— Я никого не приговариваю к смерти! — Язон начал терять терпение. — Уймитесь! Я только хочу, чтобы Снарби в ближайшем будущем не доставил нам больших хлопот. И если вы отказываетесь мне помочь, то умоляю, хотя бы не мешайте. Пусть все останется исключительно на моей совести, вас это не касается.
— Снарби возвращается, — прошептала Айджейл.
— Вот! — гордо объявил копьеносец и кинул им под ноги убитое животное. — Освежуйте и поджарьте. Теперь у нас есть еда.
Снарби казался совершенно невинным и бесхитростным. Язон даже на секунду усомнился в своих выводах, но вспомнил, где находится, и отбросил прочь сомнения.
«Снарби — нормальный член нормального рабовладельческого общества. Никто из его собратьев не обвинит и не упрекнет Снарби в том, что он кого-то там убил или продал в рабство. Его не терзают муки совести и на душе у него спокойно — ведь он не собирается совершать ничего преступного», — решил Язон и принялся обдумывать план утренней операции.
Уставшие от долгого путешествия и отяжелевшие от обильной пищи, все быстро заснули.
Язон с трудом боролся со сном. Как только он чувствовал, что сопротивляться уже нет сил и веки смыкаются помимо его воли, он вставал и ходил вокруг костра, пока холод ночи не гнал его обратно к теплу огня.
В полночь Язон разбудил Майка.
— Ваша очередь. И не смыкайте глаз. Если что — будите меня.
…Язон открыл глаза с первыми лучами солнца. Над равниной стоял густой белесый туман. Все еще спали. И тут сон с Язона как ветром сдуло — Майк безмятежно спал. Язон выскочил из-под шкур и стал трясти его за плечо.
— Почему вы спите? Почему вы не на страже?
Майк приоткрыл один глаз.
— Я стоял, — замычал он, — но под утро проснулся Снарби и предложил сменить меня. Я не мог отказаться.
— Не могли?! — заорал Язон. — Я же предупреждал вас!
— Я не так безнравственен, как вы, Язон. Осудить невинного…
— Невинного?! — Язон схватил Майка за отросшую седую бороду. — Ну и где же ваш невинный?
Майк огляделся по сторонам. Кроме Язона, Айджейл и его самого вокруг не было ни души.
— Наверное, Снарби ушел. Что ж, теперь он доказал свою ненадежность. В дальнейшем мы больше не доверим ему стоять на страже.
Рассвирепевший Язон хотел было выместить все зло на Майке, но раздумав тратить время на этого фанатика, бросился к машине.
Кародж завелся с пол-оборота, что случалось с ним крайне редко. Но как только Язон взглянул на индикатор, внутри у него все оборвалось: топливо было на нуле. Кувшин с остатками бензина исчез.
— Это меняет наши планы, — сказал Язон.
Как ни боялся Снарби паровой машины, у него хватило ума понять, что без горючей жидкости кародж не сможет проехать ни дюйма.
Гнев Язона сменился досадой. Он ругал себя за то, что в который уже раз доверился Майку. Он должен был это предвидеть. Язон сплюнул и взглянул в сторону специалиста по этике. Тот невозмутимо жевал холодное мясо.
— Вас, я вижу, не волнует тот факт, что вы опять нас обрекли на рабство?
— Я поступил правильно. У меня не было выбора. Надо в любой ситуации оставаться человеком, а не опускаться до уровня животного.
— Но если вы находитесь среди людей, которые ни в чем не уступают животным, как выжить в этом случае?
— Не надо уподобляться им, — спокойно ответил Майк. — Вы, Язон, извиваетесь как уж, дрожите от страха, а я живу, как подобает жить цивилизованному человеку. Мне ведома Правда, и никакие ничтожные выгоды сегодняшнего дня не в силах сбить меня с пути истинного.
— Так умрите с миром! — воскликнул Язон, хватаясь за меч, как бы намереваясь претворить слово в дело. — Конечно, следовало бы вас проучить, — процедил он, с трудом подавляя приступ ярости, — но горбатого могила исправит. Ваши убеждения для вас более реальны, нежели холодная земля, на которой вы расселись.
— Вот в этом я с вами единодушен, Язон динАльт. Сколько раз я пытался открыть вам глаза на свет Истины, но вы все время отворачивались и не слушали меня. Да и сейчас вы игнорируете вечный закон. И все ради какой-то сиюминутной потребности. Вы погибнете, Язон. Именно поэтому вы и погибнете.
Кародж издал странный звук. Указатель давления пара вздрогнул, но стрелка индикатора горючего так и не шелохнулась.
— Бензина нет, — сказал Язон. — Айджейл, собери всю оставшуюся еду. Мы уходим.
— Да, сейчас. Я быстро Надо бежать с запасами.
— Я думаю, что, в принципе, это неважно. Снарби знает местность, как свои пять пальцев, боюсь, нам не удастся избежать плена. А вот что касается кароджа, то он не достанется никому, — выхватив самострел, вдруг прокричал Язон. — Отойдите подальше. Пусть делают со мной, что хотят, но машины им не видать, как своих ушей. Ну, а если вдруг захотят поиметь новую, пусть платят.