Ирма блаженно вздохнула. Рик заулюлюкал.
— Ладно, приятель, давай поднимем тост за твое счастье, а потом рванем в край пивоварен. Там как раз на подходе новый сорт. Меня уверяли, что он обязательно станет гвоздем сезона.
— Вы отвезете нас домой, правда, Рик? — спросила Ирма.
— Конечно, детка. Как скажете. Эй, чинджер, помоги мне погрузить дока. За ним числится изрядный, прямо-таки мифический должок.
— Ёлки-палки! Когда вы с ним разберетесь, может, отдадите нам?
Вдвоем они затащили Делязны на борт звездолета, ухитрившись уронить его всего лишь раз или два.
Билл наслаждался жизнью. Он допил вторую банку пива, расплющил ее в кулаке — и почувствовал себя даже лучше прежнего.
— Пошли, ребята, — сказал Рик, помахав рукой: мол, поднимайтесь.
Может ли такое быть, подумал радостный, полупьяный Билл. Неужели для него и впрямь припасен счастливый конец? Для него, Билла, простого солдата с Фигеринадона-II, ниже чином кого угодно, даже галактического канализационного стока? Невероятно!
— Билл, — произнесла Ирма, ставя ногу на трап, — как, ты сказал, зовут этого молодого человека?
— Рик, — ответил Билл и лучезарно улыбнулся.
— Он похож на настоящего джентльмена, — в глазах Ирмы зажегся диковинный огонек.
— Он лучший на свете, Ирма! — уверил ее Билл. — Второго такого парня не найти, обыщи хоть целый свет!
Чудеса, подумал он, карабкаясь следом за Ирмой по трапу на борт звездолета «Желание», готовый к новым восторгам и приключениям, твердо решивший не возвращаться на службу и вести интереснейшую жизнь, которая будет состоять из оргиастического секса, выпивки и постоянного отлынивания от обязанностей.
Выходит, жить не так уж и плохо!
Эпилог
Снова не в седле
— Шикарная у тебя нога, приятель, — заметил бармен. — Повторить?
— Ага, — пробормотал Билл.
— Только тебе придется сесть. У нас тут такие правила. Тех, кто не может сидеть прямо, мы не обслуживаем.
— А, — протянул Билл. — Конечно, конечно.
Бар представлял собой заурядную забегаловку с пластиковой стойкой, обстановкой в неосортирном стиле и множеством кранов, причем все они были закупорены. В темных углах спали познавшие алкогольное счастье и отрубившиеся солдаты, которые сбежали из армии и спешили надраться, пока не придет черед просыхать. Расхлябанный робот-уборщик, лязгая суставами и то и дело поскальзываясь, сметал с желтоватого линолеума многочисленные лужи, пакеты из-под псевдокартофельных чипсов, окурки сигар и прочее, в том числе башмаки и пилотки, которые попадались ему на глаза и втягивались в разинутую пасть мусороприемника.
Бар назывался «Клуб котобоев». Стойку и стены украшали набитые чучела котов и кошек. Билл, разумеется, мог бы отправиться на турбоэкспрессе в город, но тамошние бары не годились этому и в подметки — ужасно! — и к тому же деньги были на исходе. Кроме того, завтра ему предстояло сделать что-то очень важное; правда, сколько ни старался, он так и не сумел вспомнить, что именно.
Он пьяно вскинул голову, попробовал напрячь память… Робот шлепнул его по лицу своей жирной и мокрой насадкой-тряпкой.
Неудивительно, что бармен пришел в восхищение от его ноги! Та лежала на стойке, а сам Билл распростерся на полу, на который рухнул несколько секунд назад. Кое-как Герой Галактики исхитрился сменить положение, поднялся, уронил голову на стойку, а ногу опустил на пол. Нога по-прежнему заканчивалась раздвоенным копытом, но Биллу было наплевать.
— Да, ему было наплевать — на все и на всех!
Когда Билл сел, довольный бармен, видя, что клиент в порядке, разве что чуть-чуть покачивается, открыл бутылку «Старого Растворителя и Тараканомора» и наполнил стакан Билла, что называется, всклень.
Билл выпил.
Да, это явно не «Святограальское крепкое». Ну и ладно, спиртное есть спиртное. А забытье есть забытье.
— И клыки твои мне тоже нравятся, — продолжал бармен, судя по плохо пришитым нашивкам на рукавах — нестроевой солдат. Должно быть, подрабатывает. — Ты ведь инструктор, верно?
Билл фыркнул.
— Говорят, на подходе новая партия новобранцев. Кто их будет учить уму-разуму? Ты?
Билл фыркнул снова. Он очень любил подражать свиньям. Значит, вот какое у него дело на завтра! Он пододвинул бармену пустой стакан.
— Послушай, а не слишком ли ты много выпил, если тебе завтра вставать в четыре утра? — справился бармен.
— Все нормально. Как раз буду зол как садист. Наливай и заткнись, — Билл улыбнулся.
— Как скажешь, приятель, — бармен пожал плечами. — За счет заведения. Между прочим, у тебя такой вид, словно твоя подружка сбежала к твоему лучшему другу.