Все эти события Джек изложил швейцарскому адвокату, умолчав лишь о разговоре со Сьюзен.
Вернер Херцог вот уже час слушал рассказ Джека, но не мог понять, как же так могли сложиться обстоятельства и почему этот молодой человек, вопреки всему, сейчас спокойно сидит в его кабинете. Или ему необыкновенно везет, или есть что-то, чего они оба до конца не понимают.
— В отеле я спустился поужинать, во время еды долго разговаривал по зашифрованной линии с Дайаной, которая успела передать запись нашей встречи в министерстве в одну из адвокатских контор, и еще с несколькими приятелями. За соседними столиками были люди, которые, как мне показалось, старались подслушать мои разговоры. Где-то через полтора часа я вернулся в номер, был уже вечер, и я начал собираться в аэропорт. И здесь я обнаружил, что кто-то был в номере: пропал мой ноутбук и еще несколько вещей, хотя, когда я уходил на ужин, все было на месте. Вызывать управляющих было бессмысленно. Более того, я отчетливо понял, что силовики, вероятно, посовещались, получили «добро» сверху и за мной самим должны скоро прийти. Скоро — это максимум полчаса. Я понял, что надо бежать.
— Вы считаете, что вам физически грозила опасность?
— Скорее, это была опасность оказаться тем же вечером в том же месте, что и Билл.
Джек попросил еще чашечку кофе со сливками. События того вечера снова взволновали его.
— Я не упомянул, что перед тем, как днем попрощаться со Сьюзен, я скачал на ее телефон приложение скайпа с нашей зашифрованной линией. Чтобы мы могли в будущем общаться с ней так, чтобы никто не только не мог прослушать разговор, а даже сам факт нашего звонка не фиксировался телефонной компанией: на распечатке значился бы абонент со случайным номером. Я думал, что возможность приватно общаться со Сьюзен пригодится моему отцу, но она понадобилась мне, в тот же самый день…
Сьюзен не удивилась звонку Джека и его просьбе о помощи. Она попросила десять минут и посоветовала ему покинуть гостиницу, оставив там все свои вещи. Кроме смартфона, на котором была установлена функция отключения слежения станции за номером. Он мог пользоваться телефоном, не опасаясь, что его отследят по сигналу: координаты его GPS обрезались специальной программой на третьем знаке после запятой. Таким образом, было невозможно увидеть конкретную точку где он находился: его местонахождение определялось расплывчатым кругом диметром в несколько километров. Максимум, что можно было определить, даже обладая мощным арсеналом спецслужб, — лишь в каком районе города он находится. Джек знал, как сделать так, чтобы обрезать свои координаты до первого знака после запятой: чтобы круг расплылся на сотню километров. Но для этого нужно было влезть внутрь кода операционной платформы, это была задача на несколько часов работы, которых у него сейчас точно не было.
Сьюзен перезвонила довольно быстро. К этому времени Джек успел позвонить на рецепцию, заказав ужин к себе в номер через час, заодно спросив, не слишком ли сейчас много народа в бассейне на крыше. Если за ним придут в течение получаса, они решат, что тот скоро вернется в номер, и какое-то время прождут: он выиграет как минимум дополнительные четверть часа. Затем они, возможно, поднимутся наверх и будут искать его в толпе плавающих на фоне иллюминации ночного города еще минут десять. Затем они запросят видеозаписи коридоров, но и это им быстро не поможет. В огромной высотной гостинице была запутанная система из множества лифтов: отследить, кто на каком этаже зашел и вышел и через какой из десятков выходов покинул здание — еще работа на полчаса. Итого, когда Джек вышел из гостиницы через подземный этаж, пройдя через длинные ряды бутиков, у него точно было не меньше часа преимущества во времени, за которое он мог далеко уйти. Если, конечно, все это было не манией преследования. Впрочем, пропавшие вещи и ноутбук оставляли мало сомнений.
Сьюзен дала Джеку координаты своего знакомого, представителя американского фонда Black Rock. Это был один из крупнейших и самых успешных инвестиционных фондов мира — он управлял активами, разбросанными по всей планете, на сумму более триллиона долларов. Его представитель, встречавшийся со Сьюзен накануне, снимал номер в отеле Ritz Carlton в центре города, где и надлежало останавливаться представительным бизнесменам. Впрочем, это был достаточно молодой человек, около тридцати лет, по имени Джейсон, с замашками плейбоя, окончивший Гарвардскую бизнес-школу. Благодаря отцу-миллиардеру у него был собственный самолет, на котором он, всегда в компании двух-трех красивых стюардесс, приглашенных им из стран Восточной Европы, летал в международные командировки. Когда Джек, прошедший примерно половину расстояния до центра пешком и только затем остановивший частное такси, в девять вечера появился на пороге его номера, тот как раз собирался в аэропорт. Джеку в этот вечер очень везло. После недолгого разговора у них с Джейсоном обнаружилось в Бостоне несколько общих знакомых. Кроме того, по дороге в аэропорт выяснилось, что в юности они были фанатами одних и тех же рок-групп. Рассказ Джека Джейсон воспринял с энтузиазмом — как очередное интересное приключение, пообещав тому помощь.