Айджейл прибиралась на кухне, а Майк прочищал трубы самогонного аппарата.
— Не желаете присоединиться? — спросил его Язон, переполненный добротой ко всему роду человеческому.
— «Крепкие напитки гневят» — Книга «Притчей Соломоновых», — ответил Майк в своей излюбленной манере.
— «Вино приносит радость в сердце человека» — Псалмы. Я тоже читал кое-что. Если вы не хотите разделить со мной дружескую чашу, то испейте хотя бы воды и передохните.
— Я — раб, — мрачно изрек Майк, указывая на свой ошейник и возвращаясь к работе.
— За это вы должны благодарить только себя. Не были бы вы столь безрассудны, я бы с превеликой радостью вернул вам свободу. Дайте слово, что не будете совать нос в мои дела и заботиться о моих моральных устоях, и я сниму с вас ошейник. Что скажете?
Майк на мгновение задумался.
— Нет! Изыди, Сатана! Не ждите от меня никаких обетов. Я не отдам вам свою честь на поругание. Я буду носить свои цепи до самого дня освобождения, когда увижу вас, представшим перед Великим Судом!
— Ну что ж. Хоть я и не разделяю ваших чувств, но они мне понятны, — Язон осушил стакан и наполнил его вновь. — Я надеюсь, что до того самого дня ваше мнение изменится. Ответьте мне, Майк. Не задумывались ли вы случайно над тем, сколько нам ждать нашего освобождения? Может быть, вы что-нибудь предприняли, чтобы приблизить этот день?
— Я ничего не могу сделать. Я — раб.
— Да, вы правы. И мы оба знаем почему. Но все-таки, может быть, хоть что-нибудь?.. Ну, вспоминайте! Нет? Очень, очень прискорбно… А я, в отличие от вас, делал все возможное и невозможное. Во-первых, — Язон икнул и загнул палец, — я выяснил, что на этой заброшенной планете нет ни одного пришельца из космоса, кроме нас с вами. Во-вторых, я нашел несколько хорошо резонирующих кристаллов и собрал радиоприемник. Однако, кроме атмосферных помех и собственного «SOS», ничего не услышал.
— Что за чушь вы несете?
— Как?! Разве я вам не рассказывал? Я построил простейший радиопередатчик и сказал Хертугу, что этот божественный сундук будет служить ему верой и правдой, посылая в небеса славу Могучему Перссону. С того дня он не умолкает стараниями верующих…
— Для вас нет ничего святого. Богохульник!
— Вы требуете от меня уважения к религии Великого Бога Электро? По-моему, это не в ваших правилах. Я вас не понимаю. Вы должны быть довольны, что я посмеялся над глупым идолопоклонничеством, — захмелевшему Язону с явным трудом удалось произнести последнее слово. — К тому же, если в атмосферу планеты войдет космический корабль, он немедленно поймает мои позывные и мы будем спасены.
— Когда же? — спросил Майк, невольно заинтересовавшись.
— Может быть, через пять минут, а может, через пятьсот лет. В этой галактике множество планет. Даже если нас кто-нибудь и ищет, то найдет не скоро. Я сомневаюсь, чтобы рациональные пирряне все бросили и пустились искать меня. Да и потом, корабль у них единственный, и он постоянно занят. А как насчет ваших людей, Майк?
— Они молятся за меня. А о поисках не может быть и речи. Все наши деньги ушли на покупку и оснащение корабля, который вы так своенравно уничтожили. Ну, а торговые или исследовательские корабли?
— Все зависит от игры случая. Через пять минут, через пять веков или вообще никогда — слепая игра случая, — Майк помрачнел, да и Язон — хоть он никогда не питал особых иллюзий — ощутил приступ тоски и одиночества. — Полно грустить. Дела идут не так уж плохо. Сравните наше теперешнее положение со сбором креноджей в веселой компании рабов Чаки. Теперь у нас удобная теплая квартира, достаточно пищи. Со временем мы обзаведемся другими полезными вещами. Неужели вы думаете, что я все это затеял во имя Хертуга? Я вытащу этот мир из рутины невежества и направлю его в новое, технологическое будущее.
— Я раньше не понимал…
— К сожалению, это типично для вас. На этой планете статичная, мертвая культура. Она никогда не смогла бы развиваться без сильного толчка извне. И я уже сделал этот толчок. Пока все технические знания заморожены, засекречены, никакого прогресса быть не может. Возможны лишь незначительные изменения и усовершенствования внутри кланов. Но ничего глобального. Я разрушу все это. Я передам Хертугу все местные секреты, плюс к тому множество сведений, которые здесь никому не известны. Это нарушит моральный баланс в обществе. Раньше кланы были примерно равны по силе, теперь Хертуг станет сильнее всех, он развяжет войну и победит их всех — одного за другим.