Загреб вернул фотографию Смиту.
— Действуйте, сержант, — сказал он. — Найдите ее.
— Сара Блэр, наверняка, вымышленное имя, сэр.
— Конечно.
— И она не проживает по указанному адресу.
— Естественно, нет.
— И это не ее лицо. На ней маска.
— Любой предположит тоже самое, — вздохнул Загреб. — Чего же вы ждете?
СМИТ совершенно не удивился, что Аппартаменты Какстона оказались пустышкой. Никто не знал девушку, напоминающую Сару Блэр с фотографии, но Смит и не ожидал, что она будет продолжать носить маску, колеся по городу, чтобы полиция могла проследить ее передвижение до и после нападения.
Смит хотел было проверить всех женщин в блоке между семнадцатью и сорока пятью годами, но когда обнаружил, что их более пятисот, то решил не утруждаться.
Вернувшись в Управление полиции, он нашел там Загреба, поедающего банан.
— Мы прославились, Смит, — сказал ему Загреб. — Или, скорее, опозорились.
Он вручил сержанту пачку фотокопий, распечатанных информационной службой Управления, которая круглосуточно контролировала всю информацию. Как только что-либо где-либо происходило, Управление полиции узнавало об этом одновременно с редакторами теленовостей.
— Как информационная служба узнала об этом, сэр? — спросил Смит.
— Я сам дал им эту информацию. Я хочу вести это дело открыто, Смит. Вымогатели властвуют и процветают в темноте, но сохнут и умирают в ярком свете общественного мнения.
В репортажах сообщалось, что капитан Загреб сам держит это дело на контроле. Но тут же предполагалось, что Совет элси не будет удовлетворен обычным расследованием.
— Я уж думаю, — с сухой горечью сказал Смит. — Ведь элси важны. Элси всегда на первом месте. Они — соль земли. Они — люди, которые могут купить себе бессмертие по цене больше миллиона долларов за год. А так как они продолжают жить, то у них в руках накапливается власть. Они не ставят своих президентов, комиссаров полиции или губернаторов, они удовлетворяются тем, что всегда могут оказать давление на кого угодно, на любого власть предержащего, где угодно и по любому вопросу. Элси составляют тысячную долю населения, но сосредоточили у себя семьдесят процентов власти.
Загреб слушал его с вежливым интересом.
— Вы уже кончили, Смит? — спросил он, наконец.
— Нет еще, сэр. Элси заморозили полеты в космос, потому что считают их слишком опасными для себя. Если бы мы вышли в космос без них, то где-нибудь могли бы возникнуть человеческие сообщества не под контролем элси. Они перестроили все большие города так, чтобы ни один элси не мог погибнуть в дорожной аварии. Они сделали из Флориды убежище для тех элси, которые не хотят пачкаться присутствием рядом обычных людей. Совет элси так отчаянно борется со всеми вербальными, экономическими, социальными, психологическими или физическими нападениями на любого элси, что никто не смеет толкнуть элси на улице или попытаться их оскорбить.
— Ну, хватит. Вряд ли можно сказать, Смит, что в данный момент вы не оскорбляете их, — сказал Загреб.
— Лишь один из сотни тысяч людей становится элси, — продолжал Смит, не обращая на него внимания, — и все же они управляют всем миром.
— Ты и в самом деле не стесняешься, сержант, когда высказываешь то, что хочешь, — пробормотал Загреб.
Смит, нахмурившись, уставился на своего начальника.
— Разве я говорю неправду, сэр? — спросил он.
— Вы сказали правду и только правду, но это еще не означает всей правды. Если бы у вас был миллион долларов, Смит, то разве что-нибудь вам помешало бы стать элси?
— Ничто не заставит меня присоединиться к ним, сэр. Я собираюсь прожить жизнь, как человек, а не как живой труп.
— Так ведь они это и не скрывают, Смит. Бессмертных называют элси от инициалов создателя этого метода — Л.С., но это сокращение также и намекает на английское living corpse, живой труп. И это название не зря стало общепризнанным. Бессмертные действительно живые трупы, причем они даже и не бессмертны. Бессмертного убить так же легко, как и любого другого. Порежьте их, и потечет кровь — недавно вы сами были этому свидетель. Элси — просто люди, которые не стареют. Не больше, и не меньше.
— Кэп, зачем мы обсуждаем все это? — спросил Смит.
— Вы молоды, — задумчиво ответил Загреб, — и нетерпимы. Когда станете постарше то, будем надеяться, прекратите делать такие заявления прежде, чем изучите все факты.
— А разве я не знаю какие-то факты, сэр? Что-то сверхсекретное?
— Ничего секретного, Смит. Ничего такого, что вы не могли бы узнать, если бы захотели. Проблема в том, что вы не хотите. Например, как я подозреваю, вы предполагаете, что элси богаты лишь потому, что они — элси.