— Вы — старший унтер-офицер?
— Да, сэр.
— Отлично. Слушайте приказ. Приставить к каждому технику по одному полицейскому. Всех сосчитать и переписать, да без ошибок. И пеняйте на себя, если что. Вопросы есть?
— Никак нет, капитан.
Сержант повернулся на каблуках и с наслаждением выпустил воздух из легких. От его рева с ближайших голов слетели кепи. Кивком выразив одобрение, я подошел к парадной и встал рядом с Мортоном.
— Намечается что-то важное, — тихо сказал ему я. — Через час здесь начнется чрезвычайное заседание, а мы отвечаем за охрану. Не знаю, как тебе, а мне это кажется интересным.
Мортон застонал, а я пошел посмотреть, как выполняются мои распоряжения.
Техники сняли ранцы и настраивали приборы на контрольных панелях, висевших на груди. Один солдат направил датчик на грузовик, и я заметил, как дрогнула стрелка на приборе. В головных телефонах, висевших у него на шее, отчетливо пискнуло.
— Капитан, тут неисправность.
Я обернулся.
— В чем дело, сержант?
— Он говорит, у него что-то не ладится. — Сержант вцепился в руку помертвевшего от страха техника, как собака в кость.
— Батарейка, сэр… — прохныкал солдат. — Села, сэр… И замыкание…
— Ясно, саботаж. Сержант, арестуйте его. На рассвете — расстрелять.
Сержант ухмыльнулся. Техник застонал. Я приблизил к нему лицо и процедил сквозь зубы:
— Или тебе хватит шестидесяти секунд, чтобы починить прибор?
— Так точно, сэр! Я все сделаю! Все исправлю!
Он затопал прочь, огорченный сержант — следом. Я был доволен тем, как вжился в роль, хотя знал, что утром себя возненавижу.
Вскоре к нам прибыло подкрепление. Вернулся майор и распределил полицейских вокруг театра. Двоих он поставил возле Мортона. Глядя на них, мой приятель дрожал как осиновый лист, и я поспешил на помощь.
— Можете открыть дверь, лейтенант. Кроме техников и сопровождающих никого не впускать. И считайте по головам всех входящих и выходящих.
Под окрики сержанта обыск театра закончился без проволочек. Когда техники грузили свой скарб в грузовик, подъехала первая машина с начальством.
— Каковы результаты, сержант? — спросил я.
— Куча пивных банок и тому подобного хлама. Все чисто, капитан.
— Отлично. Уберите солдат с глаз долой, но не отпускайте и держите неподалеку. Они могут понадобиться.
— Что происходит? — спросил Мортон.
— Хороший вопрос. Большое, тайное и очень внезапное заседание. Взгляни на тех типов, что выходят из машины. У них звания не ниже штаб-офицерских.
— Раз так, надо уносить отсюда ноги.
— Зачем? Где ты найдешь более надежное укрытие? Мы же охрана, никто нас не заподозрит. Посмотри вон на того, девять звездочек на погоне, крупная шишка! А тот, что рядом, вырядился-то как! Странная форма, впервые такую вижу. Наверное, спецвойска какие-нибудь.
Офицер обернулся, и я увидел серебряный череп на его погоне. Другой такой же череп блестел над козырьком кепи. А под козырьком — знакомые глаза.
Капитан Гарт! Бывший капитан венианского торгового корабля! Человек, из-за которого погиб Слон!
— Стой здесь, — велел я Мортону и отошел в тень. Как только Гарт направился к парадной, я двинулся наперерез. И оказался у него за спиной, когда он подошел к майору.
— Генерал Зеннор, почти все на месте, — услышал я слова майора, проходя мимо.
— Когда придет последний, сообщите мне и заприте дверь.
Я дождался, когда Гарт скроется в здании, и вернулся к Мортону.
— Что все это значит? — спросил он.
— Пустяки. Тебя это не касается.
Итак, Гарт уже не капитан мирного корабля. Генерал Зеннор. А может, он и тогда был генералом? Интересно, что они затеяли, эти генералы?
Я так глубоко задумался, что не услышал зов майора. Спасибо Мортону, наступившему мне на ногу.
— Да, сэр. Вы меня, сэр?
— Вы что, Дрем, заснули?
— Никак нет, майор. Задумался о том, как бы сделать охрану надежнее.
— Похвально. Только пусть этим занимаются ноги, а не голова. От ног больше проку. Проверьте посты возле каждой двери.
Я с радостью козырнул. Возможно, это тот самый счастливый случай, которого я дожидался.
— Лейтенант! — позвал я Мортона. — В обход постов — за мной, шагом марш.
Шагая вдоль стены, я азартно потирал руки.