Ворота, через которые диверсанты проникли в первый раз, теперь были закрыты. Но Дункан и не собирался воспользоваться этим входом.
Вместо этого он повел мобиль вверх по стене башни, почти касаясь корпусом ее твердой обшивки из черного металла. Они уже откинули колпак, и ветер высот дул им в лицо. Перед самой крышей Дункан отвел мобиль от стены и развернул его носом к башне. Он завис над кровлей, продолжая подниматься, и вдруг бросил мобиль к боку дирижабля, сверля лучом орудия его корпус, сжигая кольца, рангоуты и газовые камеры внутри. Великолепный корабль клюнул носом — чудовищно тяжелый конвертор, висящий под ним на тросах, неотвратимо тянул его в проем на крыше. Там дирижабль и застрял, встав торчком. Тем временем Дункан раскромсал на части все три аэромобиля, и половины, прикрепленные к тросам, тоже рухнули в проем, занимавший треть крыши.
Рабочие, бывшие наверху, разбежались при падении дирижабля. Среди них были и ганки, но они тоже спасались, даже не думая стрелять.
В проем ринулся и Дункан. Мимо проносились ярко освещенные галереи. Находящиеся на них рабочие глядели на мобиль, разинув рты. Вот и новый конвертор-распределитель, великанский цилиндр, который повалился на бок, сокрушив часть нижних галерей. Индикатор энергии на приборной панели пылал красным огнем, когда Дункан затормозил. Его вдавило в сиденье — это двигатель Гернхардта спешил погасить скорость, пока машина не врезалась в пол.
Мобиль ударился днищем и содрогнулся. В шее у Дункана что-то хрустнуло, а голову точно сорвали с плеч. Огонек индикатора стал бледнее, и цифра на нем снизилась до двенадцати. Впереди был большой коридор, по которому бежали навстречу два ганка с оружием в руках. Луч пушки ударил в промежуток между ними, и они нырнули в ближайшие двери. Дункан послал мобиль по коридору, поворачивая нос то вправо, то влево, чтобы удержать прямую линию полета. Фиолетовый луч прожигал стены, и ганки исчезали с порогов.
Мобиль повернул налево и устремился в другой коридор. Еще поворот и еще коридор. Женщина, идущая по нему, с визгом прижалась к стене. Сник на ходу сбила ее парализующим лучом. Еще поворот — и они оказались в коридоре, ведущем ко входу, через который они проникли сюда всего пару обнедель назад. На сей раз они атаковали с противоположной стороны.
Как и тогда, Дункан остановил мобиль в дверях обширного зала, где стоял конвертор. Мобиль развернулся носом к новому агрегату. Фиолетовый луч расплавил оболочку и проник внутрь, а инженеры, рабочие и ганки бросились кто куда. Ганки на галереях начали стрелять по мобилю. Но они были слишком высоко, чтобы достать до него лучами. Лучи уходили в пол, прожигая в нем дыры.
Дункан не знал, сколько времени ушло у него на разрушение конвертора. Наверное, секунд тридцать — сорок. Он понял, что выполнил свою задачу, когда погас свет. Тогда он повернул мобиль и полетел в футе над полом. Перед местом, где, по его расчетам, был перекресток, Дункан включил фары. Кругом стоял дым, но видимость футов в двадцать обеспечивалась. Вскоре показалась огромная шахта, в которой лежали останки нового конвертора и монтажных Мобилей.
Дункан погасил свет и включил радар. Руководствуясь им, он медленно вошел в шахту и еще медленнее стал подниматься, пока не поравнялся с носом дирижабля. Мобиль шмыгнул вверх между огромным покореженным кораблем и стенкой шахты. Там и сям на галереях мелькали фонарики, и некоторые из них освещали Мобиль Дункана, но он уже уходил, быстро увеличивая скорость. Наверху зажглись переносные прожектора, которыми рабочие пользовались помимо стационарных. У верха шахты Дункан сбавил ход и, по-прежнему прикрываясь корпусом дирижабля, скользнул за край крыши и спустился вниз, держась близко к стене.
На середине спуска Сник закрыла колпак. Минутой позже Мобиль погрузился в воду. Теперь и в воде, и в воздухе кишело множество машин — их огни мигали, а радары и инфракрасные лучи шарили, конечно, повсюду. Дункан сбросил скорость до предела и погрузил Мобиль еще на пару дюймов. Назад в Башню Ла Бреа они ползли черепашьим ходом, зато добрались без происшествий. Дункан выждал, когда с западной стороны не будет ганковских машин, и Мобиль с открытым верхом стал подниматься в воздух вдоль стены.
На крыше, похоже, не было никакого освещения. Если там и стояли ганковские мобили, то без огней. Дункан задержал машину над краем. Убедившись, что на крыше никого нет, он посадил мобиль. Сник то включала, то выключала фонарик, указывая ему дорогу. Они сели у люка, вышли, открыли дверцу ангара и через несколько секунд уже ввели машину внутрь при свете фонарика. Ангар был таким же, каким они его оставили, с наполовину отремонтированным аэромобилем в углу.