— О, узнаю тебя, сестренка, еще только глаза открыла и быстрее с головой в дела? Ладно, вставать понемногу можешь, сейчас Кален снимет твои повязки. Магия и мои припарки уже совершили чудо. Теперь остается только напомнить твоему телу как пользоваться всем этим…
— Инариэль, мое оружие? Катар? Близнецы? Ножи? И… дорожная сумка.
— Хозяин все сохранил и передал нам, когда мы отправлялись. Как только сможешь ходить, все вернем, будешь опять тренироваться, благо, есть кому об этом позаботиться, — маг кивнул в сторону командора. — На него теперь весь груз ляжет, кроме него никто не может тебя поддерживать.
— Я не могу поверить… Это сон… Ущипните меня, я не верю… Ой, прекрати щипаться, Инариэль, — вскрикиваю я, ощущая, как волна боли накатывает на меня, и я уже давно привычным усилием воли, ее сдерживаю, чтобы не причинить боли тому, кто до меня дотронулся.
Да все вернулось и хорошее, и плохое. Теперь я опять опасная спутница для всех, кроме Калена. Ответа почему так происходит, я все еще не нашла.
— Ты сама попросила тебя ущипнуть. Я исполнил твою просьбу, — он улыбается
— Но там, все было таким настоящим, таким реальным, вы все… все были там… Я…
— Мирра, это был обман, этого никогда не случалось, ничего не случалось из того, что они тебе показали. Я был там с тобой, помнишь, я пришел за тобой. Я видел все это… Поверь мне, этого всего не случалось, по крайней мере пока не случалось, быть может мы и проиграем эту войну, но пока что у нас еще есть шанс на победу, — Кален аккуратно снимал повязки под чутким руководством Инариэля. — Так что прекрати себя корить, успокойся. Ты все сделала правильно, теперь Мойра, вместе с магами присоединилась к Хранителям. Ты представляешь, это же просто чудесно. Еще несколько десятков имперцев и магов и наемников. Так что мы не просто тебя вытащили, Мирриэль, мы серьезно укрепили нашу боевую мощь. Я, как командующий, не могу этому не радоваться….
— Да, ладно тебе тут соловьем заливаться, Кален, ты тут себе места не находил, пока она в себя не пришла, сомневаюсь, что ты даже заметил все то, о чем говоришь до сегодняшнего утра.
Кален грозно посмотрел на мага.
— Эй, прекрати на меня так смотреть, я на твоей стороне, просто скажи ей правду, ведь ты с десяток лошадей загнал, чтобы быстрее добраться сюда, когда мы отправили Дарка к вам с посланием. Почему бы ей не знать о том, что она для тебя значит? Хватит прятаться, командор. Хотя бы с ней, будь честен. Ты летел спасать не надежду мира, а саму Мирриэль. Я уверен, ей это будет приятно услышать не от меня. Она ведь тоже только тобой и бредила, все время что мы путешествовали, мы с Барри уже даже перестали обращать внимания, на то, что одного из нас называли Каленом, по паре раз в день.
— Что??? Инариэль, прекрати! — я чувствую, как румянец заливает щеки. — Я не могла… перепутать…
— ООО, да, вам определенно надо поговорить. Мирра, мы с Барри уже даже не поправляли тебя, ты просто не замечала, как то и дело вспоминала о нем. Так, друзья мои, все повязки сняты. Командор, можешь выносить ее на свет, только, Мирра, глаза прикрой, отвыкли твои глаза от яркого света за время заточения. И вперед, на первую прогулку. Берегитесь гнома, он всерьез намерен ее задушить или в объятиях на радостях или от негодования, что она нас справадила… Все, идите, гуляйте, разговаривайте.
Инариэль вылазит из повозки, оставляя нас наедине.
— Ты загнал десяток лошадей? Ты…
Голубые глаза командора смотрят на меня с такой нежностью
— Болтливый эльф, — он растерянно проводит рукой по своим волосам. — Я не мог себе представить, что… больше тебя не увижу. Не мог… Я знаю впереди еще много битв, и ты все время будешь в опасности, а я, должен буду эти битвы планировать, я должен буду сам отправлять тебя в пекло… Но я не мог, допустить, я не… я не знаю, что это, Мирра, но я должен был тебе обязательно сказать, что…
Я смотрю на него широко открытыми глазами. Я не могу поверить своим ушам, я не верю своим глазам, я не могла даже мечтать… Нет, я конечно мечтала, но я никак не думала, что я на столько ему небезразлична. У него путаются мысли, путаются слова, он перескакивает и начинает сначала, он не может сказать главного… но это уже не важно, я уже все поняла… Я улыбаюсь ему, ловлю его взгляд и прижимаю палец к его губам
— Не надо. Я поняла, но… Это слишком неожиданно, я боюсь, что умру от радости, если ты сейчас скажешь еще хоть что-то…
Он целует мой палец, прикрывающий его губы. Потом берет мою руку и просто прижимает ее к своей щеке.
— Спасибо. Я не знаю, как это сказать… лучше я тысячи раз буду одерживать победы в твою честь, это проще для меня. Я же говорил, я — воин, я не умею красиво говорить…