Руки Дженни во время рассказа то и дело нервно подрагивали, а зрачки расширились от ужаса.
Слава богу, что она действительно любила Дона, подумал Джек.
— Кстати, я слышала, что Билла задержали в Сингапуре. Что вообще происходит??? Бедняга. Ты теперь один за всех в твоем проекте. Что собираешься делать?
— Программа практически готова. Кажется, завладеть ею хотят половина правительств и бог знает кто еще. Меня преследуют, но я пока странным образом каждый раз выхожу сухим из воды. Я должен вернуться в Штаты и там закончить наше общее дело: опубликовать наш код.
— Опубликовать открыто, просто так? Но тогда ты ведь ничего на нем не заработаешь?
— Да нет, за доходы от этого проекта я даже не беспокоюсь. Любой человек на свете теперь будет свободен от слежки. Личные данные людей останутся неприкосновенными. Это — самое важное. А что касается коммерческого успеха — я оформлю патент, упакую код в целую линейку сложных программных продуктов для разных категорий пользователей. Если я смогу закончить этот проект, то моя компания точно станет единорогом.
— Кем-кем?
— Единорогом. Так в среде инвесторов называют новые компании, акции которых в течение двух-трех лет после основания с нуля стоят на бирже не меньше миллиарда долларов. Куш серьезный.
Дженни рассмеялась:
— A-а… Теперь понятно. На днях одна моя подруга, модель Victorias secret, шведская блондинка с голубыми глазами и длиннющими ногами, написала в своем Instagram, что она все еще свободна и ждет своего принца с единорогом. А я-то, дура, подумала, что она каких-то детских сказок на ночь начиталась. Кстати, может, как раз ты ей подойдешь? Шучу, я знаю, что ты не любишь пустоголовых ходячих вешалок. Хотя Миранда Керр, например, недавно вышла за парня, очень похожего на тебя, и все у них хорошо… Ты уже сделал Дайане предложение?
— Нет. Я точно знаю, что у нас с ней когда-нибудь будет семья, но это произойдет не в этом году и даже не в следующем.
— Не обижайся, но со стороны это выглядит так, что ты просто сам еще не решил до конца, нужно ли вам быть вместе. Кстати, какие у тебя планы на вечер?
— Несколько дней я еще пробуду в Париже. Пока планов на сегодня у меня нет.
— Ну, вот и отличненько. Сегодня в семь — показ новой коллекции белья Intimissimi. Будем с тобой сидеть прямо на местах перед подиумом. Может, присмотришь себе какую-нибудь красотку, чтобы не киснуть в Париже одному. Шучу. Я знаю, что ты серьезный молодой человек.
Официант принес десерт. Джек хотел предупредить Дженни, что прямо сейчас лучше бы ей было придвинуться ближе к столу или вообще на минутку встать из-за него. Но он ничего не сказал, а через несколько секунд горячий кофе из фарфоровой чашки, внезапно соскользнувшей со слишком сильно наклонившегося посеребренного подноса, весь оказался на платье Дженни. К счастью, кофе в чашке было немного, и она не обожглась. Официант, который запросто мог одним лишь таким проступком лишить заведение одной из его мишленовских звезд, спешно извинялся, но девушка, от души отругав его на хорошем французском, не стала раздувать скандал.
На показе, хотя это мероприятие и было поставлено с размахом, Джеку вначале было невыносимо скучно. Дженни без умолку болтала — сказала, что именно с рекламы этой марки когда-то началась головокружительная карьера русской модели Ирины Шейк. У Дженни было три пригласительных на это шоу, но третье место пока пустовало: его Дженни приберегла для своей подруги из Восточной Европы — успешной парижской модели, которая также работала и дизайнером, стараясь раскрутить свой собственный бренд женской одежды. В главном шоу Intimissimi этого года участвовал десяток девушек и несколько мускулистых темнокожих парней. Ни одно из лиц или имен не показалось Джеку знакомым; модели белья казались ему одинаковыми. Когда в самый разгар шоу на подиуме установили высокий стриптизный шест, вокруг которого одна из девушек-моделей начала неприлично виться, словно в дешевом клубе для холостяков, он уже окончательно пожалел, что потратил время на это представление. От скуки он повернул голову в сторону темных рядов зала и в этот момент увидел в проходе нечто необычайное.
Сначала это была просто высокая тонкая фигура, которая словно плыла в их сторону. Затем, уже совсем вблизи, фигура превратилась в девушку поразительной, почти неземной красоты. Она была одета в облегающее короткое синее платье, на голове высокая прическа из тщательно уложенных вверх мягких волос каштанового цвета. Более совершенной, точеной, как у статуи Венеры из Лувра, женской фигуры он ни разу не видел за всю свою жизнь. Несколько секунд Джек, как завороженный, просто наблюдал за этим чудом, словно прибывшим с другой планеты. Незнакомка безразлично прошла мимо них, но затем вернулась и, увидев Дженни, ослепительно и слегка смущенно улыбнулась, обняла ее, сев на свободное место рядом. Только сейчас Джек понял, что это и была та самая подруга-модель, опоздавшая на представление, которую они уже перестали ждать. Конечно, в его положении надо было держаться подальше от новых, тем более случайных знакомств. Но он не мог с собой ничего поделать — в его душе оглушительно играли торжественные фанфары, а голова сладко кружилась, словно после целой бутылки игристого вина. Шоу закончилось через час, они вышли втроем на улицу, весело и непринужденно болтая. Бархатное небо над Парижем к этому времени стемнело и покрылось звездами. Это был идеальный вечер для романтической прогулки по городу любви.