- Рассказывай, с чем прилетел, тебя ведь просто так не дозовешься, - спросила.
- Да вот, захотел проведать, узнать, как вы поживаете, как девочка? Надеюсь, имя вы ей уже дали? до скольки она у вас в "малышках" ходила? месяцев до четырех?
- До пяти, - потупилась старуха, и тут же возмущенно вскинула голову:
- Ну а что ты хотел? Внучке моей, ее матери не до того было! Роды тяжелейшие, еле-еле оклемалась, а едва малышке исполнилось три месяца, как прирезали ее папочку ...
- Как прирезали? - удивился Ангел
- Ну а то ты не знаешь ...
- Не знаю ... я же ваш ангел, а не его.
- Ну не знаешь, так слушай: через три месяца после рождения нашей девочки, родила и зазноба ее папашки ... тоже девочку ... изрядно пьяный, он возвращался из роддома домой, начал скандалить с какой-то подвыпившей компанией и получил ножом в бок ... три дня промучился и отошел.
- Не знал - не знал ... А как же вы восприняли все эти события?
- Да мне было как-то все равно, - безразлично пожала плечами старуха: - А вот внучка ... не скажу, чтобы радовалась ... нет ... но вздохнула с облегчением ... Знала, что жить вместе не будут, а вот клеймо разведенки ее пугало ... а так - вдова ... мало ли нас, вдов, на свете горе мыкают.
- Ну да Бог и с ним ... рассказывай про девочку. Какое имя дали?
- Регина.
- Ого ... красивое имя ... а как мать его восприняла? - Ангел снова спрятал улыбку в крыльях.
- Бушевала и топала ногами, - криво усмехнулась старуха: - Орала, что имя девчонке " дунька с мыльного завода ", что плебейка она, как и ее папочка.
- Ну а ты?
- А что я ... успокоила подзатыльником и объяснила, что дочь не выбирала ни себе отца, ни ей мужа ... ты же меня знаешь, - старуха лукаво улыбнулась, совсем как в юности.
- Да уж знаю ... А родители ее отца? - Ангел кивнул головой на девочку: - Что, совсем не помогают?
Старуха снова тяжело вздохнула:
- Они и рады. Сразу после рождения предлагали забрать девочку, чтобы воспитывать в своём доме, и после приезжали, хотели деньгами помочь.
- Ну и что?
- А ничего ... девочку, как видишь, не отдала, свекров на порог не пустила, денег у них не взяла. Сказала, что сама справится и подачки ей не нужны. Вкалывает на двух работах, чтобы как-то свести концы с концами.
- И что, больше не приезжали дед с бабкой?
- Нет ... тут, понимаешь, как вышло-то. После того как погиб сын, зазнобушка его с радостью сбагрила им свою дочь и завербовалась куда то на Север ... так что есть теперь им и кого тетешкать и кого воспитывать. А мы вот так ... сами выгребаем, - женщина опустила голову и надолго замолчала.
Старуха, очнувшись от невеселых дум, взглянула на Ангела:
- Ну ладно, поговорили, а теперь к делу - зачем явился?
- Узнаю свою Оленьку, - заулыбался Ангел, - все такая же, деловитая и прямая.
Он помолчал немного и враз посерьезнев, сказал:
- Ольга, тебя скоро призовут, и ты должна объяснить малышке кто она и откуда. Как я понял, мать ее этого делать не станет.
Старуха горестно всплеснула руками:
- Да как же так, на кого я их оставлю?! Когда?
- Время у тебя еще есть, может год, может и больше, но ты не тяни ... рассказывай.
- Что рассказывать-то? Она же кроха совсем, ничего не поймет!
- Не поймет, - согласился Ангел, - но запомнит ... память-то у нее хорошая?
- Хорошая, - заулыбалась старуха, - Царя Салтана тарабанит без остановки.
- Ого! - удивился Ангел, - Ну тогда ты не откладывай в долгий ящик, рассказывай, а я полетел, дел еще много ... скоро увидимся, я еще загляну ... до того как ...
Ангел растворился жемчужной дымкой.
Старуха вздохнула и начала свой рассказ ...
Глава вторая
... Ольга была последним ребенком и единственной дочерью в семье богатого скотопромышленника и землевладельца. Ее отцу, за заслуги перед Отечеством, было пожаловано дворянство, но дворянство это не было наследственным, а потому высокопородная знать, у которой часто за душой были одни долги, посматривала на него свысока, и вынуждено принимала в своем доме.
Отец Ольги только посмеивался в пышные усы и знал, что ни ему, ни его пятерым, уже достаточно взрослым, сыновьям это дворянство и «титулок» абсолютно не нужны. Огромные земельные угодья, стада племенного скота и табуны лошадей давали ему право быть вхожим туда, куда он хотел, а его титулованных соседей вынуждали его принимать с радушной улыбкой, цену которой он прекрасно знал.
Дворянство было нужно ради Оленьки, в которой он души не чаял. Дворянство давало ей возможность выйти замуж по любви, за того, кого выберет ее сердце ...