Чтобы опровергнуть это утверждение, Адам нанес такой удар Элис, что она, пронзительно вопя, отлетела к ограждению балкона.
— Маккензи! — воскликнул Джерри.
Ему стало внезапно очевидно, что все это спектакль, за которым стоит Маккензи. Все это не походило на Адама. И совсем уж не походило на Элис. Когда они вопили, дрались и хватали друг друга, они были отвратительными и отталкивающими — потому что вся сцена была спланирована так, чтобы быть максимально отвратительной и отталкивающей.
Но к тому времени никто уже не глядел на Адама и Элис. Беспорядки распространялись. Начавшаяся на нижнем этаже драка докатилась до балконов. Боб Дрэйк вскочил на ноги, когда в спину ему прилетел стакан.
Джерри тоже вскочил.
— Не будьте дураками! — закричал он. — Вы что, не видите, что все это спланировано заранее. И все, кто примет в этом участие, просто будет играть на руку…
Но голос его утонул в реве, потому что кто-то бросил тарелку с горячим супом на платье Мойры, и она запрыгала, крича от боли. Мойра и Боб находились посреди зала и были ярко выраженной смешанной парой. Видя, как они мечутся, люди ринулись к ним, часть хотела их защищать, а другая — напротив.
Какой-то здоровяк, опустив голову, бросился на Боба, но Боб, хладнокровно и эффективно встретил его ударом колена в лицо. Здоровяк пошатнулся и замахал руками, задев при этом с десяток человек.
После этого стало уже непонятно, кто «за», а кто — «против».
Кто-то ударил Адама так, что тот рухнул без сознания, и никто не заметил, что Элис тут же перестала вопить и с тревогой склонилась над ним. Фокусом бунта стали безобидные Мойра и Боб. То, о чем говорил Джерри, осуществилось, не успел он досказать до конца. Однако он не был абсолютно прав. Они с Вин, беспомощные, видели, что лишь немногие пытались напасть на Мойру или Боба, остальные хотели защитить их. Правда, эффект был почти таким же.
Человек, которому удалось добраться до Мойры неизвестно с какой целью, получил такой удар в почку, что далеко отлетел по полированному полу. Какая-то девушка плюнула в Боба, и на нее тут же налетели две женщины, которые стали рвать ее за волосы, исцарапали лицо и плечи.
Оружие не было пущено в ход, использовались лишь несколько бутылок. Не было ни паники, ни жажды крови. Но головы были окровавлены, лица расцарапаны, одежда порвана, а ноги в синяках от пинков. Женщинам тоже досталось под прикрытием всеобщей шумихи.
Даже Джерри и Вин пришлось вступить в драку. Джерри почувствовал себя обязанным сбить с ног человека, который напал на совершенно беззащитную пару за соседним столиком, хотя он отлично понимал, что это втянет его и Вин в неприятности. Так оно и случилось. В течение следующих нескольких минут ему пришлось защищать Вин. Вин была молода, но не сильна и не жестока.
Наконец, прибыла полиция, и постепенно все успокоилось.
У двух мужчин были сломаны руки, у троих — ребра, полдюжины сотрясений мозга и у десятков людей порезы и ушибы — таков был итог. Клубу были причинены значительные повреждения, к неудовольствию его владельцев.
Но «Космический прыжок» не стал выдвигать никаких обвинений. Адам, Элис и остальные первоначальные нарушители спокойствия благоразумно исчезли. Полиция, не желая портить себе отчетность, не стала увлекаться арестами, если их можно было избежать. А их можно было легко избежать. Большинство людей хотело всего лишь вернуться домой без дальнейших проблем. В полицию попали лишь те, кто жаждал продолжения праздника.
Одна пара упрямилась дольше остальных — Мойра и Боб. И у них были на то причины. Рубашка у Боба была порвана на спине, лицо расцарапано, ребра болели, а лодыжка распухла. Мойра плакала, больше от шока, чем от боли. Ее одежда была в еще более худшем состоянии, чем у Элис. Так что у них были права требовать справедливого разбирательства, и они не намеревались никому позволить спустить это дело на тормозах.
Но они взяли обратно свои заявления после нескольких слов Джерри Янга.
Джерри мог предугадать следующий ход Маккензи, он был очевиден, и так же очевидно было то, что АМАБ никак не может этому помешать. Если бы они с Вин заявили, что видели Маккензи с Элис и Адамом, то Маккензи мог бы полностью отрицать это, или заявить, что нет никаких доказательств, будто у них существует какая-то договоренность. Нет, Маккензи наверняка замел за собой следы.
А Мойра и Боб, подав официальные жалобы, лишь сыграли бы на руку Маккензи. Чем больше огласки получит это дело, тем более рад будет Маккензи.
— Маккензи выиграл этот раунд, — сказал Джерри жене. — И все, что мы можем сделать, так этот выиграть следующий.