СТРАННО, но Веллин стали вынуждать вступить в брак с Элом. Она всегда восхищалась им — что для улланцев означало, что она любила его. Но такие нюансы Безопасность не интересовали. Ей просто сказали, что было бы желательно удержать Элганнета всеми средствами, и что он выразил свою готовность жениться на ней. Было лишь необходимо, по их представлениям, приказать ей выйти за него замуж.
Веллин не протестовала, она и помыслить не могла о протестах. Она приняла приказ так, словно брак с Элом был частью ее работы.
Но Эл так не хотел.
— Никакая девушка не выйдет замуж за меня лишь потому, что ей приказали, — заявил он ей. — Если вам не нравится эта идея — прекрасно. Я скажу Безопасности, что передумал.
Веллин аж задохнулась.
— Пожалуйста, не делайте этого, — начала умолять она. — Тогда во всем обвинят меня. Подумают, что я…
— Они будут думать лишь то, что я велю им думать. Несомненно, я должен оставить у них неопределенное подозрение, что вы, должно быть, сделали что-то не так. Но если вы собираетесь жениться на мне лишь по обязанности, детка, то я отказываюсь.
Единственное, что могла сделать Веллина в ответ на первую в ее жизни серьезную умственную проблему, это разрыдаться. Эл задумчиво поглядел на ее. Пытаясь успокоить плачущую женщину, вы лишь глупо выглядите, подумал он. А Эл не привык выглядеть глупо и привыкать не собирался. Это была одна из многих вещей, которые не приносят никакой выгоды.
— Ладно, — сказал он, — вытрите глазки и прекратите рыдать. Потому что иначе мне придется говорить громче, а почему я должен тратить впустую свою энергию? Я скажу вам, что сделаю, Веллин. Я дам вам время подумать. Я всегда был терпеливым. Я скажу Безопасности, что не спешу с женитьбой. Если вы передумаете, то сообщите мне в любое время. Если же будете продолжать думать, что жениться на мне ваша обязанность, то через некоторое время я скажу Безопасности, что вы не мой тип.
Веллин прекратила плакать, но на лице ее все еще было сомнение.
— Но это действительно моя обязанность, — сказала она. — Я не понимаю, чего вы хотите? Я…
— Послушайте, детка, — спокойно ответил Эл. — Вы же слышали, что существует такая штука, как любовь, не так ли? Улланцы не говорят об этом так часто, как мы, но все же знают о ней. У меня было много женщин, но я не женился на них. И я уверен, что женюсь только на той девушке, которая полюбит меня. И поверьте, что если это с вами произойдет, то вы сразу поймете. — Эл вздохнул. — Наверное, я тоже должен полюбить вас, — признался он, — иначе я не стану уделять вам много внимания. Можете не поверить, но вы мне нравитесь. А этого я еще не говорил ни одной земной девушке.
Веллин взглянула на него, и что-то в ее глазах подсказало Элу, что ему не придется ждать долго.
НАСТУПИЛ ДЕНЬ, когда начали взлетать корабли по одному каждый тридцать секунд в течение тридцати пяти дней. Улла была единой индустриальной планетой. За год она могла бы построить корабли хоть для всего населения. Но она построила сто тысяч больших военных крейсеров, более медленных, чем корабли ГП, как описал их Эл, но тяжелее и вдвое смертоноснее. И когда этот громадный флот взлетел и построился в космосе, Эл почувствовал себя чуть ли не виноватым перед земной цивилизацией.
Наступило долгое ожидание. На Улле больше нечего было делать, кроме как сидеть и ждать. Но Эл привык ждать и строить планы на будущее. Ожидание часто венчалось успехом, богатством и роскошной жизнью на какое-то время, но во время его стоило поработать над подготовкой к спасению, так, на всякий случай.
Эл не считал нужным в спешке покидать Уллу, но это была просто привычка, так что он, как обычно, сделал все приготовления.
Он больше не был заключенным. Улланцы знали, что теперь он связал с ними свою судьбу и решили, что больше не нужно его охранять. Проверки, которые он прошел, они посчитали достаточными, чтобы убедиться в его искренности.
Его корабль не рассматривался, как средство спасения, однако первое, что сделали улланцы в качестве эксперимента, это продублировали его. И однажды ночью Эл совершил то, чего не делал уже долгое время — он сам сделал всю работу, причем сделал ее хорошо. Он не растерял своих талантов. На верфи возник пожар в результате дефекта плавкого предохранителя. Огонь нанес повреждения на ограниченной территории, так что никто не обнаружил исчезновение одного маленького экспериментального корабля.
Да, это была хорошая работа, с удовлетворением подумал Эл. Он никогда еще не делал лучшей работы. Теперь у него был свой корабль, о котором никто не знал, и даже не пришлось никого убивать.