– Я никого не вижу, – сказал Рэндалл, подойдя к капитану.
– И не увидишь, – ответил Векериан. – Пока мы не высадимся на берег.
У Рэндалла по спине пробежал холодок. Он обернулся: к ним, покачивая бедрами, на фоне синего безоблачного неба шла Рут. После отдыха к ней вернулась прежняя красота. На секунду Рэндалл забыл, где они находятся, и голова его наполнилась похотливыми мыслями, которым не место на краю света.
– Ты уже долго стоишь на палубе и смотришь на берег, – заметила Рут. – Неужели Орон Каа не беспокоит тебя?
– Беспокоит, но… тревога будто омывает меня и уходит прочь. Как будто у меня есть от нее защита.
– Именно, – подтвердила Рут. – У тебя есть защита – это я и тот осколок моей силы, что я оставила в твоем разуме.
– Мне стоит бояться?
Женщина шагнула к нему.
– Почему ты всегда об этом спрашиваешь? Я уверена, ты уже знаешь ответ.
Юноша сглотнул, внезапно осознавая себя гораздо сильнее, чем считал раньше, но ему все еще было трудно принять новую силу.
– Я… мне кажется, что я не должен бояться.
Рут улыбнулась:
– Ты замечательно справляешься, Рэндалл, – и нежно поцеловала его. Он ответил на поцелуй.
Корабль мягко причалил в бухте Орон Каа на краю света, но влюбленные самозабвенно целовались, будто ничто в мире больше не имело значения.
– Если Ута здесь, прошу тебя, помоги мне его найти, – умоляюще произнес Рэндалл после поцелуя.
– Тень здесь, – подтвердила Горланская Матерь, – и мы нужны ему. Помни, я слежу за тобой. А сила Шаб-Ниллурата эфемерна в той же степени, что и реальна.
Матросы Векериана собрались на палубе, вооруженные катанами и большими луками. Несколько моряков останутся на борту и будут сторожить «Черную волну», но около пятидесяти вооруженных человек станут сопровождать капитана при высадке на берег. Многие взяли с собой большие парусиновые мешки, надеясь, что во время поисков брата Векериана смогут поживиться добычей. Они не были пиратами, но не видели в будущем возможности вести честную жизнь, и разграбить заброшенный город на краю света казалось им меньшим злом, чем напасть на торговое судно. Они собрались вместе и дружно посмотрели на Рут, ожидая от нее руководства. Не дождавшись от нее ни слова, матросы повернулись к капитану.
– Великая Матерь! – обратился к Рут Векериан. – Я не знаю, почему ты хотела прибыть сюда, но я благодарю тебя. Мы последуем за тобой на берег.
Рут быстрым шагом подошла к борту, подобрала подол платья и грациозно перебралась через леер, а потом спустилась по сходням на берег. Рэндалл следом за ней тоже ступил на пыльную землю Орон Каа.
– Занимаем первое здание! – скомандовал Векериан, взмахнув катаной и выпятив грудь. – Убейте все, что еще не мертво. А теперь быстро покинули гребаный корабль!
– Вы его слышали, – добавил Джез Ран. – Мы будем искать брата капитана… но не упустим возможности разжиться парой-тройкой монет. Выше головы, парни!
То ли из-за страха перед капитаном и первым помощником, то ли из-за веры в Горланскую Матерь, но пятьдесят матросов с ворчанием сошли на берег вслед за Векерианом.
Рэндалл пока даже не обнажил меч, заметив, как спокойно и расслабленно ведет себя Рут. Он не чувствовал себя ни уязвимым, ни испуганным. У него даже руки не дрожали. Он думал об Уте и о том, что тот сейчас мог бы гордиться своим оруженосцем. И он думал о Рут и силе, которой она его наградила.
– Ты укрепил волю и разум, юный Рэндалл. Неужели ты наконец начал себе доверять?
Он ничего не сказал – ему показалось, что это будет грубо и неуместно. Но Рут прочитала ответ в его мыслях и улыбнулась.
Следом за ними Векериан вел своих матросов, а те жадными взглядами смотрели на ближайшее здание. Пока никто не вышел, чтобы сразиться с ними, и Орон Каа оставался пустынным и тихим. Здания дальше от берега отличались более внушительными размерами и стояли на тонких высоких колоннах из таких же осколков цветного стекла. Поселение не напоминало город, и ни одно здание в нем не походило на таверну или лавку. Выделялся только центральный минарет, он возвышался над остальными домами и был таким же широким у основания, как «Черная волна».