— И не только Боба с Мойрой, — добавил Джерри.
Когда они вернулись в Иорданию, снова шел дождь, но это была всего лишь мелкая морось, которую в Иордании вообще игнорировали. В любом другом месте сказали бы, что идет дождь, а в Иордании просто заметили, что нынче сыро.
Иордания просыпалась. Вспыхивали рекламные плакаты, хотя еще никто не обращал на них внимание.
На зеленом транспаранте была надпись: АМАБ ВЫИГРАЛА ГАЛАКТИКУ, РЕАЛИСТАМ ОСТАЛАСЬ ТОЛЬКО ЗЕМЛЯ.
Напротив него красные буквы кричали: РЕАЛИСТЫ ПОВЕРЖЕНЫ, АМАБ СНЕСЛА ВСЕ ПРЕГРАДЫ!
Изображение Солнца нахально высовывало язык — кто мог бы подумать, что у Солнца тоже есть язык, и заявляло: ТЕПЕРЬ ТЫ МОЖЕШЬ ЖЕНИТЬСЯ НА ГРИНСИНГИНЕ!
Из звезд была составлена не очень ловкая фраза: ВСЕ ЛЮДИ МОГУТ БЫТЬ БРАТЬЯМИ — ХОТЯ БЫ НАЗВАННЫМИ.
— Мы думали, будто все уладим, — сказал Джерри, — но это не так. Когда люди начали колонизировать другие планеты, планеты заставляли их физически приспосабливаться под себя, и началось то, что никогда не будет улажено до конца.
— Тогда бесполезно волноваться об этом, — отмахнулась от него Вин. — Давай вернемся домой и немного поспим.
Больше они не сказали ни слова, пока не оказались в своей спальне. Тогда Вин нерешительно произнесла:
— Джерри… Я знаю, что не слишком умна. Вы с Маккензи обсуждали в моем присутствии то, чего я не могла понять — и, вероятно, было правы. Но ты же знаешь, что иногда я вижу то, чего не видишь ты… как в случае с картиной Боба, и…
— Ты снова что-то увидела, милая? — с интересом спросил Джерри.
— Да, насчет референдума. Вы с Маккензи, кажется, согласились, что, хотя большинство отдало голоса за АМАБ, референдум показал, что существует большая скрытая межрасовая ненависть, и теперь, когда Боб и Мойра поженились, на них обрушится масса неприязни…
— Но это так и есть, Вин.
Она скользнула в постель и села, обняв руками колени и нахмурившись от усилий попытаться объяснить то, что она просто видела.
— Но разве ты не понимаешь, — спросила она, — что произойдет теперь? Мне кажется, что люди, которые голосовали за Реалистов, теперь увидят, что большинство думают по-иному, и, возможно, попытаются изменить свою точку зрения, чтобы не навлечь на себя неприятности. Я хочу сказать, они теперь знают, что находятся в меньшинстве. Некоторые из них подумают и, возможно, в конце концов, поймут, что идеи АМАБ правильные.
Джерри уставился на нее, пытаясь сообразить, неужели она опять оказалась права, теперь, когда он решил, что все уже кончено.
— Мне кажется, если бы сейчас провели еще одно голосование, — продолжала Вин, — то все, кто в прошлый раз голосовал за АМАБ, так и останутся за АМАБ. Но многие из тех, кто голосовал за Реалистов, теперь проголосовали бы за АМАБ. Джерри, людям не нравится отбиваться от стада. Я… Я знаю, что частенько не права, что говорю всякие глупости, но я так вижу. Если бы мы были Реалистами, и Боб с Мойрой приехали и стали жить по соседству, неужели мы бы стали бороться с ними, зная, что большинство окружающих будет на их стороне? Не думаю…
— Милая, — сказал Джерри, — мне хочется тебя поцеловать.
Хмурый взгляд Джерри прояснился.
— Ну, на это есть только один ответ, — сказала она.
Eleventh Commandment
(Fantasy & Science Fiction, 1955 № 5)
МИР СИНЕЙ ПТИЦЫ
Две девушки, стоявшие в тени высоких елей, были весьма похожи друг на друга. Обе высокие, обе брюнетки, обеим где-то по двадцать четыре года, и обе одеты в прозрачные пластиковые комбинезоны для полетов с белым бельем под ними.
Но между ними было весьма заметное различие, более важное, чем то, что Сил была гораздо симпатичнее Бэбс.
Но Бэбс была счастлива. А Сил — нет.
Обе они находились посреди Высокогорного Заповедника, и до ближайшего жилья было не меньше ста миль.
— Но зачем? — смеясь, спрашивала Бэбс. — Конечно, я могу сделать это, если есть какая-то причина, Сил, но ведь это просто безумие. Ты хочешь, чтобы я притворилась, будто ты пытаешься убить меня? Но зачем это, Сил? Какая может быть причина…
— Я хочу посмотреть, что произойдет, — ответила Сил.
Бэбс в замешательстве наморщила лобик.
— Но ничего не произойдет. Что вообще может произойти?
— А я вот не думаю, что ничего не произойдет, — сердито бросила Сил.
Бэбс уставилась на нее.
— Выходит, ты полагаешь, будто что-то…