространство гостиничного номера. Этот звонок означал, что Джек теперь гарантированно будет знаменитостью в Силиконовой долине. Но если Марк захочет с потрохами купить его код за пару миллиардов, как он это когда-то сделал с сервисом Instagram, а также компанией — лидером в области виртуальной реальности Oculus, то ему, как и всем остальным, придется ответить решительным отказом. Отказ может сделать Марка его врагом, причем столь могущественным, что это поставит крест на всех планах развития компании в Калифорнии. Впрочем, два умных человека всегда могут найти взаимовыгодный компромисс. С этой успокоившей его мыслью Джек наконец снова уснул.