– Все зеленые, – сказал Отанар, сидя в кресле второго водителя, следил за поступлением информации о приборах. Ян кивнул и повернул баранку вправо, затем поставил в нейтральное положение, чтобы удержать поворот. В отличии от меньших наземных автомобилей, здесь управление осуществлялось смещением баранки и удерживалось в заданном положении посредством центрирования. Затем он вновь повернул баранку вправо, чтобы выправить ход машины, и закрепил ее, когда отклонение от прямой оказалось нулевым. Затем он двинулся правее, чтобы вывести машину на середину Дороги, как раз над контрольным кабелем, погребенным под каменной поверхностью. Машины поезда сместились в то же мгновение в ту же позицию, словно монопоезд, переезжающий стрелку.
Ян удерживал скорость на пределе среднего уровня, пока все поезда не пришли в движение, сохраняя друг между другом дистанцию в один километр.
Прежде чем последний поезд сдвинулся, город, и даже фермы, растаяли позади. Только тогда он поднял скорость до высшего дорожного уровня. Внизу шумели покрышки – Дорога неслась навстречу, неприметная песчаная пустыня двигалась по обе стороны. Он держал баранку, по-прежнему управляя вручную, ведя движитель, поезд, все поезда по дороге на юг, в сторону противоположного континента и Южгорода, находившегося в 27000 километрах.
Одно из немногих приметных мест пустыни возникло крапинкой на горизонте и медленно росло по мере их приближения. Черный каменный шпиль, темным пальцем указывающий в небо. Он оказался достаточно массивным, чтобы дорога чуть отвернула в сторону и обогнула его. Проезжая мимо, Ян дал сигнал по сети для всех водителей.
– Слева от вас Каменная Игла. Отметьте ее. Когда проедете, становитесь на автопилот.
Сказав это, он сам поставил управление, задав левой рукой максимальную и минимальную скорости, максимальное и минимальное ускорение и торможение. Сетчатый обзорный экран автопилота показал, что они движутся над центральным кабелем. Он переставил тумблер на «вкл.» и откинулся в кресле, чувствуя, как устал от напряжения, разминая пальцы.
– Хороший старт, – сказал Отанар, по-прежнему следивший за показаниями. – Это обещает хороший переезд.
– Остается лишь надеяться, что ты прав. Последи пока я разомнусь.
Отанар кивнул и пересел на водительское сидение, пока Ян встал.
Ян потянулся – затрещали мускулы – и пошел в тыльный отсек, взглянуть через плечо офицера связи.
– Гизо... – сказал он. – Мне нужно...
– У меня красная! – резко закричал Отанар.
Ян повернулся и бросился бежать – чтобы посмотреть через плечо штурмана. В ряду зеленых лампочек светилась красная, а чуть позже вспыхнула еще одна.
– Перегрев топливных цилиндров на седьмой и восьмой машинах. Дьявол, что бы это значило? – свирепо пробормотал про себя Ян. Слишком уж все хорошо началось.
Он склонился вперед и нажал на кнопку считывания. На экране появились цифры.
– На каждой машине превышение на двадцать градусов – и все еще поднимается.
Он быстро раздумывал. Остановиться и выяснить? Нет, это значит остановить всю линию поездов, а затем новый старт. До подножия холмов еще по меньшей мере 30 километров пустыни, и тормозить до этого места не следовало бы.
– Отключи тормозные цепи на обоих машинах и посмотри, что случилось, – сказал он Отанару.
Еще не дослушав приказ до конца, Отанар нажал на кнопки. Теперь эти две машины уже не имели действующих тормозов, но аварийные цепи должны были быть переведены на включенное положение. Так и было сделано. Температура в тормозных цилиндрах медленно понизилась, и красные лампочки погасли одна за другой.
– Следи за контролем, – сказал Ян. – А я попытаюсь вычислить, что это за чертовщина, – он прошел в задний отсек и откинул люк в двигательный отсек. – Эйно, – сказал он в отверстие. – Мне нужны рисунки и схемы тормозных цепей машины. У нас возникла проблема.
Яну доводилось иметь дело с тормозными системами, как и с любой механикой. Но разбирать их и ремонтировать ему не приходилось. Как и все механизмы на Халвмерке, они были устроены так, чтобы действовать вечно. Когда запасные части находятся в световых года, надежность становится необходимостью. Все составляющие должны быть просты и грубы, смазка должна осуществляться автоматически. Все предметы здесь были приспособлены для того, чтобы не ломаться при нормальном обращении – и, действительно, ломались редко.