Оставить Ольгу он не мог уже хотя бы потому, что как только факт его бегства станет известным, в самом лучшем случае Ольгу просто вышвырнут из квартиры, и она окажется на улице, без работы, без крыши над головой. Ну а в худшем - ее ждет судьба Людвига, а Ленечку - детский дом.
Обо всем это Стефан и рассказал Ольге тихим монотонным голосом.
- А как же Людвиг? А если он жив и его освободят, и он приедет сюда, а меня нет ...я не могу никуда ехать, - пыталась объясниться Ольга.
- Ольга, тебя здесь не будет в любом случае! Я должен бежать, если не хочу погибнуть, а куда денешься ты? Куда поедешь?
Ольга задумалась:
- Домой поеду, на Украину.
- Ты совсем с ума сошла? Поместья отца и твоего мужа давно национализированы, да и нельзя тебе там появляться, не ровен час кто-то тебя узнает, о Лёнечке подумай!
- Украина большая, где-то найдется и для меня место. Буду жить, работать, растить сына и ждать мужа.
Ольга зашла в комнату, закрыла дверь на ключ. Она устало опустилась на любимый венский стул и задумалась. В комнате явно чувствовалось чье-то присутствие…
Ольга встрепенулась:
- Ангел! Ты здесь? Как же долго мы не виделись! Садись напротив, я расскажу, какие страшные годы нам довелось пережить.
Ангел присел на предложенное ему место.
Крылья его стали потрепанными и уныло обвисли. Во всем облике читалась такая усталость, что Ольга даже усомнилась вначале, а стоит ли его нагружать своими проблемами, но потом, еще раз напомнив себе, что перед нею ее Ангел-Хранитель, и кому же, как не ему выслушивать и давать советы, торопливо начала говорить.
Ольга все рассказывала, а Ангел только кивал головой в такт ее словам.
- Что ты скажешь? Что посоветуешь? Я правильно поступаю?
- Ну а если я скажу, что неправильно, и тебе лучше ехать со Стефаном, ты послушаешься?
Ольга снова загрустила и задумалась ненадолго:
- Нет, я никуда не уеду. В этой стране мой старший сын, моя дочь, мой муж, - вопросительно взглянула на Ангела: - Он жив?!
- Да, жив.
- Ну, вот видишь! Я не могу никуда ехать! - Ольга счастливо засмеялась впервые за много месяцев.
- Когда же его отпустят? И где он? и когда мы вновь встретимся? - засыпала Ангела вопросами.
Ангел молчал и отводил глаза. Ведь ангелы знают судьбу человека от начала до конца, но есть вещи, о которых говорить не надо ... нельзя.
Вечером Ольга сообщила о своём решении брату и начала собирать сумки.
У Лёнечки как раз закончился учебный год, и Стефан купил им билеты на поезд до Киева.
***
Ранним июньским утром брат с сестрой и племянником вышли из дома.
В руках минимум вещей, ровно столько, что встреченный случайно сосед вполне может подумать, что семья собралась провести несколько дней на даче ...
- Куда ты поедешь? Стефанчику? - Ольга заглядывала в лицо брата, обнимая его и предчувствуя, что это их последняя встреча.
- Не знаю. Двинусь к кому-то из братьев. Или к старшему - в Канаду, или к среднему - в Португалию. Оба примут меня, оба уже ждут. Если все же решишь, вот адрес старшего брата, напиши. Нескоро, но письмо дойдет, - Стефан протянул Ольге клочок бумаги с написанным на нем адресом.
- Не надо, - Ольга попыталась оттолкнуть руку брата.
- Возьми, карман не оттянет, - Стефан засунул листок с адресом Ольге в карман, еще раз обнял и поцеловал сестру и племянника, развернулся и зашагал прочь.
Ольга, взяв за руку Ленечку и подхватив совсем нетяжелую сумку, тоже двинулась к остановке трамвая, идущего на Витебский вокзал.
Уже услышав перезвон подходящего к остановке вагона, Ольга достала из кармана листок бумаги с адресом старшего брата.
... еще раз посмотрела, словно желая навсегда запомнить почерк Стефана.
... и, словно отрезая все пути к отступлению, бросила в урну ...
Часть вторая. Леонтий. Глава первая
Природа разнообразна и прекрасна.
Завораживает и пугает бездонный космос в предгорьях Памира, со злыми, мохнатыми звездами, висящими над головой в фиолетово-черном небе.
Восторг и трепет вызывает сибирская тайга, высоченные кедры и лиственницы которой уходят в бездонную высь и сплетаются между собой ветвями, предупреждая неразумного путника, чтобы он и не вздумал посягнуть на их тайны, не зная этих чащоб.
Вечноперетекающие пески пустынь навевают грусть и мысли о бренности всего сущего.
Но нет ничего прекраснее украинских степей. С их колосящимся разливом желтых пшеничных полей, с зелеными садами, окружающими хутора и деревни, со шпилями церквей в городах и городках.