Они одели номанцев в свою прежнюю одежду и затащили их под скамейки.
— По-хорошему, следовало бы убить их, — заметил Джефф. — Но я не способен на это.
— Нет нужды, — возразила Дженис. — Я знаю образ мыслей номанцев. Они не пойдут в полицию. Они станут искать меня, чтобы получить удовлетворение, и посчитают это делом чести.
XV
Им пришлось ехать дальше, потому что Кон не вышел в Карла, первой станции на маршруте, а отправился дальше в Ритон, в безнадежном усилии замести следы. Джефф и Дженис просто поймали обрывки его мыслей, и сэкономили на этом минут десять.
Поездка в Ритон, находившийся также на ночной стороне, заняла всего семь минут. Они вышли и почти бегом покинули вокзал.
— У бедняги нет никаких шансов, — заметил Джефф. — В его бегстве и так-то нет никакого смысла, но если он направится кружным путем, то мы, естественно, нагоним его еще в городе.
— Не думаю, что он хорошо знает систему подземок, — кивнула Дженис. — И я согласна, что у него нет шансов.
Ритон был небольшим городком, похожим больше на Луна-парк. На ночной стороне планеты не проводилось никаких Спортивных Состязаний, и здешние города, никогда не видевшие день, являлись просто центрами развлечений. Ритон предлагал танцульки, театры, кино, кабаре и все прочее, что на обеспеченной Земле предлагала ночная жизнь любого крупного города. Джефф и Дженис шли быстро по улицам, освещенным искусственным светом, в городе, построенном для удовольствий.
Но Кон избрал самый быстрый путь из города. На светлой стороне Нома было мало свободного места, а вот на темной, напротив, в избытке. Жизнь здесь была сконцентрирована лишь в городах, а вокруг лежали обширные пустые пространства.
Никто не поглядел вслед Джеффу и Дженис. В искусственном свете они походили на любую молодую парочку номанцев, ищущих удовольствий.
Вскоре они вышли из города и почти сразу же оказались в пустыне, какую, если судить по Ном-Сити, никак нельзя было ожидать и обнаружить на той же самой планете. Сюда никто не ездил. Парочки в поисках одиночества могли бы чуть отъехать от города, но Кон был уже в пяти милях от него, и между ним и его преследователями оставалось еще около мили.
— Он что-то скрывает, — внезапно воскликнула Дженис. — Не могу получить ясную картинку. Он делает что-то привычное, так что не задумывается о своих действиях. Он собирается спрятаться?
Пройдя еще милю, они озадаченно замедлили шаг, зная, что Кон где-то совсем неподалеку, но не видели никакого укрытия. У Нома не было луны, но толстая атмосфера была всегда ясной, так что звезды на темной стороне хоть тускло, но все же светили.
— Он где-то под землей, — сказал Джефф. — Но я ничего тут не вижу, кроме черного мха.
Они стали обыскивать землю, шаря руками по сырому мху, но ничего не находили. Обрывки мыслей Кона, тем не менее, подтверждали, что он где-то под их ногами, но они не могли понять, как он туда попал. Судя по мыслям, Кон знал, что он в безопасности, если только не выдаст тайну своего убежища.
— Это какое-то хранилище, — пробормотал Джефф. — Должно быть, своего рода штаб или склад Строителей. Кон, вероятно, нам больше не нужен, если мы только сумеем проникнуть внутрь. Там мы наверняка найдем все, что хотим узнать.
— Мы проникнем внутрь, — мрачно сказала Дженис.
— Как? При помощи нояйнской телепортации?
— Она здесь не сработает. Кон держит знания о внутренностях хранилища в тайне от нас. Если бы я попыталась заставить его думать, что стою рядом с ним, то не сумела бы его обмануть ни на мгновение. Нет, мы должны работать над ним отсюда.
— Вы — главный телепат, вам и решать, — пожал плечами Джефф. — Могу я что-нибудь сделать?
— Да. Держите меня, чтобы я не упала. Мне нужно расслабиться.
— Тогда разве не лучше лечь?
— Прикосновения слизистого мха помешают мне сконцентрироваться, даже несмотря на ваш плащ.
— Тогда я возьму вас на руки, и можете забыть обо всем, кроме Кона.
Он поднял ее и перехватил поудобнее. Дженис замерла, рот ее раскрылся и даже дыхание почти что остановилось.
Джефф не вмешивался, но знал, что происходит. Дженис поймала разум Кона и держала его, постепенно обволакивая его своей волей, точно коконом. У Джеффа возникло посещающее любого наблюдателя чувство, будто он сам может сделать лучше то, что делает другой человек. Но Джефф знал, что этот не так, что Дженис справится с этим гораздо лучше него самого.