— Как вы видели из истории Боба, они с Мойрой очень любят друг друга, и когда произошло…
— Спасибо, — прервал его громкий голос.
Во всем зале люди зашевелились, словно разбуженные. Попытка продолжать говорить только выставила бы Джерри в смешном свете.
Это был очередной изящный ход Маккензи. Каким-то образом он узнал о тайном заключении брака в больнице и использовал эти сведения на всю катушку. Видя, что Мойра, Боб и Джерри не собираются объявлять о нем, он подождал, пока не станет очевидным, что они пытаются скрыть этот факт, а затем заставил их обнародовать его.
— Это действительно так уж важно? — спросила Вин по пути домой, озадаченная необычным отчаянием Джерри.
— Боюсь, что так. Если бы рассказала об этом в нужный момент, то, возможно, не было бы ничего плохого — только я предпочел вообще не говорить об этом, так как это было опасно, могло произвести впечатление, что мы боимся результатов референдума, ожидаем проигрыша и советуем смешанным парами вступать в брак. Пока не будет слишком поздно. Маккензи сумел найти худший момент, чтобы заставит нас сказать правду, после того, как мы косвенно почти что отрицали этот брак.
Вин не разбиралась в таких тонкостях.
— Конечно, это не может иметь такое уж важное значение, — возразила она. — У нас было хорошее выступление и…
— О чем я волнуюсь, — пробормотал Джерри, — так это о выступлении Маккензи.
Как только они вернулись домой, Джерри позвонил своему сотруднику и послал его на собрание Реалистов. Там было почти все, как он и ожидал.
До самого конца митинга не было никаких упоминаний о Бобе и Мойре — Маккензи не хотел, чтобы Джерри получил какие-либо предупреждения, пока не стало слишком поздно. В самом конце Маккензи лично рассмотрел историю Мойры и Боба, описал их брак и сделал упор на все пункты, которых опасался Джерри.
— Я не должен был позволить им жениться, — с сожалением сказал Джерри.
— Но ведь ты сам предложил это! — запротестовала Вин.
— Да, в их интересах. А в наших интересах, я должен был сделать все, чтобы этого не произошло. Маккензи бы так и сделал на моем месте.
— Если бы на твоем месте был Маккензи, то твою жену не звали бы Вин!
— Но я был бы более успешным с политической точки зрения.
— Ну, если ты предпочитаешь политический успех семейному счастью… — пожала плечами Вин.
Джерри рассмеялся и постарался не показать, что он все еще переживает из-за последнего удара, который нанес Маккензи.
К СОЖАЛЕНИЮ, с точки зрения АМАБ, во всех газетах, вышедших ранним утром дня референдума, не было ничего, что послужило бы АМАБ на пользу, но много такого, что принесло большой вред.
Прежде чем лечь спать, Джерри сделал, что мог, в заявлении для прессы, чтобы поддержать Боба и Мойру. Они вступили в брак вовсе не потому, что мы не уверены в результатах референдума, заявил он. Но разве Боб и Мойра не имеют права жениться, как и все остальные, не оповещая об этом весь мир? И совершенно естественно, что влюбленный Боб предложил руку и сердце Мойре, пока та была еще в больнице.
Но ход Джерри был бледным и слабым по сравнению с ходом Реалистов, и Джерри сам понимал это.
— В любом случае, — философски сказал он Вин, — уже слишком поздно придумывать что-нибудь новенькое. Есть митинги, парады, речи по радио, но все это уже задействовано. Нам больше ничего не остается, кроме как ждать.
— А как собираются посчитывать голоса? — спросила Вин, не разбиравшаяся в математике.
— Каждый мир пошлет сводку, только и всего, — в который уж раз терпеливо объяснил Джерри. — Предположим, на Гринсинг отдадут шестьдесят девять миллионов голосов на АМАБ и тридцать три миллиона за Реалистов. Гринсинг пошлет 23:11, тоже самое сделают все остальные миры…
— А скажи-ка мне, Джерри, — прервала его Вин, — меня всегда интересовало, как вы все это объединяете?
Джерри даже не попытался ничего объяснить.
И хотя они сделали все, что могли, но провели запланированные публичные выступления, с уверенным, дружелюбным и счастливым видом. Дважды они встречали Маккензи, занятого тем же самым, но не вступали с ним в беседу. Будь Джерри один, он бы поговорил с ним. Но из-за Вин он избегал Маккензи, зная, что ей это не понравится.
Весь день было еще ничего не ясно. Иногда казалось, что все голосуют за Реалистов, а иногда все выглядело так, словно АМАБ одерживает легкую победу.
В пунктах голосования не возникало никаких проблем. Не сообщалось ни о каких беспорядках, хотя пару раз люди пытались затеять драку. Нигде не собирались многочисленные толпы на спонтанные демонстрации. Как и опасались, оба парада цветов были отменены из-за дождя. Джерри попытался организовать его как можно более водонепроницаемым, но дождь был слишком сильный, и не прекращался весь день.