В своих мемуарах Дэвид Рокфеллер писал, что люди, считающие Бильдербергский клуб — его детище — аппаратом управления миром, вызывают у него смех, так же как и журналистские сказки о теориях заговора. А уже в следующей главе рассуждает о новом мировом порядке, наступление которого Клуб обязан резко ускорить. Очевидное противоречие этих двух тезисов один из тайных правителей мира словно и не замечает.
Что каждый год решает этот Клуб — по-прежнему строгая тайна. В семидесятых участники одной из встреч вспоминали о долгом интимном разговоре на заключительном ужине Дэвида Рокфеллера с малоизвестным тогда сенатором Джимми Картером. Через несколько месяцев Картер выставил свою кандидатуру на президентских выборах США и одержал в них уверенную победу. Это можно было бы списать на случайность, если бы на рубеже девяностых на таком же ужине «старый лис» не наставлял бы так же долго, тепло и по-отечески другого молодого политика — губернатора штата Арканзас Билла Клинтона.
Одним из пунктов совещания, прошедшего в середине 2010-х, была проблема «маленького человека» в этом мире. Что делать с миллиардами людей, обслуживающих мировую элиту, но не ощущающих на себе благ экономического прогресса? Занятые нудной работой, которую они вскоре тоже потеряют из-за роботизации, едва дотягивающие от получки до получки, всегда по уши в кредитах и долгах, больше всего на свете боящиеся увольнения или выхода на пенсию, обрекающих их и вовсе на жалкое, полунищенское существование.
Что решили по этому вопросу представители мировой элиты? Собираются ли они хотя бы для вида протянуть руку помощи уходящему в пучину бедности бывшему среднему классу, предпочли оставить все как есть или задумали вообще что-то страшное?
Об этом Джеку через какое-то время предстояло узнать.
Глава 10
Побег
— Это дело — крайне непростое. Но мы все-таки готовы за него взяться. Нам очень поможет, если вы расскажете все по порядку, не опуская никаких важных подробностей. Даже если они носят… (здесь адвокат сделал паузу) достаточно щепетильный, личный характер. Мы подписали с вами соглашение о конфиденциальности. Для юристов, тем более здесь, в Швейцарии, соблюдение клиентской тайны — нерушимый, священный закон деловой практики. Хотите кофе? Признаться, вы неважно выглядите: вам лучше немного расслабиться и прийти в себя. — Вернер Херцог, старший партнер одной из самых уважаемых юридических фирм Цюриха, чья история насчитывала более ста лет, скрестив руки на груди, в безупречном синем двубортном костюме, сшитом на заказ, стоял посреди своего кабинета, с участием и некоторым сочувствием глядя на своего нового клиента. Им был молодой человек, сидевший в помятой футболке и потрепанных джинсах напротив него на просторном кожаном диване.
Юридическая фирма специализировалась на вопросах международного налогообложения, а также оказывала приватные услуги частным лицам: комплексную поддержку в самых запутанных деловых и даже просто жизненных ситуациях. Разумеется, такого рода ее услуги были по карману только очень состоятельным клиентам, как правило, бизнесменам международного масштаба. Компания вот уже более полувека снимала один и тот же офис — два верхних этажа просторного здания в начале Зеефельдштрассе, в самом центре Цюриха. Из ее окон было видно богато декорированное неоклассическое двухэтажное здание Оперного театра, украшенное бюстами Моцарта и Вагнера. Ниже по улице, за перекрестком, располагались офисы самых известных международных юридических фирм. Однако на здании, где располагалась Herzog, Lebeuf & Stein, никаких вывесок не было — со стороны оно было, скорее, похоже на элитный жилой дом с охраной и кнопками вызова жильцов у главного входа. Такова была политика некоторых, самых старинных швейцарских юридических контор, а также банковских домов: реклама для них была совершенно излишней. Просто так, с улицы, без тщательнейших рекомендаций, попасть в них было невозможно. Это был бизнес только для «своих людей» — разумеется, весьма состоятельных.