Людвиг вышел из своей комнаты буквально через пару минут с уже уложенными в холщовую сумку вещами, и Ольга поняла, что для него ночной визит не был неожиданным, он давно был к нему готов.
- Куда вы его везете? - крикнула Ольга в спину уходящим.
- В Кресты, - донесся ответ из-за уже захлопнувшейся двери.
Стефан приехал через два дня и застал дома заплаканную Ольгу и растерянных детей.
Он сразу же отправился наводить справке о том, за что забрали его друга. Весь следующий месяц превратился для Ольги в череду кошмаров …
***
На комсомольском собрании Ванечка отрекся от отца, обвинив Людвига во всех мыслимых и не мыслимых грехах. Сменил, как и собирался, и фамилию и отчество, и перевелся в Московский горный университет. До окончания обучения ему оставалось еще два года, и Ольга умоляла его остаться в Ленинграде.
Сын ничего не хотел слушать.
Он упрекал мать уже в том, что та не вышла замуж за крестьянина и не обеспечила ему пролетарское происхождение, в том, что отец «допустил», чтобы его арестовали, а не застрелился, к примеру, как «сделал бы другой на его месте, заботясь о детях».
Ванечка, ее первенец, говорил страшные и дикие вещи. Ольга не могла поверить, что слышит их от своего сына.
- Господи! да в кого же ты уродился такой жестокий? - только и смогла сказать Ольга.
... перед ее глазами встало лицо себялюбивой эгоистки Ядвиги...
Дважды в неделю Ольга собирала в сумку продукты и ехала в Кресты. Выстаивала в длиннющей очереди к окошку среди таких же напуганных и растерянных женщин и просовывала свою передачу с именем мужа. Иногда, что-то пыталась разузнать у военного в окошке о судьбе любимого, но ответ был всегда один:
- Не задерживайте! Проходите! Ничего не знаем!
Однажды, уже на улице, к Ольге подошла женщина. То, что она сказала, повергло Ольгу в шок. Незнакомка тихим и будничным голосом проговорила, не глядя Ольге в лицо:
- Не приезжай сюда больше, не таскай передачи, их все равно охранники сожрут. Лучше детей корми.
- Кто Вы? Вы что - то знаете о моем муже?! - в глазах Ольги затеплилась надежда.
- Ничего я не знаю о твоем муже. Знаю только то, что его или расстреляли или отправили по этапу.
- Куда!?
- Да не знаю я куда! - незнакомка выдернула рукав пальто из рук Ольги, за который та ухватилась и не желала отпускать.
- Тебе сказали, а ты думай ... и поступай, как знаешь.
На ватных ногах, на грани обморока, Ольга еле добралась домой.
Что делать, как поступить? С кем посоветоваться?
Ванечка уехал в Москву на прощание, сказав матери, чтобы она его не искала и не писала ему. Когда будет нужно, он сам ее найдет.
Ванда, буквально через неделю после ареста отца, расписалась по-быстрому с Доментием, и молодая семья уехала в далекую и неведомую Аджарию.
Ольга не противилась этому браку. Молодой человек произвел на нее очень хорошее впечатление, а страх за дальнейшую судьбу дочери был таким сильным, что в браке с молодым грузином, Ольга видела избавление от проблем для Ванды.
Ольга жила вместе с Лёнечкой в огромной квартире и ждала возвращения Стефана из очередной "командировки".
Часто она замирала посреди комнаты, поднимала глаза к потолку завала Ангела.
…Ответом ей было молчание Сфер…
Глава восьмая
Раним утром, Стефан осторожно постучал в дверь комнаты, где спала Ольга. Женщина моментально проснулась, накинула на плечи шаль и выглянула в коридор.
Стефан стоял у двери в кухню и его слегка покачивало.
Ольга подумала, что это последствия бессонной ночи, но подойдя к брату, поняла, что он пьян.
Пьян уже не первый день, потому как, к ставшим уже привычными запахам пороха и крови, добавился отвратительный смрад многодневного перегара.
- Что ты хочешь, Стефанчику, сам не спишь и меня поднял.
- Ольга, я скоро уеду, - ответил брат, - И тебе нужно будет ехать со мной.
- Куда ехать? Что, снова все бросить и бежать? Я не могу уехать, ты ведь так ничего и не узнал о Людвиге! Где он, что с ним, жив ли?
Стефан молчал.
... да и что он мог ответить ...
Как только расспросы Стефана стали слишком настойчивыми, ему ясно дали понять, что если он будет продолжать лезть в не свое дело, то ему будет уготована судьба товарища. Стефан перестал задавать вопросы, но звериное чутье на опасность, ставшее уже привычным за последние годы, подсказывало, что в покое его оставили временно и тучи уже давно сгустились над его головой.
Кто-то из его высокопоставленных друзей намекнул, что лучшим выходом будет, если Стефан уедет из страны. Граница с Финляндией была настолько условной, что сделать это будет нетрудно.